Находясь в розыске и скрываясь в своем оплоте в Чапаре, Эво Моралес бросает вызов правительству Родриго Паса и отвергает любые варианты, предполагающие сдачу.
Чтобы добраться до Эво Моралеса, нужно пройти несколько контрольно‑пропускных пунктов, углубиться в джунгли Чапаре и выйти к Лаука‑Энье — затерянному поселку в его традиционном оплоте в Кочабамбе, где бывший президент Боливии скрывается уже несколько недель.
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
Против него выдан ордер на арест, и потому вокруг его убежища дежурят десятки сторонников, некоторые — с оружием. Они охраняют периметр на случай возможного вмешательства. Страна переживает одну из самых сложных за десятилетия политических ситуаций: противостояние между Моралесом и его сторонниками и правительством Родриго Паса, которое угрожает его задержать.
Бывший глава государства говорит прямо, когда его спрашивают, рассматривает ли он возможность сдаться. "Я не сдамся", — заявил он в интервью AFP, спустя несколько дней после того, как власти допустили возможность войти в его bastión, чтобы арестовать его.
"Тот, кто торгуется за собственное выживание, недостоин", — добавил он.
Боливия на грани коллапса
На этом фоне Боливия выглядит как государство, стоящее на грани коллапса: уже семь недель крупнейшие города испытывают нехватку продуктов, топлива и лекарств из‑за блокад дорог, направленных против центристского президента Родриго Паса. Его отставки давно требуют профсоюзы и организации коренных народов.
Пас, который в ноябре положил конец двум десятилетиям правления левых, обвиняет Моралеса в подстрекательстве к протестам и в прошлую субботу ввёл чрезвычайное положение, чтобы вывести армию на улицы.
Для Эво Моралеса происходящее — "восстание против неолиберальной модели и колониального государства", которое, по его словам, оставило страну "с правительством без авторитета".
Что будет, если Моралеса задержат?
Главная интрига, которая витает над всей беседой, — что произойдет, если силы безопасности все-таки войдут в Чапаре. Моралес считает это ненужным, утверждая, что блокад дорог, которые могли бы оправдать такое развертывание, больше нет, но не скрывает, к чему, по его мнению, приведет решение правительства пойти на этот шаг.
"Они толкают страну к гражданской войне, — предупреждает он. - Любое военное или полицейское вмешательство крестьяне будут отражать".
Моралес подчёркивает, что не стремится к жертвам и ранениям, но отмечает, что его сторонники "хорошо организованы".
Говоря об уголовном деле, из‑за которого он скрывается (деле о предполагаемой торговле несовершеннолетними), Моралес предельно ясен:
"Это сфабрикованный процесс /.../ Они не находят ничего ни по наркотрафику, ни по коррупции. Поскольку Эво не коррумпирован, они пытаются воспользоваться темой “педофила”. Людей это только смешит", — подытоживает он.
"В любой момент любой сектор может мобилизоваться"
Его прогноз относительно того, что ждет страну, довольно пессимистичен. По мнению Моралеса, если экономика не начнет оживать, вся эта ситуация затянется:
"Эта “mentirocracia” вызывает сильную реакцию у боливийского народа. /.../ Если не решить структурную проблему, а именно экономическую, в любой момент любой сектор может мобилизоваться".
Моралес, подчеркивая, что он никогда не требовал отставки президента, формулирует свои требования:
"Не допустить приватизации электроэнергии, воды, природных ресурсов, здравоохранения и образования. Вот этого мы и добиваемся".