Каталонка Алисия Эстеве шесть лет выдавала себя за Таню Хед, «выжившую» при 11 сентября и главу ассоциации жертв, пока The New York Times не разоблачил обман в 2007 году.
Таня Хед была, по ее собственным словам, одной из 18 человек, выживших на 78-м этаже Южной башни Всемирного торгового центра, в зоне выше места, куда врезался второй самолет 11 сентября 2001 года.
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
Она рассказывала, что умирающий мужчина передал ей свое обручальное кольцо, попросив вернуть его вдове, что доброволец с охваченной огнем одеждой помог ей спускаться по лестнице и что она потеряла жениха Давида в Северной башне. Благодаря этой истории она возглавила Ассоциацию выживших Всемирного торгового центра и встречалась с Руди Джулиани, тогдашним мэром Нью-Йорка.
Ничего из этого не было правдой. Таня Хед на самом деле была Алисией Эстеве, молодой барселонкой, которая в день терактов училась на магистерской программе в городе и никогда не бывала в башнях-близнецах.
Не существовало и помолвки с Дэвидом Скоттом Суэресом, сотрудником Deloitte, погибшим при атаке, с которым она якобы была обручена: ни его семья, ни компания, в которой он, как утверждалось, работал, никогда не подтверждали эту связь.
Ложь держалась до 2007 года, когда журналисты The New York Times Дэвид У. Данлап и Сердж Ф. Ковалески, последовав интуиции, что в ее истории что-то не сходится, разоблачили ее. Вскоре на форумах выживших стала распространяться новость о том, что Алисия Эстеве покончила с собой, но этот факт так и не удалось подтвердить.
Документальный фильм Кике Майльо: «Выжившая»
Спустя ни меньше ни больше как 25 лет после терактов барселонский режиссер Кике Майльо, известный по фильмам «Ева» и «Торо», обращается к этой истории в картине «Выжившая», документальном фильме, продолжающем линию, начатую работой «Освальд. Фальсификатор», его предыдущим фильмом об арт-фальсификаторе Освальде Аулестиа.
Поскольку Алисия Эстеве отказалась участвовать и появляться перед камерой, Майльо приглашает актрису и комедийную артистку Ханну Бекер, чтобы на основе прямых источников, таких как ее тексты и записи терапевтических сеансов, восстановить то, что никогда не было снято и проговорено в реальном интервью.
Для фильма Майльо отправляется в США и берет интервью у тех, кто близко знал Таню Хед: у членов ассоциации выживших, у бывшего президента, которого она сместила, и у Сэма Кедема, психотерапевта, лечившего ее как жертву теракта и так и не заметившего в ее рассказе ни одной несостыковки. Мнения о ней расходятся.
Одни вспоминают ее как человека, жаждавшего внимания и главной роли, другие считают, что без ее самоотверженности ассоциация не добилась бы и половины той известности и тех целей, которых достигла, и подчеркивают, что она никогда не получала денег от своего обмана.
Это 88-минутный документальный фильм, в котором показана каталонка, много лет извлекавшая выгоду из того, что выдавала себя за еще одну жертву.
Почему ее никто не разоблачил раньше?
Задача фильма не столько в том, чтобы выяснить нынешнее местонахождение Алисии Эстеве, сколько в том, чтобы понять, как ей удалось поддерживать в течение шести лет, не вызывая подозрений, полностью вымышленную личность и придуманную травму.
Эта история перекликается с делом Энрика Марко, каталонца, который выдавал себя за узника концлагеря Флоссенбюрг и даже возглавил ассоциацию бывших заключенных Маутхаузена, прежде чем его разоблачили (источник на испанском языке). В обоих случаях сочиненный, насыщенный эмоциональными деталями рассказ затрагивал аудиторию так, как подлинные, более сдержанные свидетельства не могли.
Фильм поднимает вопрос не только о том, как Алисии Эстеве удалось обмануть столько людей, но и о том, какая коллективная потребность позволила этой лжи действовать так долго, не встречая сомнений ни у кого, даже у психолога.