Венгрия: как Петер Мадьяр демонтирует режим Виктора Орбана?

В ночь на 12 апреля многолетний премьер-министр Венгрии из ультраправого лагеря Виктор Орбан примерно минуту поговорил по телефону со своим соперником Петером Мадьяром, чтобы поздравить его с победой на выборах правоцентристской партии «Тиса» и признать поражение.

РЕКЛАМА

РЕКЛАМА

Этот момент ознаменовал конец политической, правовой и экономической системе, которую Орбан выстраивал в течение 16 лет, чтобы удержать свою партию «Фидес» у власти.

Оглушительная победа Мадьяра обеспечила его партии две трети мест в парламенте – минимальный порог, необходимый по венгерскому законодательству для внесения поправок в конституцию и принятия так называемых «кардинальных законов», регулирующих работу ключевых государственных институтов.

Как и прежде у Орбана, такое конституционное большинство фактически дает Мадьяру возможность переписать конституцию и во многом без сопротивления радикально переработать важные законы.

Петер Мадьяр, который вел кампанию не просто за смену правительства, а за смену самой системы, не стал медлить и потребовал отставки президента страны Тамаша Шуйока, а также других высокопоставленных чиновников.

«Пусть они уйдут сами, уйдут. Не ждите, пока мы их отправим», – заявил он в ночь выборов.

После вступления в должность в мае основные опоры режима Виктора Орбана рухнули всего за несколько месяцев: президент и генеральный прокурор ушли, а некогда мощная медиа‑машина Орбана была парализована.

Система национального сотрудничества Орбана

Получив конституционное большинство на парламентских выборах 2010 года, Виктор Орбан создал Систему национального сотрудничества, по‑венгерски NER, которую представили как новый общественный договор с избирателями.

Критики, однако, видели в NER централизованный политико‑экономический механизм, призванный продвигать орбановское видение «нелиберализма» – так он называл альтернативу классической европейской либеральной демократии.

«Представьте себе настольную игру, в которой один игрок может в любой момент переписать правила под себя – при необходимости продвинуться сразу на пять клеток вперед, отправить соперника в начало или вообще убрать его с доски», – объяснил в беседе с Euronews политический аналитик Саболч Дулл.

Опираясь на парламентское большинство, Орбан быстро проводил законы через парламент. Но с 2020 года он в основном правил декретами: сначала в рамках чрезвычайного положения из‑за коронавируса, а после 2022 года ссылаясь на войну в Украине.

Демократические сдержки и противовесы ослабли из‑за назначения на ключевые посты лоялистов, а общественный вещатель MTVA и примерно 500 СМИ, входящих в медиахолдинг KESMA, помогали транслировать правительственную линию.

По словам Дулла, обещание демонтировать NER и убрать из системы его ключевые фигуры стало самым популярным пунктом программы Петера Мадьяра: «Именно это принесло ему наибольшую популярность. Именно этого избиратели теперь от него ожидают».

Президент и главный прокурор вынуждены уйти

Возможно, самым значительным политическим успехом Мадьяра стало отстранение президента Тамаша Шуйока. Бывший президент покинул пост в середине июля после того, как конституционная поправка, которую он же и подписал, объявила его полномочия прекращенными.

Та же поправка ограничила срок полномочий депутатов 12 годами и установила возрастной порог в 70 лет для судей Конституционного суда, что привело к уходу его председателя Петера Полта, давнего союзника Виктора Орбана.

«Они прекратили полномочия действующего президента без какого‑либо правового обоснования – просто потому, что политически с ним не согласны. Я считаю это неприемлемым», – заявил в интервью Euronews Балаж Орбан, бывший политический советник Виктора Орбана.

Петер Мадьяр неоднократно утверждал, что Шуйок не соответствует должности и представляет интересы партии, а не нации.

По словам Дулла, этот шаг имел для нового премьера и символическое, и практическое значение: «У венгерского президента есть право помилования осужденных. Мадьяр обещал привлечь к ответственности тех, кто связан со старой системой. Он не может рисковать тем, что президент их помилует».

Правительство Мадьяра также уволило четырех руководителей спецслужб, главу антитеррористического управления полиции (TEK) Яноша Хайду, бывшего пресс‑секретаря Орбана Берталана Хаваши и руководителя Государственного аудиторского управления.

Офис по защите суверенитета Венгрии, который занимался иностранно финансируемыми СМИ и НКО и подвергался резкой критике со стороны Еврокомиссии, был закрыт.

В июне под политическим давлением ушел в отставку генеральный прокурор Габор Балинт Надь, что стало еще одной победой Мадьяра.

«Прокуратура не должна становиться инструментом политической борьбы или ареной для повседневных игр власти», – сказал он, уходя.

Дулл назвал уход Надя очередной вехой: «В ряде дел расследования либо вообще не возбуждались, либо приостанавливались – особенно когда речь шла о делах, неудобных для правительства Орбана».

Ответственность и коррупция

В конце июля венгерский парламент создал Управление по розыску и защите активов для расследования коррупции времен Виктора Орбана и возврата государству утраченного имущества. В течение многих лет Венгрия входила в число самых коррумпированных государств ЕС, а бизнесмены из близкого окружения премьера становились основными бенефициарами государственных контрактов.

Среди них – Лёринц Месарош, друг детства Орбана и самый богатый человек Венгрии, чьи интересы распространяются на строительство, туризм и сельское хозяйство, зять Орбана Иштван Тиборц, ставший миллиардером в эпоху правления «Фидес», а также отец премьера, Дёдзе Орбан, ключевая фигура в горнодобывающей отрасли, получавший дорожные и железнодорожные подряды. Все они настаивают, что действовали в рамках закона, однако их сделки, как ожидается, станут предметом расследования.

«Одним из ключевых обещаний партии «Тиса» было привлечение к ответственности тех, кто занимался преступной коррупцией при «Фидес». То, что мы видим сейчас, – начало процесса, который, вероятно, будет продолжаться в обозримом будущем», – говорит аналитик Даниэль Хегедюш.

Еще одно расследование – так называемое дело Матольчи. Речь идет об исчезновении около 500 млрд форинтов (1,38 млрд евро) из Венгерского национального банка, в центре дела – бывший глава регулятора Дьёрдь Матольчи и его сын Адам.

Через несколько дней после выборов Мадьяр обратился в венгерскую налоговую службу (NAV) с просьбой заблокировать переводы активов, связанных с Орбаном, на счета в ОАЭ, Сингапуре и США, и NAV заблокировала ряд таких транзакций.

Ожидается, что позже в этом году Венгрия присоединится к Европейской прокуратуре (EPPO), которая получит право задним числом расследовать мошенничество с фондами ЕС, начиная с июля 2021 года.

Параллельно с розыском активов прокуратура возбудила несколько уголовных дел в отношении бывших высокопоставленных чиновников – потенциально включая и самого Орбана.

Бывшего главу TEK Яноша Хайду допросили по делу украинского денежного конвоя: в марте, в разгар избирательной кампании, венгерский спецназ задержал два автомобиля с наличностью, принадлежащие украинскому банку «Ощадбанк».

Семеро сотрудников были задержаны, а затем выдворены из Венгрии. Миллионы евро наличными и золотые слитки были конфискованы. Хайду по делу о незаконном задержании в качестве подозреваемого не проходит.

По данным венгерских СМИ, в день рейда Виктор Орбан находился в штаб‑квартире TEK. «Важно было не только задержать Яноша Хайду, но и расследовать действия и задержать ещё троих, включая Виктора Орбана», – заявил адвокат украинских инкассаторов в интервью Euronews в июне.

Он добавил, что бывший генеральный прокурор Надь, который ушел в отставку спустя несколько недель, мог предоставить Орбану «страховочную сетку». Сам Орбан утверждает, что рейд был проведен законно.

Отдельное расследование касается предполагаемого использования средств Национального культурного фонда на кампанию «Фидес». По делу задержаны семь подозреваемых, в том числе руководитель аппарата бывшего министра культуры Балажа Ханко. Прокуратура также арестовала серверы данных «Фидес», фактически парализовав внутренние коммуникации партии.

«Это никак не связано с делом о коррупции, которое, как мы считаем, сфабриковано. Даже если вы хотите расследовать это дело, отсюда вовсе не следует, что вам нужен доступ ко всем данным партии», – заявил представитель «Фидес» Балаж Орбан.

Ослабление «Фидес»

Вскоре после выборов, в конце апреля, Виктор Орбан объявил, что не будет занимать свое депутатское кресло, положив конец 36 годам непрерывной работы в Национальном собрании.

«Сейчас я нужен не в парламенте, а в переформатировании национального лагеря», – сказал он, добавив, что намерен сосредоточиться на восстановлении «Фидес» и согласился возглавлять партию в течение одного года.

В июне «Тиса» приняла так называемый закон «lex Orbán», ограничивающий срок пребывания на посту премьер‑министра восемью годами. Поскольку отсчет ведётся с 1990 года, Орбан фактически лишен права вновь баллотироваться на эту должность.

Срок полномочий депутатов парламента также будет ограничен 12 годами – норма применяется задним числом, что лишает ряда ветеранов «Фидес» возможности участвовать в следующих выборах.

«Половину оппозиции и ее самых влиятельных лидеров вывели из политики при помощи персонализированных, ретроактивных законов. Это конец демократии, потому что если решает не народ, за кого голосовать, а правительство определяет, за кого ему позволено голосовать, то демократии больше нет», – заявил Орбан в ответ.

Этот период стал, пожалуй, самым глубоким кризисом в истории «Фидес», созданной еще до падения коммунизма. Руководитель парламентской фракции Гергелей Гуйяш подал в отставку, сославшись на новые ограничения по срокам полномочий.

Бывший министр иностранных дел Петер Сийярто в июле покинул парламент и перешел на руководящую должность в китайском производителе электромобилей BYD, бывший министр транспорта Янош Лазар и давний стратег Антал Роган ушли из публичной политики.

Резкая смена медиаландшафта

В начале июля государственный вещатель MTVA вывел в эфир черный экран с надписью‑извинением: «Общественные СМИ не могут лгать. Мы приносим извинения за то, что делали это».

MTVA давно воспринимался как предвзятый и внутри страны, и за ее пределами. Его генеральный директор Даниель Папп еще в 2018 году был признан судом виновным в манипулировании новостями. Папп подал в отставку вскоре после выборов.

Организация по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ) также неоднократно критиковала MTVA за системную предвзятость и неравные условия политической конкуренции.

После того как новостная служба вещателя была отключена, временная администрация объявила о реструктуризации компании с целью превратить ее в независимый источник информации – это тоже было одним из ключевых предвыборных обещаний Мадьяра. В тот же день были уволены главные редакторы.

Перестройка затронула не только MTVA. Mediaworks, издатель ряда прорежимных газет и радиостанций, входящих в медиаструктуру KESMA, уволил сотни сотрудников из‑за финансовых трудностей.

Ещё одно проправительственное издание, Mandiner, связанное с образовательным институтом Mathias Corvinus Collegium (MCC), объявило о сокращении 60 сотрудников. Платформа Megafon, финансировавшая пропагандистов, поддерживавших Орбана, полностью прекратила работу.

По словам Дулла, эти СМИ во многом держались на госрекламе: «Медиа "Фидес" выживали потому, что государственные компании размещали там рекламу. Когда власть сменилась, эта реклама прекратилась, и многие издания столкнулись с коммерческими трудностями – они жили за счет государства, выполняя политический заказ».

Борьба за культуру и образование

MCC, образовательный институт, тесно связанный с Орбаном, испытывает финансовые трудности и может быть закрыт.

Общественно полезный траст, управляющий MCC, будет распущен, а его активы возвращены государству – серьезный удар, учитывая, что в 2020 году MCC получил от государства пакеты по 10% в энергетической компании MOL и фармацевтической фирме Richter, приносящие десятки миллиардов форинтов дивидендов ежегодно.

Еще пятнадцать общественно полезных трастов, не связанных с университетами, также будут ликвидированы, а назначенные «Фидес» представители будут выведены из университетских советов.

Тем временем министерство культуры начало проверку использования бюджетных средств при предыдущем правительстве.

Поэт Янош Денеш Орбан (не родственник бывшему премьеру) получил 412 млн форинтов (1,14 млн евро) от некоммерческой организации «Развитие талантов Карпатского бассейна» – государственного учреждения, которым он сам руководил. Другие лица получали аналогичные выплаты в ходе избирательной кампании.

Демократичен ли подход Мадьяра?

«Фидес» называет демонтаж системы Орбана атакой на демократию, особенно ставя под сомнение легитимность отстранения президента.

«Они прекратили полномочия президента. Они запретили бывшему премьеру возвращаться. Они запретили это примерно половине фракции «Фидес», – говорит Балаж Орбан. – И это только начало – где этому конец?»

Петер Мадьяр отвергает любые обвинения в авторитаризме: «Закон – это не произвол. Свобода – это не угнетение. Партия – это не государство. Справедливость – это не диктатура. Политика – это не грабеж. Отечество принадлежит каждому венгру. Добро пожаловать в новую Венгрию».

По мнению Хегедюша, при Орбане в Венгрии имело место реальное «захватничество государства», что делает нынешние меры во многом неизбежными: «При демонтаже захваченного государства и восстановлении независимости институтов в фазе редемократизации может оказаться неизбежным отстранение политических назначенцев прежнего режима».

Союзники Орбана по ультраправому лагерю, Марин Ле Пен и Маттео Сальвини, раскритиковали Мадьяра за изъятие серверов «Фидес», а десятки правых депутатов Европарламента обратились в Еврокомиссию с письмом, выразив обеспокоенность состоянием демократии в Венгрии.

«Почему Комиссия сейчас молчит, когда правительство открыто нарушает европейские конституционные принципы?» – вопрошают авторы письма. В другом письме депутаты Европарламента от «Фидес» утверждают, что прекращение работы новостной службы государственного вещателя нарушает право ЕС.

Еврокомиссия, которая при Орбане инициировала в отношении Венгрии несколько процедур из‑за отката по верховенству права и коррупции, в целом приветствовала реформы Мадьяра. В ежегодном июльском докладе о верховенстве права их охарактеризовали как «радикальное изменение».

В обмен на 16,4 млрд евро ранее замороженных средств ЕС Венгрия согласилась на перечень обязательств в сфере верховенства права и борьбы с коррупцией.

Еврокомиссар по вопросам юстиции Майкл Макграт ранее заявил в интервью Euronews, что отстранение президента было оправдано: «Когда политический ландшафт страны претерпевает настолько тектонические изменения, неизбежно возникают вопросы и происходят кадровые перестановки».

Дулл добавляет, что многие венгры хотят получить институциональные гарантии того, что Мадьяр не будет укреплять собственную власть по образцу предшественника – хотя новый премьер уже согласился на ряд ограничений.

«Если мы начнем говорить о «системе Мадьяра», мы уже знаем, когда она закончится. Закон, ограничивающий срок полномочий премьер‑министра двумя мандатами, распространяется и на него самого», – отметил Дулл.

По его словам, настоящим испытанием намерений Мадьяра станет подготовка новой конституции – процесс, который, как ожидается, займет не менее 18 месяцев.

«Мы увидим по деталям, собирается ли он строить новую систему или нет», – сказал Дулл.