Это хроническое заболевание может обходиться странам ОЭСР в миллиарды евро ежегодно; общая сумма сопоставима с годовыми бюджетами здравоохранения Нидерландов или Испании, говорится в новом докладе.
Долгосрочное заболевание, развивающееся у части переболевших COVID‑19 и известное как лонг ковид, может обойтись странам ОЭСР (Организация экономического сотрудничества и развития) в сумму до 135 млрд долларов (почти 116 млрд евро) ежегодно в течение следующего десятилетия.
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
Это «сопоставимо с целым годовым бюджетом на здравоохранение Нидерландов или Испании», отмечается в новом докладе ОЭСР.
Хотя в марте исполнилось шесть лет с начала пандемии COVID‑19, ее последствия по‑прежнему сказываются на мировой экономике.
Миллионы людей по‑прежнему страдают от лонг ковида — состояния, которое обходится системам здравоохранения в миллиарды евро и создает давление на рынки труда.
Сама эта болезнь, как и другие постострые инфекционные синдромы, не отступает, однако, как предупреждает ОЭСР, все заметнее тревожные признаки снижения политического и финансового внимания к проблеме.
«Необходимо поддерживать усилия, поскольку работа с такими состояниями приносит пользу и пациентам здесь и сейчас, и долгосрочной готовности к будущим пандемиям», — пишут авторы.
По оценкам, ОЭСР, основанным на собственном анализе, в разгар пандемии в 2021 году лонг ковид затронул около 5,3% совокупного населения стран‑членов организации — примерно 75 млн человек, а расходы на здравоохранение достигли 53 млрд долларов (45,3 млрд евро).
Хотя распространенность лонг ковида и связанные с ним расходы на медпомощь после пика пандемии снизились, прямые затраты на лечение этого состояния, по прогнозам, останутся на уровне около 11 млрд долларов (9,40 млрд евро) в год в период с 2025 по 2035 год «даже при консервативных допущениях».
Что такое лонг ковид?
Лонг ковид может развиться у любого, кто перенес инфекцию COVID‑19; это состояние характеризуется целым набором симптомов — от усталости, болей в мышцах или суставах и одышки до головных болей и когнитивных нарушений, так называемого «тумана в голове».
Обычно симптомы проявляются в течение трех месяцев после перенесенного COVID‑19 и сохраняются как минимум два месяца.
Как правило, со временем состояние улучшается, чаще всего в первые девять месяцев; однако примерно у 15 из 100 пациентов симптомы сохраняются и через год.
Имеющиеся данные свидетельствуют, что лонг ковид — это не одно заболевание, а целая группа родственных состояний с разными возможными факторами риска — генетическими, экологическими и другими — и разнообразными биологическими механизмами, говорится в докладе ОЭСР.
Последствия не только для здоровья
Как отмечают авторы, картина в странах с высоким уровнем дохода схожа: стойкие постинфекционные симптомы — это не только вызов для системы здравоохранения, но и структурный фактор, тормозящий экономический рост.
«Непрямые экономические издержки лонг ковида, по‑видимому, значительно превысят связанные с ним расходы на здравоохранение в период с 2025 по 2035 год».
ОЭСР проанализировала социально‑экономическое влияние лонг ковида, связанное с перерывами в трудовой деятельности, преждевременным уходом с рынка труда и снижением производительности.
«Лонг ковид и дальше будет подрывать участие людей в рабочей силе и производительность труда в условиях умеренного экономического роста и старения населения», — пишут авторы доклада.
Прогнозы показывают, что в дальнейшем, в зависимости от текущей заболеваемости вирусом, распространенность лонг ковида в странах ОЭСР может стабилизироваться на уровне около 0,6–1,0% населения в ближайшие десять лет.
Согласно расчетам до 2035 года, при наиболее оптимистичных допущениях потери могут снизиться до незначительных величин, однако более реалистичные сценарии предполагают устойчивые ежегодные потери на уровне 0,1–0,2% ВВП, что может означать до 135 млрд долларов (115,38 млрд евро) в год в течение следующего десятилетия.
Что делать дальше?
Как отмечает ОЭСР, если клинические особенности лонг ковида сейчас изучены значительно лучше, то его экономические и социальные последствия лишь начинают систематически оценивать.
Даже если смотреть только на сферу здравоохранения, признание, диагностика и лечение этого состояния по‑прежнему сильно различаются от страны к стране.
В большинстве государств нет достоверных и пригодных для анализа данных о лонг ковиде, что затрудняет оценку масштабов проблемы и разработку эффективных мер политики, отмечают авторы.
Они призвали страны уделить приоритетное внимание сбору и публикации качественных национальных данных о лонг ковиде, чтобы на их основе формировать меры реагирования.
Извлечь уроки из опыта борьбы с лонг ковидом крайне важно для укрепления готовности к будущим пандемиям, подчеркивают в ОЭСР.
«Пандемия COVID‑19 показала, что отдаленным последствиям инфекции на ранних стадиях уделялось мало внимания, и они рисковали остаться незамеченными по мере перехода к постострому этапу восстановления», — отмечается в докладе.
По их словам, при любой будущей пандемии или в случае появления нового либо более вирулентного варианта COVID‑19 внимание к возможным долгосрочным осложнениям — состояниям, являющимся следствием перенесенной болезни или травмы, — должно быть предусмотрено и заложено в планы с самого начала острого этапа реагирования.