Три года назад Урсула фон дер Ляйен в знаковой речи об отношениях ЕС с Китаем заняла жёсткую позицию. Теперь она близка к претворению слов в дела, но на её пути по‑прежнему стоит серьёзное препятствие.
Среди всех выступлений Урсулы фон дер Ляйен есть одно, которое и сегодня помнят особенно отчётливо.
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
Более трёх лет назад, в марте 2023 года, председатель Европейской комиссии выступила с программным, широким по охвату выступлением, в котором разобрала состояние отношений между ЕС и Китаем, назвав их "самыми сложными и важными в мире".
Тогда ещё было редкостью, чтобы лидер ЕС посвящал публичное выступление исключительно Китаю: повестку дня полностью определяла война России против Украины. Тем не менее первую часть своей речи фон дер Ляйен всё же посвятила резкой критике председателя КНР Си Цзиньпина за его "дружбу без границ" с президентом России Владимиром Путиным.
Главные её претензии, однако, касались экономики. Фон дер Ляйен подробно говорила об искажающих рынок субсидиях, недобросовестной конкуренции, принудительных практиках, растущих дисбалансах, вынужденной передаче технологий и монополии Китая на критически важное сырьё — и всё это, по её словам, требовало принципиально нового подхода: политики снижения рисков (de-risking).
Именно эти точки трения сегодня оказываются в центре стремительного пересмотра подходов внутри самой Комиссии, поскольку лавина дешёвого импорта из Китая душит европейскую экономику, уничтожает рабочие места и приводит к закрытию заводов.
Опасения деиндустриализации, которые сейчас широко распространены по всей Европе, прямо в той речи не упоминались, но масштаб угрозы был обозначен однозначно.
"Мы можем ожидать, что Китай будет стремиться к меньшей зависимости от мира и к тому, чтобы мир сильнее зависел от Китая, — сказала она. — Императив безопасности и контроля теперь перевешивает логику свободного рынка и открытой торговли".
36‑минутная речь была одобрена аналитиками и комментаторами, которые похвалили её за трезвый, без иллюзий анализ, и раскритикована китайскими официальными лицами, назвавшими её вводящей в заблуждение и противоречивой.
Но ни те, ни другие не были главной аудиторией фон дер Ляйен. Её слова были адресованы тем, в чьих руках в конечном счёте находятся все карты, — государствам‑членам.
"Нам нужна коллективная воля, чтобы отвечать вместе", — сказала она.
Ирония в том, что именно государства‑члены, увязшие в вечных спорах по поводу Пекина, сделали больше всего для того, чтобы подорвать её ключевые послания.
Призыв фон дер Ляйен диверсифицировать торговлю во многом остался без ответа, что лишь усугубило перекос, начавшийся во время пандемии COVID‑19. 2025 год стал первым в истории, когда каждая страна блока зафиксировала торговый дефицит с Пекином.
Правительства так и не смогли выработать общее понимание того, что в практическом плане означает снижение рисков: некоторые переложили ответственность на частные компании, которые не видели финансового смысла уходить из Китая и мириться с более высокими издержками.
Тем временем её призыв к "более смелому и быстрому" использованию торговых инструментов дал противоречивые результаты.
С одной стороны, Еврокомиссии удалось ввести дополнительные тарифы на китайские электромобили после непростого процесса, который резко расколол государства‑члены. Испания изменила позицию с поддержки на воздержание после визита премьер‑министра в Пекин. Родина фон дер Ляйен, Германия, активно выступила за формирование большинства против этой меры.
Исполнительный орган ЕС также представил инициативы по наращиванию собственного производства в отдельных секторах и по исключению китайских компаний Huawei и ZTE из инфраструктуры связи.
С другой стороны, Еврокомиссии не удалось убедить государства‑члены предоставить ей более широкие полномочия по контролю за экспортом чувствительных товаров, которые столицы ревниво оберегают. Стратегия экономической безопасностифон дер Ляйен была анонсирована и забыта, а её броская идея создать новый инструмент для проверки исходящих инвестиций была свёрнута на фоне политической реакции.
Инструмент противодействия принуждению (Anti-Coercion Instrument, ACI), частично разработанный с оглядкой на Китай, до сих пор ни разу не был задействован, несмотря на то что сама фон дер Ляйен открыто обвиняла Пекин в шантаже.
"Мы поздно включились в эту дискуссию, — признал один из дипломатов. — Китай занимается экономической безопасностью уже 30 лет. Для нас это новая тема".
Ловушка разобщённости
Само по себе публичное выступление, конечно, не принесло всех ожидаемых результатов.
"Но поставленный диагноз задним числом оказался подтверждённым", - говорит Фабиан Цулег, исполнительный директор Европейского политического центра (EPC), который сидел в первом ряду, когда фон дер Ляйен произносила свою речь.
"Она достаточно рано поняла, что отношения с Китаем — это уже не только экономические возможности, но и уязвимости, зависимости и риски для экономической безопасности", — сказал Цулег Euronews.
"Но одного правильного анализа недостаточно, — предостерёг он. — Европе нужна стратегическая линия и последовательные действия. Прогресс здесь был куда более ограниченным. Проблема никогда не заключалась в том, чтобы выявить риски. Сложность в том, чтобы договориться, что с ними делать, и быть готовыми нести издержки".
Некоторые урок усвоили, пусть и с существенной задержкой. Среди тех, кто в последнее время ужесточил позицию по Китаю и призывает к более жёстким защитным мерам, — президент Франции Эмманюэль Макрон и премьер‑министр Бельгии Барт де Вевер, фактически повторяющие напористый подход, который фон дер Ляйен обозначила в своей речи.
Эта риторическая перемена не осталась незамеченной в Еврокомиссии.
Чиновники ЕС надеются, что раздувающийся торговый дефицит блока откроет окно возможностей для более мощной и смелой стратегии сдерживания Китая до того, как уже нанесённый, дорогостоящий ущерб станет необратимым. Исполнительный орган анализирует, насколько достаточны существующие торговые инструменты, и рассматривает возможность разработки новых.
"Мы хотим диалога, но диалог должен приносить результат. Нам нравится конкуренция, но конкуренция должна быть честной. И мы хотим доступа к китайскому рынку на основе взаимности, — сказала на этой неделе фон дер Ляйен. — Это целостная концепция, над которой мы работаем".
В Брюсселе, однако, хорошо осознают, что путь вперёд будет полон трудностей.
Будучи второй по величине экономикой мира, Китай обладает колоссальным влиянием на страны ЕС: на кону стоят миллиарды в товарах, услугах, инвестициях и инфраструктурных проектах. Страны, зависящие от экспорта, видят в китайском рынке ценную альтернативу США, где 15‑процентная пошлина сделала торговлю значительно менее привлекательной.
Германия и Испания находятся под особым вниманием из‑за тесных деловых связей с Китаем.
Берлин продолжает посылать противоречивые сигналы, балансируя между интересами крупных и малых компаний, которые по‑разному ощущают свою зависимость от Китая. Мадрид же дистанцировался от проекта документа, подписанного Францией, Италией, Нидерландами и Литвой, в котором Комиссию призывали "действовать более проактивно" в отношении Китая.
Фон дер Ляйен и её команда также крайне настороженно относятся к тому, что она называет "тактикой разделяй и властвуй" со стороны Пекина, которой приписывают раскол государств‑членов и срыв коллективных действий. Путаное голосование по тарифам на электромобили часто приводят как наглядный пример.
Но если есть что‑то, что не даёт правительствам покоя и бросает тень на масштабное видение фон дер Ляйен, так это угроза болезненных ответных мер. Пекин заранее предупредил, что "решительно ответит", если Брюссель усилит свою реакцию.
ЕС всё ещё не оправился от шока после прошлогодних ограничений на экспорт редкоземельных металлов, когда Китай продемонстрировал миру силу своего бесценного узкого места. То, как страна ответила на тарифы США и удерживала позицию, пока Белый дом не пошёл на уступки, показывает, как далеко готов зайти коммунистический режим, когда дело доходит до жёсткого противостояния.
Неофициально дипломаты признают, что перспектива ответных шагов "око за око" лежит в основе трудноразрешимых разногласий между 27 лидерами. Хотя все они согласны с мрачным диагнозом фон дер Ляйен, применять прописанное ею лекарство пока не спешат.
Опасения перед ответными мерами настолько велики, что лидеры из раза в раз избегают упоминать Китай по имени в совместных выводах по итогам своих регулярных саммитов. Вместо этого тема поднимается в более широком контексте геоэкономики и конкурентоспособности.
"Государства‑члены понимают, насколько рискованно выступать против Китая в одиночку, и с готовностью отправляют Комиссию делать за них грязную работу, — сказал один высокопоставленный дипломат, отметив, что тревожные торговые показатели повышают шансы, но ещё не гарантируют появления новой политики. - Это должно быть очень тщательно срежиссировано".