Большая часть жизни 17-летнего Олега была омрачена войной. Он покинул дом в родном селе, которое заняли российские военные, сидел в подвалах в осаждённом Мариуполе, прошёл через российский фильтрационный лагерь.
"Мы не верили, что случится что-то ужасное. Время от времени мы слышали взрывы, но так близко - никогда раньше", - вспоминает 17-летний Олег о своём детстве в Гнутове, селе в 20 километрах к востоку от Мариуполя, граничащим с самопровозглашённой "Донецкой народной республикой". Военный конфликт там вспыхнул ещё в 2014 году, вскоре после "Евромайдана", за которым последовали аннексия Крыма, когда Москва начала поддерживать пророссийских сепаратистов, воюющих с украинскими военными в Донбассе.
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
Детство в тени войны
Получивший в 2017 году главную награду Фестиваля документального кино в Амстердаме фильм "Далекий лай собак" ("The Distant Barking of Dogs") запечатлел войну России с Украиной глазами тогда ещё десятилетнего Олега. Он вспоминал, как прятался в подвале от взрывов и обстрелов. "Я был слишком мал, чтобы понимать происходящее", - говорит он.
Война шла, но Олег, как и все обычные дети, играл, гонял мяч во дворе со своими двоюродными братьями, ходил в школу.
Бегство в осаждённый Мариуполь
Герой нашего сюжета признаётся: когда 24 февраля 2022 года Россия начала полномасштабное вторжение в Украину, он и представить себе не мог, что его ждёт. Услышав взрывы вблизи, сильно испугался, но пытался успокоить своих младших двоюродных братьев. "Они понимали ещё меньше, чем я", - вспоминает он.
"Мы старались держаться вместе", - добавляет он. Но обстрелы были всё ближе и всё интенсивнее: "Мы начали осознавать, что всё серьёзно, что можем погибнуть в любой момент", - говорит Олег. После того, как Россия атаковала Гнутово, его семья - тётя, бабушка, отец и два двоюродных брата - решила уехать в Мариуполь. Им казалось, что там безопаснее.
Мариуполь был одной из первых целей России. Российская армия во что бы то ни стало хотела захватить портовый город на берегу Азовского моря, известный своими зерновыми терминалами, предприятиями металлургии и тяжёлого машиностроения, включая комбинат имени Ильича и "Азовсталь".
В первые несколько дней Россия подвергла город ковровым бомбардировкам, а в марте жители остались без электричества, водоснабжения и газа. Вскоре после этого Россия начала блокаду, и город с населением около 400 000 человек оказался отрезан от доступа к продуктам питания и предметам первой необходимости. Людям приходилось растапливать снег, чтобы добыть воду, жечь костры, чтобы приготовить еду. При этом, каждый раз, когда они покидали убежища, подвергались опасности.
Два месяца в подвале
Когда Олег и его семья прибыли в осаждённый город, они быстро поняли, что оказались в ловушке. Уехать из Мариуполя было невозможно. Поезда не ходили, а дороги постоянно обстреливались.
Два месяца семья провела в подвале. "Иногда мы выходили оттуда, чтобы подышать свежим воздухом, когда не было громких взрывов", - вспоминает Олег. Но никто толком не знал, что происходит в Мариуполе и в остальной части страны. "Мы с ужасом ждали, когда пролетят самолёты и сбросят на нас бомбы. Они часто летали по ночам. Было страшно спать", - добавляет он.
Каждый выход из подвала мог стать последним. "Нам повезло, потому что владелец местного магазина разрешил нам взять оттуда одежду, чтобы согреться. Там мы забрали одеяла, свитера, шапки и варежки", - рассказывает Олег. Воды катастрофически не хватало, приходилось брать её из системы отопления. "Мы ходили к колодцу, который находился рядом с подвалом, но его часто обстреливали, и на земле лежали трупы", - вспоминает он.
Олег и его семья постоянно думали о возвращении: "Мы очень на это рассчитывали. Каждую ночь мы засыпали с надеждой, что завтра сможем вернуться домой".
Через два месяца, когда бои в осаждённом городе немного затихли, его семья перебралась обратно в Гнутово.
Чужие люди в доме
Когда Олег вернулся, то обнаружил, что его деревня изменилась до неузнаваемости. Дом был занят русскими солдатами. Они ушли оттуда, оставив после себя горы мусора. "Когда мы вернулись в свой дом, нам было не по себе. Мы чувствовали чужое присутствие в доме. Было трудно засыпать в своих кроватях", - объясняет 17-летний подросток.
В Гнутово не было воды, транспортного сообщения и связи с близлежащими населёнными пунктами, а цены на основные товары резко взлетели. В феврале 2022 года село находилось под временной российской оккупацией.
Фильтрационный лагерь
Не чувствуя себя в безопасности в собственном доме, семья решила бежать с занятой российскими военными территории. Для этого пришлось пройти через фильтрационный лагерь. В таких лагерях проводятся безжалостные проверки украинцев "на благонадежность". Люди часто едут через Россию и третьи страны, такие как Грузия или Беларусь, поскольку прямые маршруты с оккупированных территорий заблокированы или слишком опасны из-за боевых действий.
Сосед отвёз семью в лагерь, который находился недалеко от их родной деревни. Олег описывает его как поле с палатками, где допрашивали прибывших. По данным расследования правозащитной организации Media Initiative for Human Rights, вблизи Гнутово были развёрнуты два фильтрационных лагеря - в Новоазовске и Безыменном. Оба соответствуют описанию Олега, но, вероятнее всего, речь идёт о Безыменном: это село ближе - всего 45 минут езды от Гнутово.
По словам Аксаны Филипишиной, аналитика Украинского Хельсинкского союза по правам человека (УХСПЧ), в местном фильтрационном лагере находилось около 5 000 украинских беженцев. Она рассказывает: "Люди жили в переполненных школьных помещениях или палатках, подвергались жёстким проверкам. Беженцы также говорили о плохом питании и отсутствии медицинской помощи. Те, кто прошёл фильтрацию, упоминали о случаях смерти из-за отсутствия врачей".
Наша собеседница добавляет, что покинуть лагерь по своей воле люди не могли, пока не "пройдут фильтрацию".
Есть масса свидетельств нарушений прав человека, включая самые страшные - пытки и внесудебные казни. После проверок многих украинцев насильно депортируют в Россию. Российское правительство отрицает эти перемещения, представляя их как "эвакуацию".
"Отбор и нейтрализация"
Филипишина говорит, что у этих лагерей было две цели. "Первая - выявление и нейтрализация лиц, считающихся нелояльными к путинскому режиму", - говорит аналитик. К ним относятся проукраински настроенные люди, действующие или бывшие военнослужащие, активисты, правительственные чиновники и другие лица, которые, как считается, могут представлять угрозу российским оккупационным властям.
"Когда таких людей выявляли, их часто разлучали с семьями, задерживали и подвергали физическому и психологическому насилию. Многие из них оказались в российских тюрьмах или лагерях. Их местонахождение порой оставалось неизвестным месяцами", - объясняет она, добавляя, что не прошедших фильтрацию часто отправляли в Оленовку.
По словам Филипишиной, второй целью было управление потоками украинских беженцев на российской территории. После осады Мариуполя Россия с трудом справлялась с распределением беженцев, поэтому лагеря использовались для "контроля за их перемещением". Прибывшие проходили дактилоскопию, личный досмотр и собеседования, после чего их группами отправляли в разные российские города. Там они находились до тех пор, пока не принимались дальнейшие меры по их размещению.
"О существовании мест, где гражданских лиц концентрируют для проведения каких-то проверок и допросов, мы впервые услышали после осады Мариуполя", - объясняет аналитик УВПЧ.
"Чтобы спасти свои жизни, люди пытались любыми способами покинуть район подвергающееся массированным обстрелам российских ВС. Постоянные бомбардировки гражданской инфраструктуры создали ситуацию, когда людям негде было укрыться. Некоторым удалось добраться до территории, контролируемой Украиной, а другие были вынуждены пересечь российскую границу". Филипишина добавляет, что впервые украинцы столкнулись с мерами фильтрации при пересечении украинско-российской границы ещё в феврале 2022 года.
В общей сложности в Донецкой области существовал по меньшей мере 21 российский фильтрационный лагерь, выяснили исследователи из Йельского университета.
"Я знал, что они могут сделать с нами всё, что угодно".
Находясь в лагере, Олег понимал, что его жизнь и жизнь братьев, отца и бабушки в руках российских солдат. "Я знал, что они могут сделать с нами всё, что угодно", - рассказывает он. "Они говорили мне, чтобы я не боялся. Если бы они хотели меня убить, то уже сделали бы это", - вспоминает подросток.
Один из эпизодов, врезавшихся в память Олега: он ждал отца, которого увели на допрос, и увидел молодую женщину в одном нижнем белье. Её вытащили из палатки русские солдаты. "Они надели ей что-то на голову и затащили в машину", - вспоминает он, так и не узнав, что с ней случилось, жива ли она. "Смотреть на это было ужасно. Они вели себя как животные", - добавляет Олег и говорит, что видел, как им нравилось унижать людей в лагере.
Наш собеседник рассказывает, как ожидая отца, слышал ругательства, крики людей, которых били и пытали. Подросток говорит, что его отец не знал, что с ним произошло: "Он думал, что я был одним из тех, кто кричал", - говорит Олег. Военные, допрашивавшие отца, сказали ему, что сын попал в плен и больше он его не увидит.
Олег помнит, как его отец кричал: "Нет, нет, нет, возьмите меня вместо него. Не забирайте моего сына, заберите меня!". "Солдаты зло смеялись"- говорит Олег, добавляя, что, к счастью, отца отпустили.
Украинских детей часто отправляли в лагеря по всему оккупированному Крыму и в различные российские регионы, например, в Москву и Ростов, объясняет Филипишина. "Было выявлено более 40 мест, куда увозили украинских детей", - отмечает она. По оценкам украинских властей, всего было депортировано 19 500 детей, но реальное число может быть гораздо больше.
ООН объявила депортацию украинских детей военным преступлением, а МУС выдал ордера на арест Владимира Путина и уполномоченного при президенте РФ по правам ребёнка Марии Львовой-Беловой. Согласно международному праву и Конвенции о предупреждении преступления геноцида от 1948 года, эти действия могут подпадать под понятие "геноцид".
Путь через Россию
Спустя несколько часов Олег и его родные смогли покинуть фильтрационный лагерь. Дальше им предстояло проехать по территории России к границе со странами Балтии, чтобы через них попасть на украинскую территорию, находящуюся по контролем ВСУ.
Вспоминая этот путь, герой нашего сюжета рассказывает, что он и его семья, испытывали сильное напряжение, когда пересекали КПП (по всей видимости, речь идёт о пропускном пункте "Лудонка", - прим. ред.)
Пройдя границу, они не останавливались, пока не добрались до Варшавы, где пробыли три дня. Олег упомянул, что волонтёры хорошо их приняли: "Они даже давали нам фрукты и питьевую воду". После короткого пребывания в польской столице семья подростка продолжила путь в Киев, где в итоге и обосновалась.
"Вернуться и попрощаться"
Продолжающаяся война России в Украине имеет тяжёлые психологические последствия для детей. По словам Оксаны Пысаревой, психолога благотворительного фонда "Голоса детей", травмы носят массовый характер и затрагивают даже тех, кто находится далеко от линии фронта. По её словам, дети по всей стране ощущают последствия войны через разлуку с близкими, страх смерти и потерю ощущения безопасности. У детей младшего возраста это отражается в нетипичных реакциях, тревожных воспоминаниях, у подростков - в депрессии и дезориентации.
Долголгосрочные последствия - тоже неизбежны. Психологи сходятся во мнении: украинские дети пронесут суровые реалии войны через всю свою жизнь, которые отразятся на их выборе ценностях, ощущении безопасности.
Мечта Олега - однажды вернуться домой в Гнутово и попрощаться с ним. "Я часто думаю о своём доме и о реке, где я проводил каждое лето в детстве. Я мечтаю вернуться туда, чтобы попрощаться как следует, ведь мы были вынуждены уехать так внезапно. Мы даже не забрали все фотографии из семейного альбома", - объясняет он, добавляя, что хотел бы также забрать швейную машинку своей бабушки, по которой "она так скучает и которую так любит".