Министр обороны ФРГ Борис Писториус направляет миллиарды евро в европейские и международные системы, от чешских пистолетов до американских истребителей. Почему эти системы не закупаются у немецких производителей?
Бундесвер должен модернизироваться - и быстро. Баланс закупок вооруженных сил на 2025 год показывает, что модернизация идет полным ходом, несмотря на высокие требования - в первую очередь благодаря упрощению процедур и многочисленным постановлениям бундестага.
Финансируемый в основном из специального фонда, бундесвер в прошлом году реализовал в общей сложности 149 закупочных проектов на общую сумму около 24 миллиардов евро.
Многочисленные новые системы уже поставлены или находятся в стадии внедрения. Основное внимание было уделено армии, например, дальнейшим поставкам боевой машины пехоты Puma, которую производят немецкие оборонные компании KNDS Deutschland и Rheinmetall Landsysteme.
Однако не все системы вооружений для бундесвера производятся в Германии. Большинство контрактов на закупку должны заключаться с европейскими производителями, и только около 8% будет закупаться в США, как сообщал Euronews еще в сентябре.
Где возможности Германии достигают предела
Среди систем вооружений, которые не производятся в Германии, - истребители F-35, морские самолеты-разведчики P-8A Poseidon для ВМС и крылатые ракеты Tomahawk из США. Но закупки ведутся и в Европе, например, пистолет P8 бундесвера, который заменяется чешским CZ P13. Помимо немецких систем ПВО, таких как Iris-T, бундесвер также приобрел систему противоракетной обороны Arrow-3, созданную в рамках сотрудничества между США и Израилем.
Эти системы имеют огромное значение для бундесвера, как, например, истребитель F-35, который не может производиться за пределами США из-за крайне сложных и конфиденциальных технологий. Кроме того, специальные производственные мощности, законодательные экспортные ограничения (ITAR) и стратегические интересы не позволяют производить истребитель за рубежом.
Уже обсуждался вопрос о том, смогут ли европейские истребители, такие как шведский Gripen, заменить F-35. Но даже это не так просто, как кажется. По имеющимся данным, F-35A - то есть модель, которую получит и Бундесвер, - сертифицирован для несения американской ядерной бомбы B61-12. Это означает, что самолет способен нести как обычное, так и ядерное оружие, и рассматривается как потенциальная платформа для замены старых самолетов с ядерным потенциалом, таких как Tornado, в рамках программы НАТО по совместному использованию ядерного оружия.
Другой альтернативой была франко-германо-испанская боевая авиационная система будущего (FCAS), которая должна была переосмыслить "воздушный бой будущего", сохранив при этом независимость от неевропейских партнеров.
Однако проект все еще находится в сложной фазе: хотя три страны остаются политически приверженными проекту, продолжающиеся промышленные конфликты, в частности между Airbus и Dassault Aviation из-за лидерских ролей и долей в работе над истребителем следующего поколения, задерживают прогресс.
Целью FCAS является не один боевой самолет, а сетевая "система систем", состоящая из пилотируемого истребителя, беспилотных самолетов сопровождения и цифрового боевого облака. Первый полет нового самолета ожидается не ранее 2030 года, а оперативная готовность более вероятна с 2040 года. Однако пока неясно, удастся ли уложиться в график и уложиться в стоимость.
Политический баланс
Хотя около 80% оборонного оборудования закупается в Германии, полной независимости трудно добиться и в политическом плане.
На встрече НАТО в начале декабря заместитель госсекретаря США Кристофер Ландау раскритиковал европейские страны за то, что они ставят собственную оборонную промышленность выше американских поставщиков. Он призвал Европу конвертировать свои расходы на оборону в оперативный потенциал и не вытеснять с рынка американские компании.
В недавно опубликованной Стратегии национальной безопасности США также говорится, что "от военных союзов до торговых отношений и далее Соединенные Штаты будут настаивать на справедливом отношении к ним со стороны других стран. Мы больше не потерпим и не сможем позволить себе "халявы", торговых дисбалансов, хищнических экономических практик и других навязываний, которые наносят ущерб исторической доброй воле нашей страны и вредят нашим интересам".
В интервью Euronews Бен Ходжес, генерал-лейтенант армии США в отставке, заявил, что "то, где Германия покупает оборонное оборудование, должно зависеть в первую очередь от того, что дает бундесверу наилучшие возможности". Однако он признает, что существуют системы, которые Германия в настоящее время не может - или не хочет - производить.
Эксперт по безопасности д-р Кристиан Мёллинг также объяснил газете Bild, что чистое производство в Германии невозможно из-за временных ограничений. Если бы новый пистолет для войск производился в Германии, это потребовало бы новых заводов, правительственных авансовых платежей и времени.
Стандартизация европейского оборонного потенциала
Еще одной причиной европейских закупок является стремление к большей стандартизации и лучшему сотрудничеству между европейскими вооруженными силами.
Поэтому ЕС специально поощряет совместные закупки оборонного оборудования, чтобы стандартизировать ранее сильно разрозненную технику в Европе и сократить дублирующие структуры. Если несколько армий используют одинаковые или совместимые системы, это значительно упрощает проведение совместных операций.
Соответственно, такие программы, как EDIRPA или Европейская программа оборонной промышленности (EDIP), призваны побудить государства-члены больше не делать изолированные национальные закупки, а инвестировать вместе.
Цель - более скоординированная европейская оборонная промышленность и технически унифицированные системы вооружений. В долгосрочной перспективе, согласно стратегии ЕС, это не только повысит эффективность и солидарность, но и укрепит военную интеграцию Европы и способность к общей обороне.