Критики отмечают резкий контраст между международной репутацией премьера Марка Карни как защитника климата и его курсом внутри страны на расширение добычи нефти и газа.
В прошлом месяце председатель Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен сделала Канаде неожиданное предложение: стать первым в истории ЕС «associate member».
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
После того как государства-члены, прежде всего Германия, выступили против этого термина, Евросоюз теперь продвигает формулировку «ever closer association» с Канадой. Она фигурирует в последнем проекте совместной декларации, которую планируют принять по итогам саммита ЕС–Канада, открывающегося сегодня в Монреале.
Среди стран ЕС существует широкий консенсус относительно необходимости усилить сотрудничество с Канадой в таких областях, как оборона, критически важное сырьё, энергетика, торговля и охрана границ.
На этой неделе еврокомиссар по вопросам климата заявил государствам-членам, что им нужно готовиться к всё более экстремальной погоде, показывая, что Еврокомиссия всерьёз относится к вопросам климатической готовности. Но что происходит в Канаде?
В этом материале мы разбираем политику Канады в сфере нефти и газа, энергетического перехода, углеродного ценообразования и борьбы с «зелёным» пиаром.
Что такое нефтепровод Pacific Link?
С момента прихода к власти в 2025 году премьер-министр Канады Марк Карни отменил ключевые меры по сокращению выбросов — в частности, отказался от запланированного потолка выбросов в нефтегазовом секторе и ослабил систему промышленного углеродного ценообразования, отмечают международные НКО Climate Action Tracker и Environmental Defence.
Одновременно правительство Карни упростило процедуру одобрения нефтегазовых проектов. Среди них — предлагаемый к строительству нефтепровод Pacific Link (источник на английском языке), по которому планируется ежедневно транспортировать миллион баррелей битуминозной нефти из Альберты к побережью Тихого океана у Британской Колумбии. Проект угрожает среде обитания исчезающих косаток (источник на английском языке) и может привести к увеличению выбросов парниковых газов до 18,7 млн тонн.
Эти решения означают серьёзный отход от климатической репутации, которую Карни сформировал как глава Банка Англии и специальный посланник ООН по вопросам климатических действий и финансирования.
Возникает вопрос, не окажется ли его стремление превратить Канаду в мировую энергетическую сверхдержаву реализованным за счёт выполнения климатических обязательств страны и не замедлит ли дополнительное предложение ископаемого топлива переход к более чистой энергии в Европе и Азии.
От климатического лидера к наращиванию добычи ископаемого топлива
У Карни репутация опытного государственника и давнего борца за климат. Отчасти она сложилась благодаря его многолетним предупреждениям о финансовых рисках, связанных с изменением климата.
Ещё в 2015 году, будучи главой Банка Англии, он предупреждал, что последствия глобального потепления могут наступить раньше, чем это учитывают финансовые рынки и законодатели.
«Катастрофические последствия изменения климата проявятся за пределами традиционного горизонта планирования большинства участников экономики, переложив расходы на будущие поколения, у нынешнего поколения нет прямого стимула эти расходы покрыть», — сказал Карни в речи в Lloyd’s of London.
Позже он помог мобилизовать финансовые институты вокруг обязательств по достижению нулевого чистого уровня выбросов.
Однако, став премьер-министром Канады, по мнению экологических критиков, Карни выдвинул на первый план рост энергетического производства, инвестиции и конкурентоспособность, а не климатическую политику, нацеленную на сокращение потребления ископаемого топлива.
Изменения затрагивают не только отмену углеродного налога для потребителей, по которому домохозяйства напрямую платили за свои выбросы.
Правительство Карни также отменило мандат на развитие электромобилей, отказалось от предложенного потолка выбросов в нефтегазовой отрасли, ослабило национальную систему промышленного углеродного ценообразования и смягчило стандарты против зеленого пиара. Финансирование общественного транспорта было резко сокращено.
В совокупности, утверждают климатические активисты, эти меры ослабляют обе составляющие стратегии декарбонизации Канады: и стимулы к отказу от ископаемого топлива, и инвестиции в альтернативы.
Правительство продолжает вкладывать средства в отдельные проекты чистой энергетики, однако ставка на расширение добычи нефти и газа создаёт напряжение между климатическими обязательствами страны и её экономической стратегией.
Новые нефтегазовые проекты проходят по ускоренной процедуре
Самым наглядным проявлением этого разворота стала инициатива правительства ускорить одобрение крупных инфраструктурных проектов.
Принятый в 2025 году закон Building Canada Act создал механизм, позволяющий признавать проекты отвечающими национальным интересам и освобождать их от части юридических требований.
Закон подавался как способ ускорить реализацию стратегически важных инициатив — от разработки критически важных минералов до проектов в области возобновляемой энергетики, атомной генерации, портовой инфраструктуры и гидроэнергетики.
Однако заметное место в планах правительства занимают именно нефтегазовые проекты.
В сентябре 2026 года кабинет Карни внёс законопроект, который позволяет заранее одобрять проекты в специально обозначенных регионах национального интереса, сокращает срок рассмотрения крупных проектов до одного года и даёт федеральному министру расширенные полномочия по снятию экологических условий с уже согласованных проектов.
По мнению экологических организаций, это законодательство ослабляет меры по защите дикой природы и снижает уровень общественного контроля.
Расширение экспорта СПГ и глобальная гонка за газом
Энергетическая стратегия Карни включает и наращивание экспортных мощностей Канады по поставкам сжиженного природного газа (СПГ).
Правительство поддерживает планы, которые могут удвоить экспортные мощности терминалов на западном побережье страны. Оно также сигнализирует о готовности рассмотреть развитие газового экспорта из провинции Нью-Брансуик, если местные власти отменят запрет на гидроразрыв пласта и создадут собственную добывающую отрасль.
Оттава утверждает, что способна обеспечить надёжные поставки для международных партнёров, стремящихся диверсифицировать свои источники энергии. В преддверии саммита ЕС–Канада в Монреале стороны, как ожидается, представят технико-экономическое обоснование долгосрочных поставок СПГ в Европу, следует из документа, с которым ознакомился Euronews.
Для Европы, пытающейся снизить зависимость от российских ископаемых ресурсов, дополнительные поставки из политически стабильных стран могут укрепить энергетическую безопасность. Потенциальными рынками для канадского СПГ остаются и страны Азии.
Однако большее предложение газа само по себе не ускоряет энергетический переход. Новые терминалы СПГ и трубопроводы требуют значительных инвестиций и могут работать десятилетиями. Если они будут стимулировать долгосрочное потребление газа или отвлекать капитал от электрификации и развития возобновляемых источников, это способно замедлить отказ от ископаемого топлива.
Эстер Боллендорф, руководитель программы по отказу от ископаемого топлива в европейской сети Climate Action Network (CAN) Europe, считает, что Канада должна стать для ЕС не очередным поставщиком газа, а партнёром в создании доступной и устойчивой энергетической системы.
По её словам, предлагаемое технико-экономическое обоснование экспорта СПГ в ЕС представляет собой «опасное отвлечение» от электрификации на основе возобновляемых источников и повышения энергоэффективности.
«Это чревато закреплением инфраструктуры для ископаемого топлива, появлением невостребованных активов и ростом счетов за энергию для потребителей по обе стороны Атлантики, одновременно подрывая климатические цели Европы», — говорит Боллендорф.
«Зелёные» активисты опасаются, что расширение предложения ископаемого топлива может повлиять на выбор стран-импортёров, сделав продолжение потребления газа более привлекательным, чем инвестиции в альтернативы — такие как ветер и солнечная энергетика.
Энергетическая сверхдержава — но в чьих интересах?
Карни представляет расширение добычи ископаемого топлива как способ укрепить экономическую независимость Канады и привлечь международные инвестиции. Однако структура собственности в отрасли ставит под сомнение тезис о том, что увеличение добычи нефти и газа автоматически ведёт к росту контроля Канады над своей экономикой.
Согласно докладу организации Canadians for Tax Fairness, четырёх крупнейших производителей нефти из нефтеносных песков Канады на 60 процентов принадлежат американским инвесторам. LNG Canada — совместное предприятие компаний Shell, Petronas, PetroChina, Mitsubishi и Kogas.
Это означает, что значительная часть капитала и корпоративных интересов, стоящих за энергетической экспансией Канады, приходит из-за рубежа.
Карни утверждает, что страна может использовать свои энергетические ресурсы для укрепления экономического положения и снижения уязвимости перед внешним давлением. Но если отрасль сильно зависит от иностранного капитала и государственной поддержки, ключевым становится вопрос о том, как распределяются выгоды и риски.
Климатические цели становятся всё менее достижимыми
Отказ от активной климатической политики происходит на фоне того, что Канада, по всей видимости, не успеет выполнить свои обязательства по сокращению выбросов.
По оценке Climate Action Tracker, запланированные меры Канады могут снизить выбросы всего на 14 процентов — значительно меньше целей страны по их сокращению на 40–45 процентов за тот же период.
Анализ Канадского климатического института, опубликованный в сентябре 2026 года, также приходит к выводу, что Канада не достигнет своей цели по выбросам к 2030 году, а разрыв может сохраниться и по мере приближения к 2050‑му.