Министр Александру Назаре также поддерживает более спорный клуб экономических тяжеловесов E6, заявляя, что в случае успеха это будет «хорошо» для Европы.
Министр финансов Румынии Александру Назаре заявил в интервью Euronews, что поддерживает ряд инициатив, обсуждаемых в Европейском союзе, которые должны помочь блоку вернуть конкурентные преимущества и активизировать инвестиции.
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
Его заявления прозвучали через несколько дней после неформального саммита ЕС, посвящённого поиску новых способов оживить застопорившуюся экономику объединения. Одним из ключевых предложений на этой встрече был Союз «двух скоростей», который позволил бы как минимум девяти странам объединять усилия и продвигать инициативы, которые иначе не могли бы быть одобрены из‑за отсутствия консенсуса.
Назаре поддержал эту инициативу.
«Румыния поддерживает пакет по развитию рынков капитала [направленный на создание единого, интегрированного рынка капитала], Румыния поддерживает союз сбережений и инвестиций,» – заявил он в программе «12 минут с Euronews».
«Я всегда говорил, что нам нужно ускорить работу над этим пакетом. Если этот формат (Союз «двух скоростей») позволит продвинуть часть досье, которые уже находятся на рассмотрении в EcoFin (Совете ЕС по экономическим и финансовым вопросам), я считаю, что это хорошая идея», – отметил он.
Этот правовой инструмент «усиленного сотрудничества» вышел на первый план в прошлом году, когда лидеры ЕС решили предоставить кредит в 90 млрд евро Украине без одобрения Венгрии, Словакии и Чехии, что, по‑видимому, свидетельствует о том, что сейчас главы государств и правительств предпочитают скорость единогласию.
E6 может быть «очень полезной» для Европы
Назаре поддержал новый элитный клуб экономик ЕС под названием «E6», в который входят Германия, Франция, Италия, Испания, Нидерланды и Польша.
Эта группа во второй раз собралась в понедельник на полях заседания Еврогруппы – на этот раз для обсуждения, как ускорить планы по интеграции рынков капитала в Евросоюзе. Однако это вызвало опасения, в том числе в Ирландии, что интересы небольших стран могут быть просто раздавлены.
«Думаю, нужно подождать и посмотреть, к чему в итоге придёт формат E6», – сказал румынский министр, добавив, что обсудил это со своими французским и немецким коллегами на полях заседания EcoFin во вторник.
«Не думаю, что они собираются кого‑то оставлять позади, – заявил он. – По‑моему, речь идёт о том, чтобы решить ряд ключевых вопросов, которые сейчас стоят на повестке. И если им это удастся, это будет очень хорошо для Европы».
Назаре также поддержал продвигаемую Францией стратегию «Made in Europe», предполагающую введение минимальных требований к доле европейской составляющей в товарах местного производства – вопрос, который поднимался и на саммите на прошлой неделе.
«Инициатива “Made in Europe” поддерживает стратегическую автономию, о которой мы говорим, – пояснил он. – Это должен быть общеевропейский проект, и в этом его суть. [...] С момента создания Европейского союза в этом и заключалась ключевая идея: он должен быть мощным, общеевропейским блоком».
Отвечая на вопрос, не нанесёт ли это ущерб отношениям Румынии и ЕС с ключевыми торговыми партнёрами, такими как США, Назаре подчеркнул важность благоприятного инвестиционного климата в Европе.
«Сейчас 300 млрд евро наших сбережений вложены за рубежом. Если мы добьёмся того, чтобы эти миллиарды, инвестированные за пределами ЕС, работали в Европе, это будет очень хорошо для Европы, – сказал он. – То есть речь не обязательно о конкурентоспособности; нам нужно понять, как эффективнее использовать уже накопленные сбережения».
Ещё одна идея, обсуждаемая в Брюсселе и также продвигаемая Францией, – выпуск общих долговых обязательств ЕС, так называемых еврооблигаций, для стимулирования инвестиций в стратегические отрасли, такие как зелёные технологии, оборона и безопасность.
Назаре поддержал это предложение, напомнив, что ЕС уже прибегал к такому инструменту в рамках программы NextGenEU (для перезапуска европейской экономики после пандемии COVID‑19).
«Считаю, это соответствует нашим стратегическим приоритетам и, безусловно, отвечает инвестиционным потребностям европейской экономики в ряде ключевых сфер, например в области искусственного интеллекта», – отметил он.
Идею использовать совместный долг для повышения конкурентоспособности поддержал и бывший премьер‑министр Италии Марио Драги, автор влиятельного доклада о конкурентоспособности, опубликованного в 2024 году. Однако сейчас она сталкивается с жёстким сопротивлением со стороны Германии и ряда традиционно экономных северных стран ЕС.
Рекордный дефицит бюджета Румынии
Назаре прокомментировал и тот факт, что у Румынии самый высокий бюджетный дефицит в ЕС, заявив, что в последние месяцы ситуация улучшилась.
«Я бы сказал, что условия, касающиеся Румынии, [...] и то, как Румынию воспринимают в Совете, сейчас гораздо лучше, – отметил он. – Мы завоевали доверие. Мы не только выполнили целевые показатели по дефициту на 2025 год, но и превысили их на 0,7 %». Целевой показатель дефицита бюджета на 2026 год составляет около 6 %.
Коалиционное правительство под руководством премьер‑министра Илие Болоджана во второй половине прошлого года предприняло жёсткие меры для сокращения дефицита, в том числе пакеты экономии, предусматривающие 10‑процентное сокращение фонда оплаты труда государственных учреждений. Этот шаг вызвал протесты.
Страна с населением почти 19 миллионов человек испытывает серьёзное давление со стороны Европейской комиссии, которая требует снизить дефицит ниже 3 % ВВП. Поскольку сейчас этот показатель превышает допустимый уровень, в отношении Румынии действует процедура чрезмерного дефицита (EDP) ЕС – механизм, призванный наводить порядок в бюджетной политике государств.
«Наши амбиции относительно того, где мы хотим видеть румынскую экономику, должны стать выше, – заявил Назаре. – Для этого, разумеется, нужно выйти из процедуры чрезмерного дефицита, в которой мы провели слишком много времени за последние пять лет». По его словам, он рассчитывает, что Румыния сможет выйти из этой процедуры к 2029 или 2030 году.
Он добавил, что выход из процедуры также имеет ключевое значение для продвижения Румынии к введению евро.
«Мы не можем обсуждать переход на евро, пока не выйдем из этой процедуры, – подчеркнул он. – Так что это необходимое условие и очень важный для Румынии проект: восстановление бюджетной дисциплины, [введение] мер по поддержке экономики и стимулированию роста».