Срочная новость
This content is not available in your region

Видеофиксация: новый способ "отлова" московских манифестантов?

Access to the comments Комментарии
 Мария Горковская
Манифестация в поддержку Алексея Навального в Хабаровске, 21 апреля 2021 г.
Манифестация в поддержку Алексея Навального в Хабаровске, 21 апреля 2021 г.   -   Авторское право  AP Photo
Размер текста Aa Aa

Московские силовики в массовом порядке «отлавливают» участников несогласованной акции в поддержку Алексея Навального 21 апреля при помощи записей с камер наружного видеонаблюдения. Об этом заявили Euronews российские правозащитники. В частности, полиция предъявила в качестве доказательств вины скриншоты корреспонденту «Дождя» Алексею Коростелеву и политику Леониду Гозману. Как заявляет последний, на изображении лишь видно, что он просто идет по Тверской улице, где среди прочего проходила манифестация, но отделение полиции Гозман покинул уже с протоколом по статье об участии в несогласованной акции (ч.5 ст.20.2 КоАП).

Политик «привлекается» впервые за последний год, и ему грозит штраф до 20 тысяч рублей. Те же, кого суд признает виновным в повторном нарушении правил проведения митинга, должны будут выплатить гораздо большие суммы или отсидеть срок (им может быть назначен административный арест до 30 суток).

Система не нова, заявил Euronews адвокат Гозмана Михаил Бирюков. В свое время подобным образом к ответственности привлекли муниципального депутата Владимира Залищака, которого задержали в метро на основании ориентировки после январских протестов, а также председателя президиума Ассоциации независимых депутатов Елену Филину, чье лицо было зафиксировано на камерах во время ее участия в февральской «Цепи солидарности и любви» с Любовью Соболь.

- Но действительно распространенной эта методика стала только после событий 21 апреля - масса дел открывается именно на основании видеофиксации. При этом в материалах зачастую отсутствует что-либо, кроме рапорта сотрудника Центра по борьбе с экстремизмом, где говорится, что он выявил это видео и сделал скриншоты, - говорит Бирюков.

Alexander Zemlianichenko/Copyright 2020 The Associated Press. All rights reserved.
Видеокамеры на улицах МосквыAlexander Zemlianichenko/Copyright 2020 The Associated Press. All rights reserved.

По словам бывшего сотрудника спецслужб и основателя компании «Интернет-Розыск» Игоря Бедерова, в Москве сегодня установлено около 180 тысяч камер наружного видеонаблюдения, в основном корейского производства, но не более 10% из них наделены функцией распознавания лиц и телефонов. Соответствующее российское программное обеспечение Департаментом информационных технологий (ДИТ) города закупал в свое время у NtechLab, разработчика знаменитого сервиса FindFace, который позволяет найти совпадения по фотографиям с телефонов в социальных сетях. В основе технологии распознавания лиц лежит представление антропометрической системы криминалистического учета, с которым работал еще 140 лет назад французский юрист Альфонс Бертильон, предложивший разделять лица на определенные сегменты с учетом различных черт, морщин, носогубных складок, высоты лба. Система обучается человеческой логике, и сегодня, отмечает Бедеров, появилась возможность даже идентифицировать граждан в маске только по верхней части их лиц.

Активно систему, которая впоследствии была передана на вооружение полиции, ДИТ стал развивать в 2018 году – до того пропускная способность сети была слишком низкой.

- 4G тогда еще массово не вошел, дорого было передавать данные, не было достаточной серверной мощности. В федеральном розыске 600 тысяч человек. Для того, чтобы «перелопатить» данные с большого количества камер, сопоставить свыше 10 тысяч портретов, нужны очень высокие пропускные мощности у «железа». В 2018 году начали поступать технологии: теперь даже полмиллиона портретов можно прогнать в режиме онлайн, - отмечает эксперт. – Кроме того, в 2018 году до чиновников дошло и то, что это дополнительный заработок для мэрии (дополнительные штрафы за неправильную парковку и нарушения правопорядка), новые возможности для анализа. Ведь собирая и покупая различные данные, мэрия и ДИТ используют их в статических и рекламных целях. Наконец, это и повышение эффективности правоохранительных органов.

В то же время правозащитники отмечают, наиболее активно использовать видеофиксацию столичные силовики стали только после пандемии. Система была апробирована в момент, когда в городе ввели режим самоизоляция, для контроля за лицами, которые, находясь на карантине, тем не менее покидали свои квартиры. Толчком же послужил рост протестного движения в связи с арестом Навального.

- Теперь фактически каждый шаг жителя Москвы контролируется. Изначально разработанная для борьбы с преступностью методика по факту используется против мирных жителей, которые выходят на мирные акции, - считает Бирюков.

AP Photo
Акция протеста в Екатеринбурге, 23 января 2021 г.AP Photo

Бедеров не совсем с ним согласен. По его словам, современные технологии на вооружении МВД позволяют силовикам проводить ретроспективный анализ, а потому один кадр видеозаписи, как в случае с Гозманом, не может служить основанием для задержания и, «скорее всего, это лицо все-таки делало что-то, что было воспринято как не совсем правомочное».

- Кроме системы идентификации лиц есть огромное количество других данных: камеры видеонаблюдения (особенно в крупных городах) зачастую включают модули IMEI Catcher, которые идентифицируют телефоны рядом. Протестующие координируют свою деятельность через Telegram, а в нем есть технологии выявления геолокации пользователей. По мере накопления всех этих данных можно отслеживать перемещения лиц, - объясняет процесс эксперт. - Берется несколько точек, где проходило шествие, «выгружаются» люди, которые в этот момент там находились. Потом вся эта совокупность Telegram-аккаунтов проверяется на наличие этих людей в чатах. Если это были протестные чаты и если человек в них проявлял активность, призывал к чему-то кого-то, скорее всего, его действительно пригласят на беседу.

Бедеров не исключает возможных ошибок, ссылаясь на «человеческий фактор». Так, будучи сотрудником спецслужб он сам неоднократно сталкивался со злоупотреблениями со стороны некоторых силовиков во время массовых акций. Специалист связывает это в целом с недостаточным образованием широких масс представителей правоохранительных органов и отсутствием жесткого контроля за их деятельностью.

- Когда по таким делам еще работала «наружка» ребята фиксировали людей, которые проходили мимо, припаркованные машины, чтобы набить себе больше «палок» (показателей – прим.ред.). Может, это не до конца победили. Но технологии - замеры с нескольких камер, данные операторов сотовой связи – позволяют сопоставить все эти данные и действительно ответить на вопрос: как долго шел человек по улице, где проходили протесты, и чем при этом занимался, - отмечает Бедеров.

Dmitri Lovetsky/Copyright 2021 The Associated Press. All rights reserved
Акция протеста в Санкт-Петербурге, 31 января 2021 г.Dmitri Lovetsky/Copyright 2021 The Associated Press. All rights reserved

В то же время правозащитники говорят о незаконности использования подобных системных инструментов.

- Возникает вопрос: какого качества дела возбуждаются и можно ли потом доказать использование подобных технологий? Как правило, они фигурируют только в материалах оперативной разработки, а в судах и уголовных делах никак не отсвечиваются. Потому и отследить, кто использовал конкретные технологии и нарушил право гражданина на тайну частной жизни в России практически невозможно, - отмечает глава правового отдела "РосКомСвобода" Саркис Дарбинян. – А недавняя инициатива Минцифры по исключению из-под тайны связи информации о геолокации с устройств «решило» данную проблему так, что теперь даже получение судебного решения для получения подобного рода информации не потребуется.

Согласно действующему законодательству РФ, сведения, подпадающие под тайну связи (например, координаты абонентских устройств) могут выдаваться третьим лицам лишь на основании решения суда. В начале февраля Министерство цифрового развития, связи и массовых коммуникаций предложило это изменить, заявив, что так правоохранители и спецслужбы смогут оперативнее разыскивать пропавших людей. Дарбинян отмечает, что соответствующая дискуссия велась давно, но только после прокатившихся в январе по стране манифестаций решение выступить с данной инициативой и было принято.

В настоящий момент "РосКомСвобода" продолжает свои попытки в судебном порядке запретить уличную систему распознавания лиц, а в будущем принять акт, регламентирующий использование подобных технологий. Иск к ДИТ города и МВД подала волонтер организации Анна Кузнецова после того, как смогла всего за 16 тысяч купить на "черном рынке" отчет о своих перемещениях. Она обвинила московские власти в том, что те не могут гарантировать защищенность данных: нет никакой методики сохранения запросов (кто и кого пробивал) и отслеживания «загруженных» в систему фотографий (используются изображения из соцсетей, СМИ и базы Роспаспорта), нет ни судебного, ни прокурорского надзора за имеющими к ней доступ сотрудниками МВД.

В сентябре Тверской суд иск отклонил. Подана апелляция. «РосКомСвобода» обещает дойти, если нужно, до Европейского суда по правам человека, но добиться обжалования решения.

По словам Дарбиняна, сейчас московские суды как будто не видят проблемы. Так, неделю назад, после расследования правозащитников об утечках в системе, двух занимавшихся «пробивом» полицейских приговорили к штрафу - по пять тысяч рублей каждого. Это меньше стоимости оказанной ими «услуги».

- Это хорошо демонстрирует, как в текущий момент российские власти относятся к защите приватности, что противоречит недавно озвученным рекомендациям Совета Европы. И если, например, Люксембург и Бельгия в ожидании принятия единой европейской директивы по системам распознавания лиц решили временно отказаться от их использования, то Москва сейчас находится где-то между Сан-Франциско и Синьцзянем, где Китай создал свой «цифровой лагерь», - считает эксперт. - Сегодня реализуется худший сценарий, который мы только могли предположить: технология распознавания лиц позволяет не только контролировать поведение граждан, но и его менять - создавать атмосферу страха, в которой граждане, понимая, что находятся под круглосуточным наблюдениям, могут просто отказаться пойти на очередной гражданский протест.

По оценкам аналитиков Telecom Daily, сегодня Россия занимает третье место в мире по числу установленных камер видеонаблюдения: всего их 13,5 млн – это почти 100 на каждую тысячу человек. В 2020 году ДИТ потратил на их установку около 68 млрд рублей.