Срочная новость

Срочная новость

Сергей Лавров: "Мы хотим видеть Европу сильной"

 Комментарии
Сейчас воспроизводится:

Сергей Лавров: "Мы хотим видеть Европу сильной"

Сергей Лавров: "Мы хотим видеть Европу сильной"
Размер текста Aa Aa

Euronews: “На каком этапе находятся отношения Москвы и Вашингтона? К чему приведет сотрудничество России, Ирана и Турции по урегулированию сирийского вопроса? И есть ли основания у Евросоюза видеть в России угрозу? Эти и другие вопросы я задам одному из самых цитируемых и харизматичных политиков мира, министру иностранных дел России Сергею Лаврову.

Сергей Викторович, спасибо, что нашли для нас время, несмотря на Ваш плотный график. Мой первый вопрос – об отношениях России и США. Через год после того, как Дональд Трамп стал президентом, эти отношения достигли небывалого напряжения. Россия ожидала большего от президентства Трампа?”

Несмотря на все известные негативные события последних трех лет, Европа остается нашим крупнейшим партнером

Сергей Лавров глава МИД РФ

Сергей Лавров, министр иностранных дел России:

“Я не скажу, не сказал бы, что мы были в плену каких-то ожиданий. Сейчас идет много спекуляций на тему, что, вот, Россия поставила на Трампа и проиграла. Действительно, были высказывания в пользу поддержки избрания президентом США Дональда Трампа, но их делали политики, общественные деятели, некоторые парламентарии. А все официальные лица, начиная от президента и кончая министром иностранных дел, включая других людей, которые отвечают за внешнюю политику, никогда не делали никаких ставок и говорили очень четко, что Российская Федерация в любых случаях, в любой стране готова работать с тем президентом, с тем правительством, которое будет выбрано народом соответствующего государства. И на самом деле так оно и есть. Мы не могли гадать, не могли и, конечно же, не стали вмешиваться. О каком-то государственном вмешательстве в предвыборный процесс говорят до сих пор, но ни единого факта я не видел. И я очень надеюсь, что те тенденции, которые мы сейчас наблюдаем доминирующими в Вашингтоне, они все-таки сойдут на нет. Президент при всей необходимости идти на какие-то компромиссы, учитывая настроения в Конгрессе, все-таки ведет свою линию, не раз подтверждал свое искреннее намерение выполнить то, о чем он говорил во время своей предвыборной кампании, – развивать нормальные, взаимоуважительные, взаимовыгодные отношения с Россией”.

Euronews: “И все-таки никто его не заставлял подписывать санкционные законы и давать оружие Украине”.

Сергей Лавров: “Он вынужден идти на компромисс, учитывая отношения в Конгрессе. Когда закон принимается количеством голосов более, чем достаточным для преодоления президентского вето, уже вступают в силу правила внутренней политики, и президент уже исходит из своих отношений с Конгрессом по более широкому кругу вопросов. Это – жизнь, хотя, конечно, печально, что при Трампе за время его президентства наши отношения не улучшились по сравнению с тем, что было в период демократической администрации, и даже в известной степени ухудшились. Я имею в виду, конечно же, отъем, рейдерский захват нашей дипломатической собственности, что противоречит не только Венским конвенциям, но и всем принципам, на которых зиждется американская конституция и американское общество. Частная собственность священна. Это положение было попрано, и мы сейчас запускаем, как мы уже говорили, судебные иски в США”.

Еuronews: “А надежда на прагматизм остается – на прагматизм, на который Вы ставили? Вы говорили, что ждете от него именно прагматизма в отношениях?”

Сергей Лавров: “Прагматизм пробивается. Я уже приводил примеры: не останавливалось наше сотрудничество в космосе, не останавливалось наше взаимодействие по Сирии, хотя оно идет непросто. Там слишком много интересов столкнулось, и, тем не менее, южная зона деэскалации была создана с участием России, США и Иордании. Она функционирует неплохо, хотя, конечно же, нужно выполнять достигнутые в рамках создания этой зоны договоренности о выводе всех несирийских сил из этого района”.

Еuronews: “В Сирии интересы союзников по НАТО – я имею ввиду США и Турцию и операцию Африн – расходятся. Это не может не отмечать Россия. Турки же не скрывают, что они на Африне не будут останавливаться?”

Сергей Лавров: “С самого начала своих действий в Сирии американцы сделали ставку на курдов, игнорировали недовольство Турции. И как бы ни относиться к позиции Турции, эта позиция является реальностью, она ни для кого никогда не является и не была секретом. Турция считала некоторые группировки курдов в Сирии отпочкованием от Рабочей партии Курдистана, которую турки и целый ряд других стран, между прочим, занесли в список террористических организаций, и это все было известно. Турки неоднократно говорили, что они будут всячески препятствовать тому, чтобы именно курды взяли под контроль границу между Сирией и Турцией. Тем не менее американцы на протяжении всего этого периода, последовательно вооружая, причем достаточно массированно, курдские отряды, игнорировали турецкую позицию. Игра с курдским вопросом в разрезе узкого понимания своих собственных геополитических замыслов только в одной части этого региона, что сейчас демонстрируют США, – это очень опасная игра, она может привести к большим неприятностям в целом ряде других стран, где курдское население проживает. И надо думать как обеспечить равные права курдов в нынешних границах стран, в которых они находятся, а не пытаться разбередить весь этот регион, чем на протяжении прошлого столетия занимались наши западные коллеги”.

Еuronews: “При президенте Трампе присутствие США на глобальной арене стало сокращаться. Это мы часто слышим сейчас повсеместно. Вы с этим согласны или считаете, что США остаются таким же глобальным игроком, как и были в течение последних десятилетий?”

Сергей Лавров: “Я не согласен с тем, что американское присутствие в международных делах сокращается. Да, президент Трамп говорил, что “мы должны сделать Америку снова великой” и “Америка прежде всего”, но те, кто понимал этот лозунг как приглашение к изоляционизму и к отказу от каких-то внешних проектов, ошибались. Международное присутствие США не только не сокращается, не только расширяется, но расширяется в основном все больше и больше в военном измерении. Это и Сирия, куда их никто не приглашал, это и Афганистан, куда их приглашали, но пребывание там в течение 15-16 лет ни к чему хорошему не привело. Террористическая угроза никуда не делась, производство наркотиков увеличилось более чем в 10 раз. Это тревожит и нас, и наших центральноазиатских партнеров, должно тревожить и Европу, потому что наркотики идут и туда, и террористы расползаются по всему миру, уже не зная каких-либо границ. И то же самое и в Ираке. Заявили о полном выводе из Ирака еще при Обаме, сейчас возобновляется присутствие. Возобновилось уже присутствие. Оно будет нарастать. Ну я уже не говорю о том, как накачиваются военные приготовления в Юго-Восточной Азии со ссылкой на ядерную проблему корейского полуострова, но в масштабах, которые выходят за рамки необходимого для сдерживания той угрозы, которую американцы видят в Северной Корее. И явно делается это с прицелом для того, чтобы закрепиться в Южно-Китайском море, в контексте тех споров территориальных, которые Китай имеет с рядом стран АСЕАН. Да, и еще, конечно, глобальная система противоракетной обороны, которая уже активно создается в ее европейском сегменте – в Румынии и в Польше, в ее восточно-азиатском сегменте – в Корее Южной, а теперь еще и Япония активно заинтересовалась этой же задачей. И получается, что эта глобальная система ПРО создает проблему не только для нас, но и для КНР. Как видите, присутствие США растет и причем совсем не в безобидном ключе”.

Еuronews: “В течение последнего года европейские страны и ЕС вслед за США стали обвинять Россию в пропагандизме и в поддержке популистских, ультраправых и левых партий. Ослабленная и дестабилизированная Европа может ли быть стратегическим интересом России?”

Сергей Лавров: “Нет, конечно, мы об этом заявляли, и президент об этом говорил. Мы заинтересованы в том, чтобы этот разброд и эти шатания, которые сейчас в Евросоюзе происходят, были преодолены. Мы хотим видеть Европу сильной, стабильной. Это наш крупнейший торгово-экономический партнер, и, несмотря на все известные негативные события последних трех лет, Европа остается нашим крупнейшим партнером, и инвестиционным партнером в том числе, и, конечно же, мы хотим, чтобы эта структура – Евросоюз – развивалась стабильно, предсказуемо, устойчиво. У нас много планов. У Европы растет потребность в энергоресурсах. Эти потребности вполне могут быть удовлетворены теми проектами, которые сейчас мы обсуждаем с европейскими коллегами – и “Северный поток-2”, и “Турецкий поток”. Кстати, в прошлом году “Газпром” рекордно увеличил свои поставки в Европу, поставил беспрецедентный объем. Так что все разговоры о том, что надо уходить от зависимости, от российского газа, они исключительно являются политическими играми и нацелены на то, чтобы искусственно разорвать наше естественное экономическое партнерство”.

Euronews: “Каковы интересы России на Балканах и какой Вам видится эволюция этой части Европы?”

Сергей Лавров: “Балканы – наш исторический партнер. Мы сделали очень много для того, чтобы обеспечить и безопасность, и саму государственность многих балканских стран, в том числе и в ходе русско-турецких войн, и в ходе Первой мировой войны, и в ходе Второй мировой войны. И наши исторические корни, наши духовные, религиозные корни – там большинство православных на Балканах – они, конечно же, обусловливают очень добрые отношения между народами Российской Федерации и стран, которые расположены на Балканском полуострове. У нас очень хорошо развиваются отношения в последние годы с Сербией, Словенией. Неплохо, я бы сказал, идет диалог с Баня-Лукой, с Македонией. Совсем недавно как-то прервался такой период паузы в отношениях с Хорватией. Президент Хорватии посетила Российскую Федерацию, я встречался со своим коллегой. Конечно, тревожит ситуация в Черногории, которую пытаются разыграть как какую-то разменную карту в русофобской борьбе, в русофобских затеях, навязали членство в НАТО. Но, тем не менее, мы с Черногорией всегда были в очень добрых отношениях. И я не понимаю, зачем им, черногорцам, было нужно влезать, вступать в эту русофобскую кампанию. Это на их совести остается… Но сопоставьте просто факты. Нет практически ни одной балканской страны, где американский посол или вместе с европейскими послами не требовали бы от руководства перестать дружить с Россией. Они это делают практически публично, в Сербии уж точно. И одновременно посмотрите, чем мы занимаемся на Балканах. Мы просто предлагаем взаимовыгодные проекты. Мы никогда не требуем от наших партнеров ни на Балканах, ни где бы то ни было еще перестать развивать отношения с той или иной страной. Вот в этом коренное отличие нашей внешней политики от внешней политики Запада. И когда говорят, что Россия вмешивается во внутренние процессы, не приводя ни одного факта, ну, я все-таки считаю, что независимые объективные СМИ, а я к таковым отношу Euronews, должны показывать те действия, которые открыто предпринимаются западными странами на тех же Балканах с публичными требованиями перестать дружить с Российской Федерацией. В принципе, мы говорим о том, что требование выбора: или вы с Россией, или вы с Западом – ну это средние века, понимаете”.

Euronews: “Парламент Украины одобрил так называемый закон о реинтеграции Донбасса, в котором Россия называется “государством-агрессором”, а территория на Востоке Украины – “оккупированной”. В своем комментарии МИД РФ назвал это подготовкой к новой войне. Минские соглашения остаются в силе с точки зрения России? И каким Вы видите решение этого конфликта?”

Сергей Лавров: “Минские соглашения остаются в силе с точки зрения международного права, потому что они были единогласно одобрены резолюцией Совета Безопасности ООН, которая обязательна к исполнению. И никакие украинские законы не могут быть выше решения Совета Безопасности ООН. Все наши собеседники и из Западной Европы, и из Восточной Европы, и из Соединенных Штатов подтверждают необходимость выполнения Минских договоренностей. Закон об интеграции – он там по-другому называется. Его уже окрестили законом об интеграции. Он на самом деле вообще не упоминает Минские соглашения никоим образом, и по сути дела это, я бы сказал, закон о дезинтеграции, потому что он весь направлен против логики Минских соглашений, которые требуют восстановления единого общественного политического государственного пространства через диалог между киевскими властями и этой частью украинского государства. Поэтому это очень тревожный закон, и мы будем разговаривать с нашими коллегами и по линии помощников руководителей государств “нормандского” формата, и в контактной группе, и здесь, я убежден, нельзя проявлять никакую слабину, и нельзя идти на поводу у радикалов, которые затеяли похоронить Минские договоренности”.

Еuronews: “Есть ли шансы, что на востоке Украины до марта появятся миротворцы ООН?”

Сергей Лавров: “Это зависит от тех, кто пока до сих пор не дал нам ни одной конкретной поправки к проекту резолюции, которую Россия внесла. У нас логика очень простая: Минские договоренности выполняются под мониторингом, при участии ОБСЕ. ОБСЕ создала специальную мониторинговую миссию. Возникали опасения в отношении безопасности этих наблюдателей, и уже давно президент России предложил дать им легкие вооружения, чтобы они были более защищены. ОБСЕ сочла это невозможным, у них не было такой практики вооруженных миротворческих операций. Тогда через какое-то время, а именно в сентябре прошлого года, мы внесли проект резолюции в Совет Безопасности, который очень прост и прямо привязан к Минским соглашениям: везде, где работают наблюдатели ОБСЕ, им придается охрана миротворцев ООН. Наши партнеры сказали, что “это очень правильный шаг, но давайте немножко расширим эту концепцию”, и предложили не следовать задаче реализации Минских договоренностей, а предложили подменить все, что там написано, созданием такой, знаете, очень крупной, мощной силовой структуры под видом ООНовской операции. Называются цифры до 40 тысяч вооруженных миротворцев, вооруженных не только стрелковым личным оружием, но и тяжелыми вооружениями, оснащенными по последнему слову военной техники, для того, чтобы взять под контроль всю эту территорию Донецкой и Луганской республик, создать там еще дополнительно в составе, по-моему, 5000 человек какую-то временную администрацию ООН и решать все вопросы в проведении выборов и предоставлении особого статуса не в прямом диалоге между Киевом, Донецком и Луганском, как того требует резолюция Совбеза, утвердившая Минские договоренности, а решать это как заблагорассудится вот этой международной администрации. Такие идеи сейчас распространяются”.

Еuronews: “Россия против этой идеи?”

Сергей Лавров: “Россия не может быть за идеи, которые противоречат решению высшего органа ООН, отвечающего за мир и безопасность. Резолюция, которая одобрила Минские договоренности, обязательна к исполнению”.

Еuronews: “Россия удивила весь мир, достигнув соглашения с Ираном и Турцией по Сирии. Какими будут дальнейшие действия трех стран в Сирии? И воспринимает ли Россия Иран и Турцию как союзников по формированию единой политики влияния на Ближнем Востоке?”

Сергей Лавров: “Мы не смотрим так далеко. Мы считаем, что нужно сейчас довести до конца то, что было начато в Сирии. Когда администрация Обамы оказалась полностью несостоятельной в части достигнутых между нами и Вашингтоном договоренностей о продвижении в прекращении огня, у нас не осталось другого выбора, кроме как работать с теми, кто держит свое слово, кто при всех различиях в подходах все-таки привержен поиску общих позиций, привержен поиску урегулирования, которое будет сохранять Сирию в качестве единого территориально-целостного государства. Такими оказались наши иранские партнеры, которые, как и Россия, были приглашены в Сирию законным правительством, чтобы помогать в борьбе с терроризмом. И такую же готовность проявила Турция. И в конце 2016 года первый саммит состоялся. Он дал толчок астанинскому процессу, в результате которого уровень насилия резко сократился. Более того, самым важным событием последнего времени в сирийских делах все называют сочинский Конгресс сирийского национального диалога, который одобрил 12 принципов будущего государственного устройства Сирии. Да, не все оппозиционные группировки были адекватно представлены в Сочи, но это был абсолютно беспрецедентный по охвату различных сегментов сирийского общества форум”.