Этот музей — о магии и бардаке потраченной впустую юности, для всех, кто писал RAWR на запястье, мазал слишком жирную подводку и не хотел принимать мир таким, как он есть.
Когда ты молод, мир кажется колесом обозрения.
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
Эта строка из песни 2007 года инди-группы Bright Eyes — и в ней много правды. Юность — это головокружительный, почти волшебный период жизни, когда ты словно паришь над еще неведомой реальностью, приподнятой вихрем подростковых гормонов и безграничного оптимизма.
Это точка пересечения между тем, кем мы являемся, и тем, кем только становимся; бесконечный коридор с распахнутыми дверями.
Иначе говоря, это самая формирующая нас пора жизни.
Но только сейчас, впервые, ей посвятили целый музей.
Museum of Youth Culture официально открывается сегодня в, пожалуй, главной мекке лондонских субкультур — районе Камден.
Идея принадлежит Джону Свинстеду, архивисту британской молодежной культуры. О том, чтобы создать постоянный музей, он мечтал четверть века — и лишь благодаря множеству страстных единомышленников эта мечта стала реальностью.
Цель при этом всегда оставалась одной и той же: отметить вклад молодых людей — то, как они влияли на историю и продолжают формировать наше будущее.
«Это абсолютно недооцененная часть наследия, и в результате молодые люди выпали из музейной повестки», — говорит креативный директор музея Джейми Бретт.
«Особенно это касается подростковых лет. Того гормонального этапа, который с одной стороны биологичен, а с другой — связан с шансом покинуть дом и обрести независимость. Именно это и рождает потрясающие субкультурные сцены, для которых раньше просто не было ни времени, ни пространства», — добавляет он.
Сам музей напоминает комнату лучшего друга: полуподвальные залы, заваленные личными фотографиями, флаерами рейвов, подростковыми безделушками и признаниями, наспех выведенными на линованной бумаге.
Сверху — бар и магазин, где взрослость встречается с детством в смеси индустриального и ностальгического интерьеров. Настольный футбол стучит в такт писку аркадного автомата, а футболки в углу кричат «Punk» и «Emo».
Не хватает только тех самых шоколадок Freddos по 10 пенсов на прилавке.
Хотя музей невелик, внутри достаточно, чтобы удержать внимание и при этом не перегрузить. Основной архив охватывает сто лет молодежной культуры — с 1920 по 2020 год — и показывает всех: от бунтарок-флэпперов в ботинках до колен на мотоциклах до диджеек, пробивавших себе путь в мужской клубной сцене 90‑х.
«Мы много путешествуем по всей Великобритании, собирая личные истории людей, — рассказывает Лиза дер Ведуве, менеджер архивных проектов и куратор работы с сообществами. — Большая часть того, что вы видите на выставках, собрана через нашу кампанию Grown Up In Britain».
У большинства артефактов и снимков минимум пояснений: разве что имя, год и место. Все остальное — на воображение зрителя. И все же через эти фрагменты чужих неловких подростковых лет — готы 80‑х в полосатых колготках и эмо нулевых, выглядывающие из‑под косых челок — в витринах вдруг проступает собственная юность.
Какими бы ни были субкультура или десятилетие, когда‑то у всех у нас было это чувство безудержного самовыражения; время, когда казалось, что мир принадлежит нам — чтобы спорить с ним и переделывать по‑своему.
«То, как молодые люди собираются вместе, находят себя и друг друга, во многом определяет общество и мир, в котором мы живем», — говорит дер Ведуве.
Что такое молодежные субкультуры?
Субкультуры — особые и самобытные сообщества внутри большого общества — существовали всегда и могут принимать самые разные формы.
В контексте Museum of Youth Culture речь идет прежде всего о молодежных субкультурах, рожденных из конкретных музыкальных и модных сцен — моды, панка, готики, эмо, рейва.
У каждой свой облик и стиль жизни, но все они объединены бунтарскими ценностями, отвергающими мейнстрим и доминирующие нормы. Поэтому субкультуры стали визитной карточкой подросткового протеста — и нередко вызывали моральную панику у властей.
Эти субкультуры проложили дорогу альтернативным взглядам и искусству, раздвигая границы допустимого.
В последние годы, однако, многие задаются вопросом, не утратили ли мы все это. По их мнению, появление соцсетей привело к отчуждению и выравниванию культуры в целом.
Дер Ведуве с этим не согласна: по ее словам, хотя субкультуры в цифровую эпоху выглядят иначе, они никуда не делись — и более чем живы.
«Когда идешь по центру Лондона и встречаешь компанию подростков‑фанатов K‑pop, у всех свой особенный стиль, они слушают одну и ту же музыку и живут этой жизнью. Это очень напоминает те субкультуры XX века, которые мы помним. Но у них одна нога в онлайне, а другая — в реальном мире, потому что именно в таком обществе мы теперь живем», — говорит она.
«Субкультуры уже не выглядят так же, потому что сама формула где‑то изменилась. Они движутся вместе со временем».
Не просто еще один кирпич в стене
Помимо расширения архива, главная задача музея — быть постоянно меняющимся, межпоколенческим пространством. Тем, которое не только сохраняет прошлое, но в первую очередь смотрит в будущее.
«Для нас невероятно важно прежде всего активно поддерживать современных молодых людей. Особенно сейчас, когда им приходится несладко, а многие их пространства исчезли и закрылись из‑за таких факторов, как политика жесткой экономии и недостаток заботы о таких местах.
Музей создан для молодых — чтобы у них было место, где можно просто быть и что‑то делать».
Одна из галерей как раз иллюстрирует этот подход: здесь проходит выставка, созданная коллективом UK Youth. Она называется «О чем я врала/врал родителям» и исследует идею лжи как неотъемлемой части поиска собственной идентичности в условиях культурного и социального давления.
Тема особенно актуальна сейчас, когда соцсети в Великобритании запретили для подростков до 16 лет. В ставшем вирусным сюжете BBC, отвечая на вопрос, чем он теперь будет заниматься, один подросток сказал: «Буду пялиться в стену».
«Зато теперь у них есть интересная стена», — заметила художница, диджей и участница проектов музея Линетт Камала.
Подобно подросткам, Museum of Youth Culture все еще в поиске себя и ждет, когда его направят те, ради кого он создан. Но уже сейчас это место пропитано британским обаянием и душевностью: пространство, где можно заново обрести чувство общности, творческий настрой и привычку слушать, чего на самом деле хотят и в чем нуждаются молодые.
А для остальных из нас — напоминание о том, что мы постарели, но когда‑то тоже были юными. И что, как бы ни менялись поколения, мы гораздо ближе друг к другу, чем привыкли думать.
Вот видишь, мам, это никогда не было просто «переходным периодом»!
Museum of Youth Culture открывается 20 июня в районе Камден‑Таун в Лондоне.