Евросоюз столкнулся с перспективой нового энергетического кризиса на фоне войны начатой США и Израилем войны с Ираном, которая привела к серьезным колебаниям на газовых рынках.
Решение президента США Дональда Трампа нанести удар по Ирану, добиться смены режима и изменить баланс сил на Ближнем Востоке воскресило грозного призрака, которого, как считал Европейский союз, ему удалось изгнать навсегда: энергетический кризис.
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
Разгорающаяся война привела к резкому росту цен на газ, вызвав панику среди инвесторов и тревогу среди правительств.
Во вторник цены на газ на Title Transfer Facility (TTF), эталонном торговом центре Европы, составили 54,3 евро за мегаватт-час (МВт-ч), что поразительно много по сравнению с 31,9 евро за МВт-ч в пятницу, за день до того, как Трамп дал добро на первые удары по Ирану.
Внезапное повышение цен было вызвано целым рядом тревожных событий, в первую очередь решением Катара приостановить производство сжиженного природного газа в связи с ответными ударами Ирана. Катар является одним из основных мировых поставщиков СПГ.
Фактическое закрытие Ормузского пролива, жизненно важного маршрута экспорта энергоносителей с Ближнего Востока, и уверенность Трампа в том, что американские военные смогут продолжать барражирование "гораздо дольше", чем предполагаемые пять недель, еще больше взбудоражили рынки.
Лидеры ЕС уже находятся в состоянии повышенной готовности. Роб Йеттен, новый премьер-министр Нидерландов, заявил, что его правительство будет готово принять дополнительные меры "в случае необходимости".
"Война в Иране может оказать большое влияние на стратегические запасы не только в Европе, но и в Азии. Поэтому мы должны подготовиться к тому, что эта война будет продолжаться еще много недель и повлияет на стратегические запасы в Нидерландах и за рубежом, - сказал Йеттен во вторник, совершая свою первую поездку в Брюссель после вступления в должность. - Я думаю, что более широкое беспокойство вызывает то, как эта война и все, что происходит в Ормузском проливе, повлияет на ценообразование".
Глава правительства Испании Педро Санчес, чья страна имеет одни из самых дешевых тарифов на электроэнергию на континенте, заявил, что его кабинет изучает "сценарии и возможные меры по оказанию помощи домохозяйствам, рабочим, предприятиям и самозанятым и тем самым смягчению экономических последствий этого конфликта" - на случай ухудшения ситуации.
Тем временем президент Франции Эммануэль Макрон в своем телеобращении заявил, что будет стремиться к созданию международной коалиции, обладающей военными ресурсами, для защиты морского сообщения в Ормузском проливе, Суэцком канале и Красном море.
"У нас есть экономические интересы, которые нужно защищать, потому что цены на нефть, газ и международная торговая ситуация серьезно нарушены этой войной", - сказал Макрон.
В Брюсселе официальные лица ЕС настаивают на том, что блок остается хорошо обеспеченным, поскольку большая часть импорта СПГ, около 58%, поступает из США, а Катар обеспечивает всего 8%.
Если война в Иране затянется, а производство в Катаре будет остановлено, у таких стран, как Китай, Южная Корея, Япония и Индия, основных потребителей катарского СПГ, не останется другого выбора, кроме как обратиться к США в поисках замены.
Усиление конкуренции за американский СПГ приведет к тому, что Европа начнет судорожно бороться с Азией и взвинтит цены до непредсказуемых высот.
Остановка в Катаре "окажет существенное влияние на мировой рынок СПГ до тех пор, пока производство не будет восстановлено, и на данном этапе неясно, когда это может произойти", - считает Бэрд Лангенбруннер, аналитик компании Global Energy Monitor.
"Это еще одна возможность для Европы более серьезно заняться электрификацией и возобновляемыми источниками энергии, - добавил Лангенбруннер. - Подверженность этим геополитическим потрясениям будет продолжаться до тех пор, пока она не станет менее зависимой от газа".
Призраки 2022 года
Потрясения на рынках неизбежно вызывают болезненные воспоминания о 2022 годе, когда президент России Владимир Путин решил прекратить поставки газа в отместку за санкции, введенные в связи с полномасштабным вторжением в Украину.
В то время ЕС структурно зависел от недорогого российского трубопроводного газа, поэтому резкое прекращение поставок вызвало рекордный скачок цен: в Чехии он составил 231%, а в Румынии - 165%.
Поскольку летом правительства поспешили пополнить свои подземные хранилища, TFF перешел на двузначную величину, достигнув в один из дней августа поразительной отметки в €348 МВт-ч.
Это был полномасштабный энергетический кризис. Повсеместные отключения и обязательное нормирование электроэнергии были уже не надуманными сценариями, а реальными возможностями.
Уставившись в пустоту, Еврокомиссия прибегла к статье 122 договора, чтобы быстро утвердить целый ряд чрезвычайных постановлений, включая беспрецедентный план по сокращению потребления газа и раскольничий механизм искусственного ограничения цен.
Государства-члены поспешили построить СПГ-терминалы для приема судов из США, Катара, Норвегии, Алжира и Нигерии, заплатив все, что было необходимо для поддержания света. Германия, чья экономика была построена на дешевом российском газе, создала свой первый в истории плавучий СПГ-терминал всего за 194 дня.
Возобновляемые системы, в частности тепловые насосы, были значительно расширены. Были заключены соглашения о солидарности, чтобы избежать разрушительного дефицита.
Но наибольшие усилия по поддержке были направлены непосредственно в карманы потребителей. После того как Еврокомиссия смягчила правила государственной помощи, правительства начали массово вливать миллиарды в прямую поддержку промышленности и домохозяйств, чтобы компенсировать непомерно высокие счета. Эти расходы привели к росту государственного долга, но оградили население от зимних трудностей.
Хотя ЕС удалось предотвратить наихудший сценарий, последствия энергетического кризиса ощущаются до сих пор: цены на газ так и не вернулись к уровню, существовавшему до 2022 года, что создало новую норму, в результате которой Европа отстает от США и Китая.
Проблема разрыва в конкурентоспособности, когда ЕС платит за электроэнергию более чем в два раза больше, чем Америка, сейчас находится в центре внимания политиков, и на Брюссель оказывается все большее давление, чтобы переломить тенденцию и наверстать упущенное, пока не стало слишком поздно.
Терпение европейских столиц истощается, и многие из них указывают пальцем на экологические законы как на препятствие для снижения цен на энергию. Италия недавно призвала приостановить действие Системы торговли квотами на выбросы (ETS), главного инструмента блока, призванного установить цену на загрязнение и стимулировать переход на возобновляемые источники энергии.
Еврокомиссия, которая должна пересмотреть ETS этим летом, ответила на этот призыв, заявив, что низкоуглеродная энергетика - единственное жизнеспособное решение для устранения зависимости от импорта ископаемого топлива и уязвимости перед внешними потрясениями, как это происходит сейчас в связи с войной в Иране.
Однако чиновники ЕС подчеркивают, что 2026 год не похож на 2022-й. Тогда кризис был вызван перебоями в поставках, спровоцированными Путиным. Блоку пришлось в спешном порядке искать альтернативных поставщиков и в одночасье создавать инфраструктуру СПГ. Сегодня цепочка поставок более диверсифицирована, а потребление газа сократилось.
Теперь главная проблема - ценообразование.
"Закрытие катарских СПГ-заводов и перебои в Ормузском проливе влияют на большую часть мировых поставок СПГ", - говорит Элизабетта Корнаго, помощник директора Центра европейских реформ (CER).
"Азия в большей степени зависит от поставок СПГ из этого региона, чем Европа в целом, но если Европа не почувствует последствий в виде немедленной нехватки газа, то мы вступаем в сезон пополнения хранилищ, поэтому высокие цены повысят стоимость этих операций".
При маржинальной системе конечная цена на электроэнергию определяется стоимостью последнего, самого дорогого генератора, необходимого для удовлетворения спроса, которым в данном случае является газ. В 2022 году некоторые страны активно выступали за "отвязывание" цен на электроэнергию от газа, но идея кардинальной перестройки свободного рынка оказалась слишком сложной для других.
В прошлом месяце Еврокомиссия обещала представить "различные варианты" для пересмотра рыночной конструкции блока, которая была обновлена в 2024 году. Война на Ближнем Востоке и ее последствия могут подтолкнуть Брюссель к следующему рубежу.
"Рост цен на газ TTF был быстрым, но по масштабам мы далеки от скачков цен, наблюдавшихся в 2022 году, - добавила Корнаго. - Как это будет развиваться, зависит от продолжительности войны, которая весьма неопределенна".
Репортаж подготовила Марта Пачеко.