This content is not available in your region

«Они выловили всю нашу рыбу!»

Access to the comments Комментарии
 Valérie Gauriat
euronews_icons_loading
Witness
Witness   -   Авторское право  euronews

Повышение благосостояния и предотвращение незаконной иммиграции будут обсуждаться на саммите Европейского и Африканского союзов в этом месяце.

В новом выпуске Очевидца наш корреспондент Валери Гориа побывала в Сенегале, чтобы убедиться в том, как два эти вопроса взаимосвязаны. В то время как местные жители возлагают вину за стремительное падение уровня на соглашение о рыболовстве, заключенное Сенегалом с ЕС, тысячи молодых сенегальцев пытаются попасть в Евросоюз нелегальным путем.

Пока я ехала из Дакара в знаменитый рыбацкий поселок Сен-Луи, я вспоминала о том, как впервые побывала в этом месте 20 лет назад. Я увидела тогда великое множество красочных пирог, выгружавших на берег рыбу в таких количествах, что она полностью удовлетворяла местный спрос и отправлялась на остальные рынки. Встречать рыбаков выходил целый город.

Сегодня всё выглядит совершенно иначе. Из-за эрозии берега океана рыбаки теперь выгружают рыбу не на морском причале, а на берегу реки Сенегал. Сцены у причала по-прежнему оживленные, но не от радости, а от всеобщего ожесточения. Рыбы на всех не хватает. А та, что есть, нередко оказывается непригодной для пищи.

Вину за оскудение рыбных запасов местные жители возлагают на иностранный рыболовный флот, который получил от сенегальского правительства право на ловлю рыбы в исключительной экономической зоне Сенегала, которая начинается здесь уже в 6 морских милях от берега.

По словам местных рыбаков, пользующихся традиционными рыболовными методами, пирогами и сетями, иностранные суда выбирают все рыбные запасы и загрязняют море. Больше всего раздражения вызывают рыбаки китайские и испанские. Последние получили право на рыбную ловлю в сенегальских водах, благодаря соглашению между ЕС и Сененгалом.

Хотя, согласно соглашению, европейцы имеют право ловить здесь только тунца и хека, по данным профсоюза сенегальских рыбаков, они вылавливают большое количество мальков других видов рыб для наживки при ловле тунца, а для ловли хека используют донные траление, запрещенное в Европе. В результате популяция рыбы не восполняется в сенегальских водах должным образом.

Теперь рыбаки из Сен-Луи, чьи пироги 20 лет назад наполнялись рыбой до краев за одну ночь, вынуждены проводить в море по несколько дней и всё равно возвращаться пустыми. От отсутствия улова страдает и местная перерабатывающая промышленность. Когда-то одно крупнейших предприятий, на котором жарится рыбы, теперь большую часть времени простаивает.

Женщины, работающие на этом рыбном заводе, рассказывают, что их сыновья, лишившись заработка у себя на родине, один за другим отправляются в опасное путешествие в направлении Европы. Они пытаются достичь ее берегов на своих пирогах. Многие из них гибнут в море.

Представитель Европейского союза в Дакаре заверила меня, что условия соглашения между ЕС и Сенегалом предполагает выдачу разрешения европейским рыбакам только при наличии избытка рыбных запасов. Кроме того, европейские рыбаки ловят только два вида рыбы, которые сенегальские рыбаки-кустари ловить не могут. А значит конкуренции между ними быть не может.

Но эта аргументация совершенно не убеждает самих сенегальских рыбаков. По их словам, они лишились доходов и теперь эмиграция нелегальным путем в Испанию — единственный вариант действий.

Деньги, которые ЕС заплатил Сенегалу, идут в том числе на переобучение оставшихся без работы рыбаков. Я познакомилась с хозяином ресторана, который принимает на стажировку молодых людей, оставляя многих из них работать у себя, а также обучая их ресторанному делу. Так чтобы они смогли открыть собственный ресторан в другом месте. Многие из тех, кто здесь сейчас работает уже пытались попасть в Испанию на пироге, но были перехвачены пограничниками. Он считают, что им повезло, так как многие из их товарищей погибли в море.

Судя по всему, у небольшой части молодежи Сен-Луи есть шанс создать собственный бизнес. Но для большинства это слишком далекая перспектива и они всё еще мечтают о Европе.