This content is not available in your region

Война в Украине: голос из России

Access to the comments Комментарии
 Галина Полонская
euronews_icons_loading
Ирина Беспалова
Ирина Беспалова   -   Авторское право  Euronews

Ирина Беспалова родилась в Каневе, городе на Днепре в центральной Украине. Она переехала из Украины в Россию в возрасте 15 лет. Сейчас Ирина живет в Санкт-Петербурге, у неё российский паспорт. Но многие её родственники и друзья находятся в Украине, их города бомбят и обстреливают, а сирены воздушной тревоги стали частью их жизни. Двоюродная сестра Ирины Светлана, живет в Харькове, и они общаются ежедневно.

"Каждое моё утро, каждый мой вечер начинаются и заканчиваются всего одной фразой: "Вы живы? Вы живы? Вы живы?"  Больше думать о чём-то другом сложно, - говорит Ирина. -  Думать сложно о своих детях, о том, что происходит здесь. То есть это бесконечная какая-то нескончаемая боль за всех тех, кто остался там.

На фоне взрывающихся бомб они продолжают жить, они продолжают верить и надеяться на мир, присылают мне, которая вроде бы как находится в безопасности, поддерживающие сообщения, пытаются подбодрить. Это очень сложно на самом деле. Я могу только поддержать их своими стихами, которые публикую в Facebook. Они просят продолжать писать.

Нам сейчас здесь говорят: "Их надо истреблять, уничтожать". Я не понимаю, как может мой преподаватель по музыке, к которому я ходила на фортепиано, и он учил меня играть на этих клавишах, как он может быть нацистом? Как может быть нацистом мой тренер ? Как может быть сестра моя нацистом? Как моя страна, где я сейчас живу, как она может их убивать? Как она может на них бросать бомбы?

Люди, которые здесь живут, не понимают, что они ограничены, они несвободны, и у них нет возможности получать объективную информацию. Полное угнетение свободы слова, невозможность узнать альтернативное мнение, 90 % зомбированности от нашей пропаганды. Все в стрессе, все в депрессии  -  это кто понимает. Но большинство настолько боится, что они просто умалчивают свою позицию, они не выходят на улицы, они втихую обсуждают всё это на кухнях, не вынося всё это за двери дома. Они угнетены, и эта ситуация есть, она всё жёстче, всё чернее, всё страшнее. Я сама хожу по улицам и оглядываюсь: какие воронки чёрные где будут проезжать, и что мне при этом делать, как мне на это реагировать".