В марте экспорт нефти Норвегии резко вырос, а доходы достигли многолетнего максимума на фоне перебоев из‑за войны с Ираном и закрытия Ормузского пролива.
Экспорт нефти из Норвегии в марте обновил рекорд на фоне войны в Иране и закрытия ключевого судоходного маршрута через Ормузский пролив, что подтолкнуло мировые цены на нефть, сообщило в среду Статистическое управление Норвегии.
Эта скандинавская страна является крупнейшим в Европе производителем нефти и природного газа, если не считать Россию.
В мирное время через Ормузский пролив проходит около пятой части мировых поставок сырой нефти и сжиженного природного газа (СПГ).
«Закрытие Ормузского пролива вызвало серьёзный шок предложения на нефтяном рынке, что способствовало высоким ценам на нефть в марте и, соответственно, рекордной стоимости норвежского экспорта», — заявил аналитик Ян Олав Рорхус в пресс-релизе.
По данным статистического ведомства, в марте экспорт сырой нефти из Норвегии достиг 57,4 млрд крон (5,16 млрд евро), что на 67,9% больше, чем за тот же месяц годом ранее.
Средняя цена нефти в марте составила 1 014 крон (91,14 евро и 107,52 доллара США) за баррель — это самый высокий месячный показатель с сентября 2023 года, отметило ведомство.
Такой ценовой бум не остался без внимания президента США Дональда Трампа, который во вторник упомянул его в своей публикации в Truth Social.
«Европа отчаянно нуждается в энергии, и всё же Соединённое Королевство отказывается открыть добычу нефти в Северном море, одном из величайших месторождений в мире. Трагедия!!!» — написал Трамп.
«Абердин должен был бы процветать. Норвегия продаёт свою нефть Северного моря Великобритании по цене вдвое выше. Они делают состояние», — добавил он.
Норвегия во многом обязана своим благосостоянием запасам нефти и газа.
Доходы государства от нефти и газа инвестируются в суверенный фонд благосостояния — крупнейший в мире, с активами около 2,19 трлн долларов (1,86 трлн евро).
Созданный в начале 1990-х годов фонд призван финансировать будущие расходы на щедрую норвежскую систему социального обеспечения, поскольку в долгосрочной перспективе поступления от экспорта нефти и газа могут сократиться.