Как показано в новом докладе, это хроническое заболевание может обходиться странам ОЭСР в миллиарды в год — сумма сопоставима с годовыми расходами Нидерландов или Испании на здравоохранение.
Длительное заболевание, которое развивается у части людей после перенесённой инфекции COVID‑19 и известно как лонг‑ковид, может обойтись странам ОЭСР (Организация экономического сотрудничества и развития) в общей сложности в 135 млрд долларов (почти 116 млрд евро) в год в течение следующего десятилетия.
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
Это «соизмеримо с полным годовым бюджетом Нидерландов или Испании на здравоохранение», отмечается в новом докладе ОЭСР.
Хотя в марте исполнилось шесть лет с начала пандемии COVID‑19, она по‑прежнему оказывает влияние на мировую экономику.
Миллионы людей всё ещё страдают от лонг‑ковида — состояния, которое обходится системам здравоохранения в миллиарды евро и создаёт нагрузку на рынки труда.
Как предупредила ОЭСР, это заболевание, как и другие постострые инфекционные синдромы, не отступает, при этом наблюдаются тревожные признаки снижения политического и финансового внимания к проблеме.
«Необходимо поддерживать усилия, поскольку работа с такими состояниями способствует как решению неотложных задач, ориентированных на пациента, так и долгосрочной готовности к возможным будущим пандемиям», — пишут авторы.
По собственной оценке ОЭСР, на пике пандемии в 2021 году лонг‑ковид затронул около 5,3 % всего населения её стран‑членов — это примерно 75 млн человек, а расходы на здравоохранение достигли 53 млрд долларов (45,3 млрд евро).
Хотя распространённость лонг‑ковида и связанные с ним расходы на здравоохранение с падением остроты пандемии сократились, прямые медицинские затраты на борьбу с этим состоянием, по прогнозам, останутся на уровне около 11 млрд долларов (9,40 млрд евро) в год в период с 2025 по 2035 год «даже при консервативных допущениях».
Что такое лонг‑ковид?
Любой, кто перенёс инфекцию COVID‑19, может столкнуться с лонг‑ковидом — состоянием, для которого характерен широкий спектр симптомов: от усталости, болей в мышцах или суставах и одышки до головных болей и «тумана в голове».
Как правило, симптомы появляются в течение трёх месяцев после первоначального заболевания COVID‑19 и длятся не менее двух месяцев.
Обычно со временем состояние улучшается, чаще всего в первые девять месяцев; однако примерно у 15 из 100 человек симптомы сохраняются и через год.
Имеющиеся данные свидетельствуют о том, что лонг‑ковид — это не единичное заболевание, а группа родственных подтипов с потенциально различными факторами риска — генетическими, экологическими или иными — и разными биологическими механизмами, говорится в докладе ОЭСР.
Последствия, выходящие за рамки здоровья
Во всех странах с высоким уровнем доходов картина одинакова: стойкие постинфекционные симптомы — это не только проблема здравоохранения, но и структурный тормоз экономического роста, отмечается в докладе.
«Косвенные экономические издержки лонг‑ковида в период с 2025 по 2035 год значительно превысят связанные с ним расходы на здравоохранение».
ОЭСР проанализировала социально‑экономическое влияние лонг‑ковида, обусловленное перерывами в трудовой деятельности, преждевременным уходом с работы и снижением производительности труда.
«Лонг‑ковид продолжит подрывать участие в рабочей силе и производительность труда в условиях слабого экономического роста и старения населения», — пишут авторы доклада.
Согласно прогнозам, в зависимости от того, как будет распространяться вирус, распространённость лонг‑ковида в странах ОЭСР в ближайшие десять лет может стабилизироваться на уровне около 0,6–1,0 % населения.
Прогнозы до 2035 года показывают, что при оптимистичном сценарии потери могут снизиться до пренебрежимо малых величин, однако более реалистичные сценарии предполагают устойчивые ежегодные потери в 0,1–0,2 % ВВП, что может вылиться в 135 млрд долларов (115,38 млрд евро) в год в течение следующего десятилетия.
Какой выход?
Хотя клинические проявления лонг‑ковида сейчас изучены гораздо лучше, его экономические и социальные последствия только начинают систематически оцениваться, отмечает ОЭСР.
Если рассматривать только медицинский аспект, в докладе говорится, что признание, диагностика и лечение лонг‑ковида по‑прежнему сильно различаются от страны к стране.
В большинстве стран нет надёжных и пригодных для использования данных о лонг‑ковиде, что ограничивает их возможности оценивать масштабы проблемы и разрабатывать эффективные меры политики, подчёркивается в документе.
Авторы призывают страны уделить приоритетное внимание сбору и публикации качественных национальных данных о лонг‑ковиде, чтобы на их основе выстраивать политику реагирования.
Извлечённые из опыта лонг‑ковида уроки имеют ключевое значение для укрепления готовности к будущим пандемиям, добавляет ОЭСР.
«Ответ на COVID‑19 показал, что долгосрочные последствия инфекции на ранних этапах зачастую игнорировались и рисковали остаться вне поля зрения по мере перехода пандемии в постострую фазу восстановления», — говорится в докладе.
В любой будущей пандемии или в случае появления нового либо более вирулентного варианта COVID‑19, подчёркивают авторы, внимание к возможным долгосрочным последствиям инфекции — состояниям, являющимся следствием перенесённого заболевания или травмы, — должно быть предусмотрено и заложено в планы уже на этапе острого реагирования.