EventsСобытияподкасты
Loader

Find Us

РЕКЛАМА

Янез Янша: «Еврокомиссия не всегда ведёт себя как честный посредник»

Янез Янша: «Еврокомиссия не всегда ведёт себя как честный посредник»
Авторское право euronews
Авторское право euronews
By Efi Koutsokosta
Поделиться статьейКомментарии
Поделиться статьейClose Button
Скопировать линк для интеграции видеоCopy to clipboardCopied

Гость программы «Глобальный диалог» — премьер-министр Словении Янез Янша.

Лидеры стран ЕС встретились на этой неделе в Словении, чтобы обсудить перспективы расширения блока на Западных Балканах. Несмотря на широко распространенный пессимизм, Брюссель желает играть ключевую роль в этом регионе, но никаких конкретных сроков по включению новых членов не даёт. Мы обсудили этот и другие насущные для ЕС вопросы со премьер-министром Словении Янезом Яншей.

Евфимия Куцукоста, Euronews: Господин премьер-министр, е__сть ли риск, что доверие к ЕС будет потеряно, если страны, выполнившие критерии для вхождения в союз, не будут в него приняты?

Янез Янша: Да, очевидно, что такой риск есть. Но в последние несколько лет вопрос расширения, согласно решению саммита в Фессалониках в 2003 г. о приеме западнобалканских стран, вновь вернулся в повестку дня. Полагаю, что мы постепенно набираем скорость, но всё-таки...

— Но понадобится ещё много времени.

— Понадобится еще много времени. Но, как вы знаете, после долгого препирательства, мы сумели включить слово «расширение» в текст декларации. И хотя есть согласие всех 27 стран на расширение, мы не можем согласовать 10-летний график для этого процесса. Но мы продолжаем над этим работать.

— Мы наблюдаем рост напряженности в некоторых странах региона Западных Балкан. Есть ли вина ЕС в том, что граждане там теряют надежду присоединиться к ЕС в конце концов?

— Регион Западных Балкан на протяжении всей истории был напряженным местом. Если, например, речь идёт о границах, вопрос которых всё еще важен на Западных Балканах, я не вижу возможности прийти по нему к согласию на региональном или европейском уровне. Единственное решение — сделать границы менее важными. А членство в ЕС делает границы менее важными.

— Но до этого далеко, по крайний мере на данный момент.

— Как сказать...

— Вас беспокоит, например, то, что, если ЕС не изменит свою политику или не назначит конкретных сроков расширения, эти страны повернутся в сторону России и Китая?

— Европейский союз — крупнейший инвестор в регионе. Нужно, чтобы эти страны ценили это. Но в этом районе у нас есть конкуренты. Есть еще, как вы сказали, Китай, Россия, Турция. Они также приходят с инвестициями и не выставляют условий. Мы обусловливаем инвестиции европейскими стандартами, реформой юстиции, что̀ нормально, если есть свет в конце туннеля. Но без перспективы вхождения в ЕС, я думаю мы начнем проигрывать эту конкуренцию, конкурентную борьбу.

— То есть такой риск есть?

— Риск есть, но, если есть одно преимущество на нашей стороне, это членство в ЕС.

Давайте перейдём к другому сюжету. Мы видим, что вопросы обороны и миграции в ЕС снова в повестке дня. Афганистан был водоразделом. Давайте начнём с вопроса миграции, так как только что прошел Форум ЕС по переселению из Афганистана. Должен ли ЕС дать конкретные обещания нуждающимся афганцам по легальному переселению в Европу?

— Нет.

— _Разве _не должен ЕС соответствовать своим гуманитарным ценностям?

— Я полагаю, что большинство из этой категории людей — уже в Европе, некоторые из них — в Соединённых Штатах. Но для тех, кто хочет иммигрировать в Европу по экономическим причинам, не потому что они были в миссии НАТО и т.п., которым ничего не угрожает, нужно принимать стандартные процедуры. Они должны выполнять требования. А если нет, то нет, никаких так называемых гуманитарных коридоров. Европейский союз не повторит ошибку, сделанную некоторыми странам в 2015 г. после войны в Сирии.

— Значит Германия сделала ошибку в 2015 г.?

— Я полагаю, что Германия сделала ошибку. Представьте себе, что Словения — страна с населением в 2 млн человек. А за несколько недель 2015 г. нашу страну пересекли полмиллиона человек. Наши границы обрушились, также как и границы некоторых других стран. То есть проблема не только в последствиях, а в самом процессе, в том, как это произошло. Если вы вспомните кампанию за «брексит», то ведь эти колонны мигрантов, пересекающих Хорватию и Словению, использовались сторонниками «брексита».

— «Использовались», вы говорите. Может быть, это часть пропаганды или политической пропаганды в некоторых странах?

— Понимаете, трудно принять за беженцев тысячи мужчин, молодых мужчин призывного возраста, пересекающих границы без семей, без жён и детей. Такое не пройдет, вы не сможете такое продать.

— Мне кажется, есть разница в подходах внутри блока в отношении гуманитарных ценностей. Некоторые государства-члены говорят, что они хотя защищать верховенство права, а другие, особенно восточные государства-члены, имеют другую точку зрения на это, хотя они подписали договоры, ясно описывающие, что̀ это за ценности. Что вы думаете по этому поводу? Как долго такое может продлиться?

— Одно дело, что̀ написано в договоре, другое использование и злоупотребление термином «верховенство права». У нас есть европейская хартия по правам человека, но в политической речи, особенно в Европейском парламенте, любой может добавить к списку прав, всё что захочет. Так что этим термином много злоупотребляют, особенно в политической борьбе.

— Но, наверное, свобода слова и независимость суда входят в понятие верховенства права, не так ли?

— Свобода слова, которая также включает свободу СМИ, и независимость суда, — это не просто ценности, а часть системы, и не только Европейского союза, а каждого отдельного государства-члена. Без этого вы не сможете стать членом Европейского союза.

— Имеют ли место политические нападки со стороны некоторых государств, например, на вашу страну или Венгрию или Польшу?

— Если вы получите большинство в Европейском парламенте, политическое большинство, вы сможете нападать на какую хотите страну. Я не думаю, что это правильно, но европейский парламент это место для дебатов и политических конфликтов. Другое дело — Европейская комиссия или Европейский совет. Согласно договору, Европейская комиссия не должна ввязываться в политические баталии. Так и было до комиссии Ж.-К. Юнкера. А затем всё поменялось. Полагаю, что это угрожает верховенству права, потому что Комиссия должна быть честным посредником при разрешении проблем.

— А это не так?

— Не всегда. Например, [заместитель председателя Европейской комиссии, ответственная за политику сохранения европейских ценностей] Вера Йоурова, на мой взгляд, делает заявления, которые явно нарушают союзный договор. Но её поддерживает европейская пресса.

— Но можно ли формировать европейскую политику с людьми, которые, как вы считаете, нападают на ваше представление о демократии?

— Я считаю, что Европейский союз выживет, если мы сможем объединить оба уровня принятия демократических решений. Один уровень — национальный, а второй — европейский. Между ними иногда происходят конфликты, что объяснимо, потому что имеем такое государственное устройство впервые.

Поделиться статьейКомментарии

Также по теме

Словенский популист Янша может лишиться премьерского поста

Выборы в ЕС: все внимание на явку избирателей!

Акции протеста европейских фермеров идут на спад