Испанская институция объединяется с Французской и Итальянской синематеками и Мюнхенским музеем кино, чтобы вернуть утраченные материалы легендарного 30‑летнего проекта, снятого в глубинке Испании, пленившей режиссёра.
«Мы, кинорежиссёры, — кучка несчастных людей, которые занимаются делом, которое с технологической точки зрения почти устарело», — заявлял Орсон Уэллс в интервью 1985 года, взятым каналом Arte TV (источник на испанском языке), за несколько месяцев до своей смерти. Что‑то похожее мог бы сказать Алонсо Кихано о рыцарском ремесле, уже вышедшем из употребления в Испании эпохи Возрождения, ставшей свидетелем его странствий, и это отчасти объясняет, почему один из самых влиятельных кинематографистов в истории почувствовал необходимость экранизировать сервантесовскую классику.
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
Почти 40 лет спустя проект, возглавляемый Испанской фильмотекой в сотрудничестве с французской Cinémathèque, итальянской Cineteca Nazionale и мюнхенским Filmmuseum, намерен собрать материалы, разбросанные по этим четырём странам, чтобы воссоздать мечту режиссёра: съёмки, начавшиеся в 1957 году в Мексике и растянувшиеся на три последующие десятилетия его жизни, так и не завершившиеся выходом финальной версии.
«Речь идёт не о реставрации», — уточняет Эстеве Римбау, историк кино, специализирующийся на Уэллсе, и бывший директор Фильмотеки Каталонии. «Мы говорим о реконструкции фильма, в котором менялись замыслы и материалы, что‑то добавлялось и отбрасывалось… Пока рано говорить, всё ли у нас есть и чего именно не хватает», — добавляет он в телефонном разговоре из Болоньи, где представил этот проект на фестивале Il Cinema Ritrovato вместе с директором Испанской фильмотеки Валерией Кампорези.
Цель Римбау — добиться результата, максимально близкого к замыслу американского гения, родившегося в 1915 году и выросшего между Висконсином и Иллинойсом в обеспеченной семье с американского Среднего Запада. «Это не будет документальный фильм. Речь идёт о культурном показе, а не о коммерческом».
Эксперт хорошо помнит попытку, которую предпринял в 1992 году Хесус Франко, друг Уэллса, используя имевшиеся тогда под рукой материалы (около 40 000 метров плёнки) в преддверии Всемирной выставки в Севилье — «Дон Кихот Орсона Уэллса».
«Это была крайне разочаровывающая версия, потому что он смешал материалы с документальным фильмом RAI [итальянской общественной телерадиокомпании] и замаскировал снятые им самим кадры под оригинальные», — объясняет Римбау. Дубляж фильма на кастильский испанский тоже вызывает вопросы: актёры читали отрывки из романа Сервантеса в некоторых сценах, к которым они не относились, не заботясь о синхронности с артикуляцией актёров.
Формально это будет уже второй раз, когда Испанская фильмотека берётся за этот кинематографический подвиг: адаптация Франко в своё время была сделана под кураторством Хосе Марии Прадо, легендарного руководителя учреждения с 1989 по 2016 годы, бывшего члена отборочной комиссии Сан-Себастьянского кинофестиваля и вдовца актрисы Марисы Паредес.
В течение оставшейся части 2026 года задействованные учреждения будут изучать и перерабатывать оригинальный сценарий объёмом около 2 000 страниц, а также оцифровывать имеющиеся материалы: около 70 000 метров плёнки. В 2027‑м предстоит сравнительный анализ доступных сцен, их последующих вариаций и сопроводительных текстов. При этом Римбау занимает однозначную позицию относительно возможного использования искусственного интеллекта при реконструкции: в процесс будут вовлечены только человеческий ум и руки.
От Висконсина до Эль-Тобосо: действительно ли Уэллс хотел завершить своё произведение?
Режиссёр «Гражданина Кейна» (классики, написанной в цейтноте алкоголиком, ставшим инвалидом после автокатастрофы, Германом Манкевичем, и перевернувшей историю кино своей нелинейной структурой и нравственным путешествием главного героя) за свою карьеру переосмыслил и другие шедевры мировой литературы, такие как «Процесс» Кафки и даже три шекспировские пьесы.
Именно в 1957 году Уэллс задумывается о переносе «Дон Кихота» на большой экран. Предприятие, будто проклятое для кинорежиссёров, о чём свидетельствует и недавняя экранизация Терри Гиллиама («Человек, который убил Дон Кихота»), на реализацию которой ушло почти два десятилетия, с восемью провалившимися попытками запуска производства и более чем прохладными отзывами критиков после премьеры в 2018‑м.
Однако трудности Гиллиама блекнут по сравнению с усилиями Уэллса. Тот растянул свою версию современных приключений мнимого идальго на три десятилетия и так и не сумел завершить съёмки.
Американский режиссёр начал свою одиссею между Мексикой и Италией и придумал предлог — съёмки документального сериала о Испании времён франкистского экономического рывка, — чтобы RAI позволила ему перебраться туда и начать свой секретный проект на родине романа. Документальный фильм‑«ширма» получил название «Viaggio nel paese di Don Chisciotte», «Путешествие по стране Дон Кихота».
Уэллсу, яростному стороннику республиканского дела в годы Гражданской войны, было нелегко добиться благосклонного отношения режима к своим планам, и он не раз переносил съёмки, скрывая их как от властей, так и от продюсеров других проектов, в которых участвовал.
Не то чтобы эти перипетии тяготили режиссёра. Явно очарованный Кастилией, Уэллс провёл съёмки в Санта-Мария-де-ла-Уэрта и Калатаньосоре (Сория), Педрасе (Сеговия), Бриуэге (Гвадалахара) и в столице провинции Вальядолид. Когда в 1960 году его спросили, в каком испанском городе он хотел бы жить, американец не колебался: «Авила. Климат ужасен: очень жарко летом, очень холодно зимой. Это странное и трагическое место. Не знаю, почему я испытываю к нему что‑то особенное».
Эстеве Римбау объясняет, что к проекту вернулись, в том числе, благодаря любви Уэллса к Испании. Режиссёр Оя Кодарь, его творческая партнёрша в заключительный, зрелый период с 1960‑х годов, связалась с историком, когда он ещё возглавлял Фильмотеку Каталонии, именно по этой причине. «Она считает, что логичнее всего, чтобы [плёнка] в итоге оказалась в Мадриде, учитывая наследие Уэллса в Испании», — рассказывает координатор этой кинематографической инициативы.
Художница, родившаяся в Загребе бывшей Югославии, в 2017 году вернула около 50 000 метров негатива, оцифровкой которого займётся Cineteca Nazionale. Остальные материалы, подлежащие сбору, распределены между другими фильмотеками: около 80 минут 35‑мм позитивов из Cinémathèque, а также несколько рабочих копий, негативы, фрагменты, плёнки, видео и документы, хранящиеся в Filmmuseum.
С 1966 года, когда завершились основные съёмки, и до самой смерти Уэллс несколько раз менял мнение о своей работе, по‑видимому, оставаясь разочарованным результатом. «На мой взгляд, Орсон не хотел заканчивать „Кихота“, — говорил Хесус Франко. — Он хотел сохранить этот проект как что‑то своё, чтобы он жил вместе с ним, как мечта, которой никогда не суждено сбыться».
Утопическая погоня, балансирующая между реальностью и метафикцией, более чем уместна для экранизации истории — при всём уважении к Педро Альмодовару — самого знаменитого в мире манчего.