Иранские удары привели к остановке производства катарского СПГ и серьезным перебоям судоходства в Ормузском проливе. Какие страны ЕС пострадают сильнее всего?
Несмотря на заявления Еврокомиссии о том, что непосредственной нехватки газа нет, нидерландский хаб TTF, основной ценовой ориентир на рынке природного газа в Европе, которым пользуются трейдеры, энергокомпании и правительства при заключении контрактов, в последние дни резко подорожал, отражая обеспокоенность рынка возможным сокращением мировых поставок СПГ.
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
Министр энергетики Катара Саад аль-Кааби заявил Financial Times, что война на Ближнем Востоке может «обрушить экономики всего мира», затормозив рост и увеличив счета за энергию из-за дефицита ресурсов.
Катарский министр также добавил, что даже если конфликт закончится немедленно, Катару потребуются «от нескольких недель до нескольких месяцев», чтобы нормализовать поставки после остановки Рас-Лаффана, экспортного комплекса СПГ, который на этой неделе был поражен иранскими беспилотниками.
При заполненности газовых хранилищ ЕС на уровне около 30 %, по данным ассоциации Gas Infrastructure Europe, объединение вступает в критический период пополнения запасов перед следующей зимой.
Ситуация возвращает болезненные воспоминания о шоке 2022 года на энергорынках, вызванном вторжением России в Украину, но разворачивается на фоне гораздо большей диверсификации и снижения зависимости от российского трубопроводного газа.
Еврокомиссия в среду созвала экстренные координационные группы и заявила, что поставки пока удается удерживать стабильными за счет поставок СПГ из США, которые сейчас обеспечивают основную часть импорта, а также норвежского трубопроводного газа.
Еврокомиссар по энергетике Дан Йоргенсен также отметил важность увеличения поставок из Азербайджана по Южному газовому коридору.
Однако отдельные страны ЕС особенно уязвимы к перебоям, поскольку являются крупными импортерами СПГ, сильно зависят от катарских поставок или имеют необычно низкий уровень запасов.
Страны ЕС, которым есть что терять
В 2025 году страны ЕС импортировали более 140 млрд кубометров СПГ, по данным брюссельского аналитического центра Bruegel.
США стали крупнейшим поставщиком СПГ в ЕС: на их долю пришлось почти 58 % общего импорта СПГ, который к 2025 году утроился по сравнению с 2021 годом.
Крупнейшие импортеры СПГ в ЕС — Франция, Испания, Италия, Нидерланды и Бельгия.
Из этой пятерки под наибольшим давлением оказываются Италия и Бельгия из-за более высокой зависимости от катарских поставок.
По данным аналитической платформы Kpler, в прошлом году на Катар приходилось около 30 % импорта СПГ Италией и 8 % — Бельгией.
Франция и Испания, напротив, имеют более широкий доступ к норвежскому газу и другим поставщикам.
Кроме того, хотя Польша не входит в пятерку крупнейших импортеров СПГ в ЕС, в 2025 году 17 % ее импорта газа приходилось на Катар, что создает схожую проблему зависимости.
Бельгия, вероятно, сталкивается с наибольшими трудностями с точки зрения уровня запасов: заполненность ее газовых хранилищ составляет около 25,5 %, что ниже среднего показателя по ЕС в 30 % и дополнительно осложняет попытки заместить катарские объемы.
Италия и Польша также в значительной степени зависят от катарского СПГ, хотя их хранилища заполнены заметно лучше — на 47 и 50 % соответственно.
В целом именно эти государства, скорее всего, сильнее остальных ощутят ценовую волатильность, конкурируя за альтернативные партии топлива на мировом спотовом рынке.
Исследователь Global Energy Monitor Бейрд Лангенбруннер предупредил, что остановка катарского экспортного комплекса СПГ Рас-Лаффан может серьезно повлиять на рынок, поскольку для этих объемов практически нет быстрых замен.
Страны ЕС, которые подготовились заранее
Резкий контраст с ними составляют другие страны ЕС, которые выглядят гораздо лучше защищенными от нынешних потрясений.
Особенно выгодно выделяется Португалия: она не получает газ из стран Ближнего Востока с 2020 года, когда последняя небольшая поставка из Катара составила всего 129 тыс. кубометров.
По данным Генерального управления по энергетике и геологии Португалии, ее основными поставщиками в 2025 году были Нигерия и Соединенные Штаты, с надежными маршрутами, никак не зависящими от Ормузского пролива.
Страна также поддерживает исключительно высокий уровень заполненности хранилищ — более 76 %, и, по оценкам экспертов, при необходимости относительно легко сможет нарастить поставки СПГ из США.
Испания тоже выигрывает за счет более диверсифицированных источников поставок; ее запасы составляют около 56 %, что обеспечивает комфортный запас прочности.
Различия внутри блока показывают, что национальные энергетические стратегии, реализуемые с 2022 года, сегодня приводят к очень разному уровню уязвимости.
Краткосрочные меры не избавят от долговременной зависимости
Брюссель дал понять, что готов задействовать механизмы солидарности, если ситуация ухудшится.
В числе обсуждаемых вариантов — согласованные целевые показатели по сокращению спроса, ускоренные программы совместных закупок СПГ, временные ценовые защитные механизмы и финансовая поддержка наиболее пострадавших стран-членов.
Еврокомиссия подчеркивает, что продолжит ежедневный тесный мониторинг ситуации совместно с национальными правительствами и готова в ускоренном порядке одобрять государственную помощь или содействовать совместному использованию хранилищ через границы, где это необходимо.
Глава венской компании Podero, разрабатывающей программные решения для управления гибкостью энергосистем и работающей с крупными европейскими энергокомпаниями, включая E.ON и TotalEnergies, Крис Бернкопф повторил призыв многих экспертов к более быстрому переходу на возобновляемые источники энергии.
«Настоящая проблема была и остается не в самой ценовой системе, а в лежащей под ней газовой зависимости», — сказал он.
«Решения менее эффектны, но более устойчивы: нужно строить больше возобновляемых мощностей в сочетании с хранилищами энергии, грамотно управлять спросом и с помощью цифровых инструментов координировать работу бытовых устройств — тепловых насосов, электромобилей и прочего — чтобы снижать нагрузку на сеть».
По словам Бернкопфа, краткосрочные меры вроде заморозки цен могут защитить домохозяйства в разгар кризиса, но не устраняют структурных проблем.
Подлинная энергетическая безопасность и более низкие цены, настаивает он, возможны лишь при расширении использования ВИЭ, повышении гибкости сетей и общем сокращении зависимости от импортируемого ископаемого топлива.
Ближайшие недели станут испытанием и для национальных планов готовности, и для действенности общеевропейской солидарности в условиях, когда геополитические риски для энергоснабжения вновь проявились во всей полноте.