Ливанские и иранские эмигранты, живущие во Франции, всерьез обеспокоены безопасностью своих близких в родных странах, где уже почти неделю ведутся боевые действия.
Война на Ближнем Востоке продолжается шестой день. Среди иранцев и ливанцев, живущих во Франции, растет беспокойство, так как новостей из родных стран поступает очень мало, а иногда их нет и вовсе.
Многие говорят, что испытывают странное чувство вины, из-за того что находятся далеко, в безопасности, в то время как их близкие живут под угрозой.
Другие, например эмигрантка из Ливана Рула, признаются, что чувствуют будто страна никогда не выйдет из состояния войны.
"Яприехала сюда более 35 лет назад, шла война. Это был конец другой войны. Сейчас она всё ещё продолжается. Это какая-то вечная война", - рассказывает она.
Ракан, еще один ливанский эмигрант, говорит: "Мы (ливанцы) выступаем за мир, и я надеюсь на мир, и для Израиля, и для арабов. Это то, на что я надеюсь как отец, для своих детей. Я хочу, чтобы все собрались за одним столом, чтобы мы могли сказать: "Это для меня, это для тебя".
Схожее чувство беспомощности в иранской диаспоре
Живущий во Франции с 2018 годаАмир с первого дня войны следит по смартфону и компьютеру за новостями из Ирана.
32-летний IT-специалист обеспокоен отключением интернета в Иране. У него уже пять дней нет никаких новостей о семье.
"В первый день войны родители позвонили мне и сказали: "Не волнуйся, до сих пор здесь все было спокойно, но с тех пор - ничего. Ни телефонной связи, ни интернета. Ничего", - объясняет он.
"Я не могу ни есть, ни спать. Все так сложно. Один день есть интернет, я могу поговорить три секунды с друзьями, а потом все заканчивается", - рассказывает Амир.
Отправленное сообщение, несколько часов молчания и мучительные вопросы: живы ли они, все ли с ними в порядке?
На фоне военных стратегий и показателей фондового рынка, сообщений о росте цен на топливо и туристах, застрявших в странах Персидского залива, Амиру остается только бесконечное ожидание. Он надеется, что его близкие не станут следующими, кого придется оплакивать издалека.