Угроза ракетных атак, взлетевшие страховые премии и приостановка рейсов меняют торговлю через Ормуз, и уже через несколько недель это ощутят потребители.
Узкий пролив, соединяющий Персидский залив с Оманским заливом и дальше с остальным миром, ещё никогда не находился под таким пристальным вниманием.
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
В обычное время через него проходит около 20% мировой торговли нефтью и примерно 30% морских поставок удобрений.
Теперь же, по мере того как война с Ираном входит в третью неделю, он превратился в один из ключевых театров этого конфликта, где нефть и морские перевозки оказались на передовой экономической войны.
«То, что раньше представляло собой чувствительный к перебоям регион, превратилось в устойчиво враждебную зону для судоходства, где ключевым ограничением становятся сама возможность рейса, готовность страховщиков брать на себя риски и меняющаяся в реальном времени тактическая обстановка», — заявил в беседе с Euronews директор базирующегося в Великобритании Института экспорта и международной торговли Марко Форджионе.
Несмотря на обещания США устранить «узкое горлышко» в Ормузском проливе, сотни судов и танкеров по‑прежнему простаивают по обе стороны водного пути.
Ракетные удары, минная опасность и концентрация военных кораблей резко сократили объёмы судоходства, взвинтили стоимость страхования и перевели энергетические рынки в режим кризиса.
Страховые премии стремительно растут
Страхование военных рисков для судов, проходящих через Ормузский пролив, с начала войны с Ираном подорожало в разы.
По словам Форджионе, хотя полисы на время вовсе перестали выдавать, сейчас страховые премии выросли на 200–300%, и в долгосрочной перспективе такие уровни выдержать невозможно.
До кризиса страхование военных рисков для судна, проходящего через залив, обходилось в 0,02–0,05% от его стоимости.
С начала боевых действий, по сообщениям, премии подскочили до 0,5–1% стоимости судна, а в отдельных случаях и выше.
Это означает, что для танкера стоимостью 120 млн долларов обычная премия примерно в 40 тыс. теперь составляет от 600 тыс. до 1,2 млн долларов за один рейс.
Эффект цепной реакции от такого скачка цен приведёт к тому, что уже через несколько недель подорожание почувствуют потребители — на автозаправках и в супермаркетах.
«Эти факторы уже подняли фрахтовые ставки на танкеры, и по мере того как дополнительные расходы прокатываются по всей цепочке — от закупки сырья НПЗ до логистики, — в итоге они доходят до потребителей в виде более высоких цен на топливо», — отметил Форджионе.
Как реагируют судоходные компании
Ряд крупнейших мировых перевозчиков, включая Maersk, MSC, CMA CGM и Hapag-Lloyd, приостановили рейсы через залив, тогда как другие перенаправляют грузы в обход пролива, что увеличивает сроки доставки.
Многим компаниям приходится по‑новому учитывать геополитические риски при планировании своей деятельности.
Как отметил директор по аналитике и рискам Neptune P2P Group Кристофер Лонг, это включает более пристальное отслеживание информации об угрозах, пересмотр времени прохода и обеспечение того, чтобы суда пересекали районы повышенного риска с должной осведомлённостью об обстановке.
«Компании также пересматривают планы действий в чрезвычайных ситуациях, готовность экипажей и коммуникационные протоколы, чтобы суда могли действовать более эффективно, если ситуация с безопасностью ещё ухудшится», — добавил Лонг.
С точки зрения торговли, подчеркнул Форджионе, для бизнеса посыл однозначен: «укрепление устойчивости цепочек поставок больше не опция, а неотложный стратегический приоритет».
Однако из‑за географии Персидского залива возможности для изменения маршрутов крайне ограничены, и у компаний остаётся очень мало альтернатив.
Поэтому, пояснил он, диверсификация цепочек поставок снижает зависимость от любого одного партнёра и позволяет компаниям эффективнее выдерживать удары.
«При сбоях компании, имеющие несколько источников поставок, лучше защищены, поскольку могут быстро перестроиться и сохранить непрерывность работы».
Форджионе также отметил, что повышение прозрачности и управляемости цепочек поставок позволит компаниям заранее выявлять слабые места и устранять их до того, как проблемы разрастутся.
Военно-морские конвои: поможет ли многонациональная операция?
После того как с начала конфликта были атакованы или повреждены как минимум 16 судов, США пообещали обеспечивать проход кораблей и танкеров через Ормузский пролив военными эскортами.
Президент США Дональд Трамп также призвал государства, в наибольшей степени зависящие от поставок из региона Залива, в том числе Китай, Японию, Южную Корею, Францию и Великобританию, направить свои военные корабли для обеспечения безопасного прохода судов.
Но стоит ли вообще рисковать, отправляясь в этот рейс?
По мнению Лонга, который ранее служил офицером ВМС Великобритании, присутствие военных конвоев и патрулей создаёт важный элемент сдерживания, однако компании всё равно будут рассматривать этот маршрут как высокорисковый, даже при наличии сил безопасности.
Иран, со своей стороны, лишь усиливает угрозы фактически закрыть Ормузский пролив, предупреждая суда о риске нападения при его пересечении.
Затянувшаяся кампания по нарушению судоходства может дестабилизировать мировую экономику, и на устранение её последствий уйдут годы.
Что же могло бы стать поводом для масштабной многонациональной военно-морской операции?
Серьёзная эскалация с прямыми атаками на торговые суда или продолжительным блокированием морской торговли могла бы вызвать куда более жёсткую реакцию со стороны ряда государств.
«Исторически угрозы ключевым торговым морским коридорам приводили к согласованному развёртыванию военно-морских сил для восстановления безопасности и свободы судоходства», — напомнил Лонг.
Как ориентироваться в условиях неопределённости
Перебои в работе морских коридоров — не новость, но если боевые действия в Ормузском проливе не утихнут, а на этом фоне во всём мире продолжают расти тарифы, экономисты предупреждают о широкомасштабном эффекте домино и затяжной неопределённости.
Такие эксперты по торговле, как Форджионе, призывают правительства и бизнес активнее укреплять экономическую безопасность, называя это «стратегической необходимостью, а не политической роскошью».
«Один из самых действенных способов укрепить такую устойчивость — углублять и расширять торговые соглашения с широким кругом стран и регионов, чтобы государства сохраняли конкурентоспособность в всё более протекционистской глобальной среде», — подытожил он.
Выход на новые рынки значительно расширил бы возможности бизнеса по диверсификации цепочек поставок, создавая альтернативные источники снабжения, которые помогли бы пережить нестабильные времена.