По мнению экспертов, теракт на берлинском прайде вписывается в уже известную стратегию исламистских групп. Ожидаются ли новые атаки и какие меры могут помочь предотвратить их?
Главный подозреваемый предполагаемого исламистского нападения на берлинский ЛГБТ-прайд, в результате которого погибла женщина и были ранены десятки людей, был убит полицией.
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
Однако его смерть не ставит точку в расследовании. Напротив, теперь следователям предстоит ответить на ключевые вопросы: действовал ли нападавший в одиночку, были ли у него сообщники и можно ли было предотвратить атаку.
Для экспертов по терроризму произошедшее не стало неожиданностью. На протяжении многих лет немецкие спецслужбы предупреждают о сохраняющейся угрозе со стороны радикализированных одиночек, вдохновленных идеологией террористической организации "Исламское государство" и выбирающих в качестве целей символические общественные мероприятия.
Стратегия ИГ уже давно заключается в том, чтобы побуждать одиночек по всей Европе совершать атаки в знаковых местах, прежде всего через социальные сети, такие как Instagram и TikTok, говорит доктор Асием Эль Дифрауи в беседе с Euronews.
Немецко-французский эксперт по исламизму, много лет изучающий джихадизм, радикализацию и террористические сети и работающий, среди прочего, с международными организациями и правительствами, рассматривает это нападение как часть долгосрочной стратегии так называемого "Исламского государства".
Нападение вписывается в схему прежних терактов в Париже, Лондоне или Берлине. От так называемого "микротерроризма" не существует простых средств защиты.
"Псевдохалифат ИГ в Ираке и Сирии, возможно, и разгромлен физически, но идеология живет. Такие атаки – это способ снова вернуть ИГ в повестку. Эта стратегия ИГ будет занимать Европу еще десятилетиями. Главное послание таково: это не закончится".
И другие исследователи терроризма усматривают черты известной стратегии ИГ. Эксперт по терроризму Питер Нойман заявил в интервью газете Bild, что нападение соответствует схеме исламистских атак на так называемые "мягкие цели". Именно мероприятия с высокой символической нагрузкой уже много лет являются излюбленными объектами джихадистской пропаганды.
Силовые структуры уже десятилетиями предупреждают об опасности так называемых "дешёвых атак". Для них исполнителям не нужны ни сложные сети, ни теракты со взрывчаткой. Автомобилей или ножей достаточно, чтобы с минимальными усилиями добиться максимального резонанса.
Можно ли было предотвратить преступление?
Особенно чувствительным делает ситуацию то, что 21-летний предполагаемый преступник Абдуль Баллут уже давно был известен правоохранительным органам: тяжкие телесные повреждения, разбойное вымогательство, рецидивист с признаками исламистской радикализации.
Эль Дифрауи считает, что критические вопросы к силовым структурам уместны. "Разумеется, можно спросить, не проявили ли ведомства здесь халатность. Разве Абдуль Баллут, по крайней мере, не должен был носить электронный браслет?"
Допустили ли власти ошибки, теперь предстоит выяснить следствию. Политики нескольких партий уже потребовали полного прояснения обстоятельств.
В прошлом году Абдуль Баллут неоднократно пытался примкнуть к террористической группировке "Исламское государство". По данным берлинской Генеральной прокуратуры, он пытался через Турцию, Мавританию и Ливан добраться до Сирии, чтобы вступить там в ИГ. В Ливане он вышел на связь с предполагаемыми членами ИГ, был арестован и позднее приговорен к трем месяцам тюрьмы. По возвращении в Германию его вновь задержали в берлинском аэропорту BER.
В мае он был приговорен к 22 месяцам лишения свободы за попытку присоединиться к ИГ – условно. Баллут должен был пройти курс дерерадикализации. Два занятия он уже посетил, третье было назначено на утро понедельника.
Программы дерерадикализации безальтернативны?
Именно такую программу дерерадикализации для специалистов пенитенциарной системы и работников с молодёжью Асием Эль Дифрауи в 2019 году помог разработать для Федерального ведомства по делам миграции и беженцев. На вопрос, приносят ли они результат, Эль Дифрауи отвечает: "Им нет альтернативы. Абдуль Баллут был гражданином Германии. Некоторые люди выпадают из поля зрения и становятся недоступны даже для хорошо подготовленных специалистов. Важно вовремя распознавать такие случаи и устанавливать за этими людьми особое наблюдение".
Тем не менее, по словам Эль Дифрауи, это не ставит под сомнение саму идею дерерадикализации. Для многих реинтеграция в общество работает. "И мы живём в правовом государстве, где людей нельзя просто так годами держать за решёткой".
Теракт в Берлине, вероятно, вновь разожжёт политические споры о том, как следует поступать с лицами, представляющими исламистскую угрозу и уже находящимися в поле зрения властей.
Среди возможных мер обсуждаются усиление наблюдения, более тесное сотрудничество европейских силовых структур, а также вопрос о том, в каких случаях подозреваемые в экстремизме могут стать объектом усиленного, в том числе электронного, контроля.
Федеральное ведомство по охране конституции в 2025 году оценило "потенциал насильственно ориентированных исламистов" в Германии в 9 110 человек.
В январе фракция АдГ в Бундестаге подала малый запрос о "результативности и оценке федеральных программ дерерадикализации" и поинтересовалась, какие шаги с 2020 года предпринимались для систематической оценки эффективности молодежных мер по дерерадикализации.
В своём ответе федеральное правительство пишет: "Оценка эффективности и проведение исследований в сфере дерерадикализационной работы сопряжены с присущими ей трудностями, о которых федеральному правительству известно", и далее отмечает, "что показатели эффективности в рамках индивидуальной оценки совокупности обстоятельств собираются и оцениваются, лишь в ограниченной степени поддаются количественному измерению и в значительной мере зависят от индивидуальных предпосылок клиентов".
Что касается выхода из радикальной среды, то, как подчеркивается, итоговая оценка личности и "успешности ее выхода", которую даёт сопровождающая структура, всегда является временной и на её основе строится прогноз будущего поведения. "Не поддаются окончательной оценке, например, индивидуальные жизненные обстоятельства человека, желающего выйти, которые в будущем могут привести к "рецидиву" и возвращению к старым, экстремистским моделям поведения".
Тем не менее Германия уже многие годы вкладывает средства в профилактику и дерерадикализацию. Государственный консультационный центр по вопросам радикализации при Федеральном ведомстве по делам миграции и беженцев (BAMF) с 2012 года принимает обращения и направляет в программы дерерадикализации. Однако однозначных показателей успеха нет: эксперты могут документировать отдельные случаи выхода, но не в состоянии надежно измерить, сколько радикализаций удалось предотвратить в долгосрочной перспективе.
Эксперты по терроризму предупреждают о новых возможных атаках
Франция – одна из европейских стран с наибольшим опытом борьбы с исламистским терроризмом. После нападения на редакцию Charlie Hebdo в 2015 году и терактов 13 ноября того же года в Париже, унесших жизни 130 человек, страна оказалась в центре внимания джихадистских группировок.
Затем последовали другие атаки: нападение с грузовиком в Ницце в 2016 году, в результате которого погибли 86 человек, убийство учителя Самюэля Пати в 2020 году, а также ряд нападений с использованием ножей и других атак, совершённых, в том числе, радикализированными одиночками.
Поэтому сегодня французские силовые структуры считаются одними из наиболее подготовленных в Европе к противодействию угрозе исламистского терроризма. "ИГ продолжает пытаться поддерживать иллюзию централизованных структур. Считается, что по-прежнему существует эмир или халиф, который находится в Пунтленде", – говорит французский исследователь терроризма и эксперт по исламизму Доминик Тома в беседе с Euronews. (Прим.: Пунтленд – регион на северо-востоке Сомали на Африканском Роге.)
"Провинция Хорасан в Афганистане является наиболее активной в медиапространстве и коммуникации. Из-за большого числа узбекских и таджикских боевиков, а также чеченцев она располагает опорными пунктами и сетями связи вплоть до Европы. Это вызывает серьезную тревогу у европейских спецслужб. К ним, конечно, добавляются сирийцы, иракцы и ливанцы", – говорит Доминик Тома.
Он занимается исследованием джихадистских движений в престижной Высшей школе социальных наук в Париже и уже многие годы консультирует европейские институты и французские власти по вопросам исламского терроризма. Среди его наиболее известных книг – "Поколения джихадистов. "Аль-Каида", "Исламское государство": история братоубийственной борьбы".
"Ключевой вопрос в том, останется ли все на уровне небольших нападений так называемых почти одиночек или сторонники ИГ в диаспоре в будущем смогут планировать и осуществлять более крупные теракты", – считает Тома.
По его словам, ИГ активно расширяет присутствие и в Африке. Основными провинциями являются Западная Африка, регион Сахеля, а также Мозамбик, Демократическая Республика Конго и ЦАР.
""Аль-Каида", напротив, сейчас, по-видимому, не проявляет особого интереса к терактам своих филиалов в Европе. Организация прежде всего сосредоточена на местных процессах – например, на возможном приходе к власти в Мали, который нельзя исключать. В частях Йемена "Аль-Каида" также незаметно и в основном подпольно расширяет контроль над отдельными территориями", – поясняет исследователь терроризма Томас.
"Предотвратить такие нападения чрезвычайно сложно", – говорит Анн-Клемантин Ларрок в беседе с Euronews. Французский историк – одна из ведущих специалистов страны по вопросам исламизма и джихадистских движений.
По словам Ларрок, наибольшую сложность для правоохранительных органов представляют атаки, которые не организуются напрямую и не координируются по указанию "Исламского государства".
Невозможно поставить под постоянный контроль каждого радикализированного человека: для этого не хватит ни сотрудников, ни ресурсов.
Анн-Клемантин Ларрок опасается прежде всего, что США в будущем будут делать меньше по всему миру в борьбе с джихадизмом. Ларрок, в частности, преподает во французском элитном вузе Sciences Po и консультирует власти, а также международные организации по вопросам борьбы с терроризмом.
Главное опасение Анн-Клемантин Ларрок связано с возможным сокращением роли США в глобальной борьбе с джихадизмом.
Эль Дифрауи подчеркивает, что крайне напряжённая ситуация на Ближнем Востоке и кровавые конфликты, прежде всего между Израилем и террористическими организациями Хамас и "Хезболлаах", способствуют дальнейшей радикализации молодых европейцев в духе ИГ.