Отставка Кира Стармера означает, что Великобритания, некогда славившаяся устойчивыми кабинетами, получит с 2016 года уже седьмого премьера. Пользователи соцсетей уверяют, что это рекорд для Европы. Так ли это?
После отставки Кира Стармера у Великобритании появится уже седьмой премьер-министр за десять лет.
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
Это резко контрастирует с образом страны, которую некогда ставили в пример за способность обеспечивать стабильные и долговечные правительства по сравнению с другими европейскими государствами, благодаря мажоритарной системе выборов, принципу парламентского суверенитета и эволюционной традиции государственного управления.
С 2016 года политическая турбулентность и раскол, последовавшие за референдумом по брекситу, череда скандалов в предыдущем правительстве Консервативной партии и ослабленная экономика привели к тому, что ни один британский премьер-министр не смог "досидеть" до конца полного парламентского срока от одних всеобщих выборов до других — циклов, которые обычно рассчитаны на пять лет.
Дэвид Кэмерон, выступавший за сохранение членства Великобритании в ЕС, ушёл в отставку во втором сроке в июле 2016 года после поражения на голосовании по брекситу. Тереза Мэй покинула пост через три года, так и не сумев провести через парламент свою сделку по брекситу. Борис Джонсон оставил должность в сентябре 2022 года после череды скандалов, в том числе по поводу его участия в вечеринках, запрещённых во время карантина в разгар пандемии COVID-19.
Его преемница Лиз Трасс продержалась на посту всего 49 дней, став самым недолговечным премьер-министром в британской истории, после того как мини-бюджет её правительства спровоцировал серьёзные потрясения на финансовых рынках.
Затем Риши Сунак потерпел поражение от Лейбористской партии Стармера на всеобщих выборах 2024 года, пробыл в должности чуть менее двух лет и тем самым поставил точку в 14-летнем правлении консерваторов.
Теперь и сам Стармер объявил об отставке на фоне давления со стороны собственных депутатов после резкого падения рейтинга лейбористов и разгромных результатов на местных выборах, а также на фоне споров вокруг назначенного им посла Великобритании в США.
Поскольку бывший мэр Большого Манчестера Энди Бернэм, скорее всего, готовится возглавить Лейбористскую партию и тем самым стать седьмым премьер-министром Великобритании с 2016 года, страна оказалась в центре онлайн-заявлений о том, что она "неуправляема", и, что нигде в Европе нет более высокой сменяемости лидеров.
Другие, напротив, утверждают, что в ряде стран ситуация ещё хуже, и сравнивают именно должность премьер-министра (а не президентов или других глав государства или правительства) в европейских странах за тот же период.
Но какие из этих утверждений соответствуют действительности? Как выглядит Великобритания на фоне других стран по числу лидеров, сменивших друг друга с 2016 по 2026 год?
Чтобы обеспечить максимально корректное сравнение, мы сопоставили число премьер-министров Великобритании с числом членов Европейского совета, которые обладали исполнительной властью в каждой стране ЕС за последние десять лет. Название этой должности различается: где-то это президент, где-то премьер-министр, а где-то, например, канцлер.
До выхода Великобритании из ЕС в 2020 году британские премьеры сами входили в Европейский совет.
Мы сознательно не ограничились сравнением только поста премьер-министра в каждой стране, как это делали авторы некоторых публикаций, потому что роль этого института по Европе сильно отличается. В наш подсчёт входят все лидеры, занимавшие должность в какой-либо момент между 2016 и 2026 годами, а тех, кто уходил и возвращался, мы считали лишь один раз.
Если учитывать всё вышесказанное, лидером рейтинга становится Болгария: с 2016 по 2026 год в стране сменилось 10 разных премьер-министров, что объясняется годами политической нестабильности и хрупкими коалициями.
Великобритания и Австрия делят второе место с семью лидерами каждая — с учётом будущего британского премьера и за вычетом краткосрочных исполняющих обязанности канцлеров в Австрии, которые временно возглавляли правительство между кабинетами, но никогда не приносили присягу как постоянные канцлеры.
Когда-то Италия считалась примером страны, где лидеры сменяются словно на конвейере. Со времен Второй мировой войны там сменились десятки правительств — в среднем примерно по одному в год, и зачастую вместе с ними менялся и премьер-министр. Однако теперь она делит третье место с Латвией и Словакией: у каждой из этих стран сменилось по пять лидеров.
Внизу таблицы — несколько государств ЕС, где с 2016 по 2026 год сменилось всего по два лидера, включая двух французских президентов, двух португальских премьер-министров и двух испанских премьеров.
Различия в устройствах Европы мешают прямому сравнению
У каждой страны своя система государственного управления, лидеров по всему континенту избирают по-разному, поэтому одни должности по определению стабильнее других.
В ряде стран, включая Великобританию, действует парламентская система, где есть глава правительства (премьер-министр) и отдельный глава государства (монарх или церемониальный президент). Избиратели выбирают депутатов парламента, а те затем выбирают премьер-министра (обычно лидера партии или коалиции, имеющей большинство). Премьер и его кабинет несут ответственность перед парламентом, который может отправить исполнительную власть в отставку вотумом недоверия.
В других государствах, таких как Кипр, установлена президентская система, где президент одновременно является и главой правительства, и главой государства. Его избирают непосредственно граждане, и в общем случае его нельзя сместить только потому, что он потерял поддержку парламента.
Есть и полупрезидентские модели, где избираемый всенародно президент, являющийся главой государства, делит исполнительные полномочия с премьер-министром. Так устроены, например, Франция и Румыния. Премьер-министр и кабинет ответственны как перед президентом, так и перед парламентом; последний может вынудить главу правительства уйти путём вотума недоверия.
Президент же, как правило, избирается на фиксированный срок и не может быть просто так отправлен в отставку парламентом, хотя в некоторых странах конституция предусматривает процедуру импичмента в исключительных случаях.
Всё это означает, что в подлинно европейском стиле сравнивать лидеров разных стран напрямую непросто, ведь они работают в разных политических условиях.
К примеру, во Франции есть и президент, обладающий исполнительной властью и избираемый прямым голосованием, и премьер-министр, назначаемый президентом. Между тем, премьер-министр Великобритании является лидером партии, обладающей большинством в парламенте, которое традиционно формируется после всеобщих выборов. Если партия хочет сменить руководство, ей не нужно проводить очередные всеобщие выборы — новый лидер просто занимает должность премьер-министра.
В других европейских странах, тем временем, правительства опираются на хрупкие коалиции, так что выход одного из партнёров может повлечь за собой падение всего кабинета, и новое правительство, включая премьер-министра, приходится формировать с нуля.
Прямое сравнение премьер-министров тоже не даёт полной картины
Это ещё раз показывает, почему публикации, которые сопоставляют исключительно число премьер-министров (а не глав государства или правительства) в Европе и мире, вводят в заблуждение, поскольку их роли отличаются от страны к стране.
Иногда премьер-министр занимает высшую государственную должность, а иногда его назначает президент, и он нередко используется как административный щит для главы государства.
Это объясняет, почему в некоторых странах, не имеющих парламентской системы, таких как Франция, в последние годы действительно наблюдается частая смена премьер-министров. Если сравнивать изменения именно на посту премьера в Европе с 2016 года, Великобритания на самом деле не входит даже в первую тройку.
Во Франции за это время сменилось девять премьер-министров, в основном из-за политического кризиса 2024–2025 годов после парламентских выборов, по итогам которых Национальное собрание оказалось без устойчивого большинства и разделилось на три политических блока. Политический тупик, усугублённый бюджетными спорами, привёл к быстрой передаче власти от Габриэля Атталя к Мишелю Барнье, затем к Франсуа Байру и, наконец, к нынешнему премьеру Себастьену Лекорню.
Десять премьер-министров Болгарии за тот же период — следствие крайней политической фрагментации и неспособности партий сформировать устойчивые коалиции большинства. В апреле избиратели отправились на участки уже в восьмой раз за пять лет и, судя по всему, положили конец нестабильности: левопопулистская партия "Прогрессивная Болгария" одержала сокрушительную победу, а премьером был назван Румен Радев.
Тем временем в Румынии с 2016 года сменилось 11 премьер-министров (каждый человек учитывался лишь один раз, даже если возвращался в должность). Правительства страны уже много лет остаются нестабильными: последний раз премьер-министр отработал полный срок ещё в 2008 году.
Совсем недавно, в мае, кабинет премьер-министра Илие Боложана пал после вотума недоверия на фоне политического кризиса и спорной пенсионной реформы, хотя он пока остаётся в должности как исполняющий обязанности.