Помимо публикации в соцсетях Дональда Трампа, Белый дом почти не комментирует то, что президент называет «крупнейшей в истории сделкой с нефтью» в Венесуэле.
По словам Трампа, соглашение, о котором объявили в пятницу вечером, даст Соединённым Штатам долю в колоссальных нефтяных запасах Венесуэлы и станет шагом к его цели - получать энергию из этой страны после того, как американские военные в январе задержали тогдашнего президента Николаса Мадуро в ночном рейде и доставили его в Нью-Йорк для предъявления федеральных обвинений в наркотрафике.
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
Временный руководитель Венесуэлы Дельси Родригес назвала сделку шагом к экономическому восстановлению, который модернизирует нефтяную отрасль страны. В телеобращении к нации вечером в воскресенье Родригес заверила, что суверенитет Венесуэлы надёжно защищён, и заявила, что хочет видеть страну мировой энергетической державой.
Ранее, в субботу, она заявила, что нефтяные запасы «перестанут быть инертной, холодной статистикой и превратятся в конкретные решения. Одно из них - жильё».
Однако ответов на множество вопросов, в том числе о том, как скоро начнётся разработка месторождений и кто заплатит за её запуск, пока нет. Текст соглашения пока не опубликован.
Вот что уже известно и что пока остаётся неизвестным:
Каковы условия сделки?
Правительство США и неназванный частный оператор в Венесуэле создали новую компанию, получившую права на разработку неосвоенных нефтяных месторождений.
В заявлении Родригес говорится, что сделка предусматривает освоение 17 месторождений с подтверждённым потенциалом в 65 млрд баррелей. Указывается, что соглашение может привлечь в нефтяную отрасль Венесуэлы 100 млрд долларов (86 млрд евро) инвестиций и принести Каракасу более 209 млрд долларов (180 млрд евро) налоговых поступлений.
По словам Трампа, условия соглашения согласовывали госсекретарь Марко Рубио, министр обороны Пит Хегсет и Дельси Родригес.
Сделка даёт Соединённым Штатам 55% эффективного объёма добычи новой частной компании, включая долю в собственности и право покупать нефть по себестоимости. Покупки этой нефти США будут направлять в Стратегический нефтяной резерв, а также на нужды армии, сообщил американский чиновник, не уполномоченный публично обсуждать этот вопрос и выступавший на условиях анонимности.
По словам этого чиновника, компания станет вторым по величине корпоративным держателем доказанных запасов после Saudi Aramco.
Как отреагируют венесуэльцы?
Некоторые в Венесуэле сочли это предательством тезиса, который их власти повторяют уже десятилетиями: ресурсы Венесуэлы предназначены для Венесуэлы, и руководители страны не допустят доступа правительства США к этим ресурсам.
Профессор Гарвардского университета, бывший министр планирования Венесуэлы Рикардо Хаусман назвал её «позорной сделкой».
«Венесуэльцы не будут уважать эту нелегитимную сделку, и ни одна крупная американская нефтяная компания не отнесётся к ней серьёзно, потому что знает, что она не продлится долго», - написал Хаусман в социальных сетях, добавив, что у Родригес «нет ни легитимности, ни конституционных полномочий, чтобы связывать Венесуэлу подобными соглашениями».
В своём обращении к нации Родригес ответила на первые критические замечания.
«Одно должно быть абсолютно ясно: Венесуэла сохраняет право собственности и суверенитет над своими ресурсами», - заявила Родригес. Она добавила, что цель - заключить и другие соглашения с транснациональными частными компаниями, такими как Chevron, Repsol и Shell.
Она продолжила: «Мы хотим быть энергетической державой, крупным производителем нефти, значимым экспортёром газа и ведущим национальным производителем нефтехимии».
Какова реакция в Конгрессе США?
Пока неясно, будет ли Конгресс играть роль в реализации этого соглашения, но законодатели из обеих партий уже высказались.
Союзники Трампа назвали его победой.
Сенатор Берни Морено, республиканец от штата Огайо, заявил, что это историческое соглашение, которое помогает обеим странам. «Если бы всё зависело от демократов в Вашингтоне, Мадуро до сих пор был бы у власти, венесуэльская нефть уходила бы в Китай за полцены, а народ Венесуэлы продолжал бы грабить коррумпированный режим», - написал Морено в социальных сетях.
Демократы осудили соглашение, заявив, что захват Мадуро был лишь средством достижения этой цели.
Сенатор Тим Кейн, демократ от штата Вирджиния, сказал, что Трамп всегда стремился завладеть венесуэльской нефтью, назвав происходящее «коррупцией эпического масштаба».
«Снизятся ли цены для американцев? Кто знает, но вряд ли настолько, насколько Трамп сам их поднял своей идиотской войной с Ираном», - написал Кейн в социальных сетях.
Сенатор Крис Ван Холлен, демократ от штата Мэриленд, заявил, что Трамп «подверг наших военнослужащих риску ради венесуэльской нефти для своих приятелей-миллиардеров».
Какие вопросы остаются?
Многие важные детали остаются неясными, включая то, кто возьмёт на себя необходимые инвестиции, кто именно является частным оператором и как именно распределяется доля США в компании.
США получат 55% эффективного объёма добычи компании, но неясно, какая часть этой доли приходится на пакет акций, а какая - на право покупать нефть по себестоимости.
Неясно также, как отреагирует отрасль. Убедить крупные американские нефтяные компании вернуться в регион может оказаться непросто, учитывая политическую неопределённость и разрушенную инфраструктуру.
Компания Chevron, единственная американская нефтяная компания, которая сейчас ведёт добычу в Венесуэле, отказалась от комментариев. Независимо от объявления Трампа, Chevron уже вела переговоры о расширении инвестиций в стране. Exxon Mobil также отказалась комментировать ситуацию.
Главный экономист по вопросам климата и сырьевых рынков компании Capital Economics Дэвид Оксли отметил, что на первый взгляд сделка может удвоить запасы нефти США и снизить зависимость от сырой нефти из Канады и Мексики. Однако в своём комментарии он предупредил о логистических препятствиях и заявил, что при бывшем президенте Уго Чавесе значение венесуэльских запасов могло быть завышено.
По его словам, даже при наличии юридических и гарантий безопасности нельзя быть уверенным, что американские нефтяные компании «проявят большой энтузиазм к инвестициям», отметив, что «в других регионах могут предлагаться просто более привлекательные коммерческие возможности».