Нервы на пределе: противостояние в Европе, депрессия и поиски ценностей

Access to the comments Комментарии
 Stefan Grobe
Польские полицейские ищут обломки ракеты в поле, Пшеводув, Польша, 16 ноября 2022 года.
Польские полицейские ищут обломки ракеты в поле, Пшеводув, Польша, 16 ноября 2022 года.   -   Авторское право  AP Photo/Evgeniy Maloletka   -  

Программу "О положении Союза" ведёт из Брюсселя Штефан Гробе: на этой неделе города Украины вновь подверглись интенсивным российским обстрелам, а падение ракеты в Польше спровоцировало международный кризис. Взрыв в приграничном польском селе, в результате которого погибли два человека, вызвал панику и в соседних государствах.

Сначала в умышленной атаке заподозрили Россию. Но по мере того, как устанавливались обстоятельства случившегося польские и западные официальные лица стали высказываться о том, что к инциденту могла привести работа украинской системы ПВО.

"Несколько сотен ракет-перехватчиков с украинской стороны пытались противостоять шквалу ракет, беспилотников, запущенных россиянами. Могло случиться так, что одна из ракет ПВО Украины упала на польской территории, в 5-6 километрах от границы", – заявил польский премьер Матеуш Моравецкий.

"Несчастный случай", "трагическая случайность". Тем не менее, правительство Польши поручило военным повысить уровень боеготовности ключевых подразделений.

Варшава заявила о непоколебимой поддержке Киева. В НАТО также с пониманием отнеслись к действиям Украины. Вот что сказал Йенс Столтенберг, генеральный секретарь альянса: "Я буду предельно ясен: произошедшее – не вина Украины. Ответственность лежит целиком на России, которая продолжает вести свою незаконную войну".

"ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНЫЙ КРИЗИС"

Обозреватели опасались, что инцидент с ракетой может привести к эскалации конфликта между НАТО и Россией. Беспокойство особенно отмечалось в странах Восточной Европы, где сильны антироссийские настроения, но и не только там.

Учёные фиксируют общий рост тревожности на континенте: всё больше французов, итальянцев и бельгийцев прибегают к помощи антидепрессантов. Их использование увеличилось более, чем в два раза по сравнению с тем, что наблюдалось в предыдущие годы.

Среди потрясений, с которыми столкнулась Европа, – пандемия COVID-19, война в Украине, стремительно растущая инфляция и экзистенциальный кризис, который переживает энергетический рынок. Многим трудно смотреть в будущее с оптимизмом. Гостем программы стал писатель и социолог Фрэнк Фуреди, автор книги "Как работает страх: Культура страха в 21 веке". 

– В рамках нового исследовательского проекта вы запускаете т.н. ежегодный "барометр страха". Почему же страх стал проблемой в Европе?

– Я хотел бы обратить внимание на вездесущность страха, он действительно проникает во все страты общества. Кто-то скажет: страх испытывают не все, а только те, кто живёт в тяжелых условиях. Вот, например, люди с Восточной Европы, Балкан или Прибалтики больше подвержены страху, рядом же страшная Россия! На самом деле, не имеет значение где вы, каково ваше социальное положение. Даже если вы богаты, даже если вы находитесь на вершине экономической пирамиды, вы так же, а во многом и больше, чем другие, беспокоитесь о будущем.

– Чего мы боимся больше всего?

– Когда мы изучили результаты опросов, проведённых в разных странах, выяснилось, что респонденты тревожатся из-за достаточно бытовых вещей: например, будет ли у меня хорошая пенсия? Устроятся ли мои дети на работу? Страхи связаны с финансами и, в конечном счете, с базовой повседневной безопасностью. Вот что волнует людей, а вовсе не газетные заголовки. И я был очень удивлен, когда не обнаружил среди ответов таких факторов страха как терроризм.

– Вы утверждаете, что Европа переживает кризис психического здоровья, многие европейцы дезориентированы. Как так вышло?

– Я думаю, что ментальные расстройства сбивают нас с толку, во многом это средство выражение более глобального кризиса. И я думаю, что самой большой проблемой в Европе в настоящее время является то, что я бы назвал кризисом смысла: люди не совсем уверены, что исповедуют правильные ценности – те, которые они должны привить своим детям. Когда вас терзают сомнения, нет четких ориентиров на будущее, вы склонны поддаваться тревоге. Часто её относят к психическим расстройствам, на неё пытаются воздействовать с помощью медикаментов. Но я уверен, в основе всего – экзистенциальный кризис.

 Хотелось бы закончить на позитивной ноте: есть ли что-то, что может дать нам надежду на выход из этого кризиса? Что необходимо сделать?

– Я думаю, что для большинства из нас главное - ощущать солидарность, чувствовать, что есть люди, на которых вы можете положиться. Во многих отношениях мы учимся на опыте украинцев. Что бы вы ни думали о войне в Украине, вы не могли не заметить, как почти в одночасье украинцы сплотились и продемонстрировали, что, несмотря на все различия, они могут выступить единым фронтом. Для Европы главный урок войны в Украине заключается именно в этом: наше общество должно вслед за украинцами искать собственные пути к единению, к распространению солидарности. Это будет решением многих наших проблем.

РАДОСТЬ ВО ВРЕМЯ ВОЙНЫ

Если и есть в Европе место, где на этой неделе страх сменился радостью, то это южный украинский Херсон. После восьми месяцев жестокой оккупации российские войска отступили на восток, а ВСУ вернули контроль над городом. 

Несмотря на острую нехватку воды и электроэнергии, а также отсутствие интернета херсонцы ликовали. Люди собирались на центральной площади, обнимали солдат, просили автографы. Одна из жительниц назвала освобождение Херсона "лучшим днём" в своей жизни. Украинские власти сейчас налаживают нормальную жизнь в городе.

Дополнительные источники • перевод: Alexander Kazakevich