Срочная новость
This content is not available in your region

Федоров о Путине и Эрдогане: "Самое главное - остановить военную операцию в Идлибе"

Комментарии
euronews_icons_loading
Президент Турции Тайип Эрдоган и президент России Владимир Путин во время переговоров.
Президент Турции Тайип Эрдоган и президент России Владимир Путин во время переговоров.   -   Авторское право  Pavel Golovkin/The Associated Press
Размер текста Aa Aa

Возможна ли война между Россией и Турцией в Сирии? Какие задачи ставят перед собой президенты Владимир Путин и Тайип Эрдоган? Готовы ли они к компромиссу? На эти и другие вопросы эксклюзивно для Euronews отвечает бывший замминистра иностранных дел РФ, генеральный директор Национального информационного центра Андрей Федоров.

Зачем Эрдоган приезжает в Москву?

А. Федоров: Сейчас самое главное (для всех сторон) – остановить военную операцию, военное противостояние (в Идлибе), потому что чем больше Турция вовлечена будет в военные действия, тем выше риск прямого столкновения с Россией. Остановить военные действия сейчас это значит дать шанс российско-турецким отношениям не развалиться. Потому что любое продолжение военных действий автоматически приведет в тот или иной момент к прямому столкновению России и Турции именно в силу того, что там нет правил игры. Идлиб – это война без правил.

Кому нужнее прекращение конфликта?

A. Федоров: Для Эрдогана это сейчас нужнее. Во-первых, если он откажется от диалога, то начнутся военные действия, и сирийская армия начнет дальнейшее продвижение. Туркам тогда необходимо будет бросать (в Идлиб) дополнительные силы. Второе, конечно, если он не договорится ни о чем с Путиным, то вопрос военного столкновения России и Турции может всплыть в любой момент. И самое главное, почему Эрдоган едет в Москву, потому что он не встретил той поддержки со стороны Европейского союза и США, на которые он рассчитывал.

Какое решение может быть у конфликта?

A. Федоров: Только одно решение - территория Идлиба переходит под контроль Сирии, а вдоль границы Турции создается зона безопасности шириной 15-20 км. Именно зона безопасности, которая полностью контролируется Турцией.

Это худший вариант для Эрдогана, но оптимальный вариант для нас. С одной стороны, 90% территории Идлиба переходит под сирийский контроль. C другой стороны, у Турции будет буферная зона безопасности, которую мы гарантируем. То есть мы будем гарантировать, что сирийская армия не перейдет эту линию.

О чем должны договориться Эрдоган и Путин?

Для России неприемлема нынешняя ситуация, предвоенная де-факто. Она неприемлема и для Сирии.
Андрей Федоров

A. Федоров: Нужно достичь договоренностей о новых границах в рамках Идлиба в том, что касается присутствия Турции. Старый вариант зоны деэскалации уже не действует, нужно определиться, есть ли возможность создать новую зону, которую нужно называть "зоной безопасности", а не "зоной деэскалации". Она может находиться вдоль турецкой границы, шириной примерно 15-20 км, и быть действительно под турецким контролем. Со стороны Сирии ее могут даже патрулировать российские военные.

Для России неприемлема нынешняя ситуация, предвоенная де-факто. Она неприемлема и для Сирии, потому что у (президента Сирии Башара) Асада есть политическая цель - скорейшее освобождения Идлиба на фоне намеченных на 13 апреля парламентских выборов. Для Турции потеря контроля над Идлибом означает катастрофическую ситуацию с точки зрения беженцев и контроля над той частью сирийской оппозиции, у которой протурецкие настроения.

Сумеет ли Турция размежевать боевиков в Идлибе?

Размежевание террористов – идеальная концепция. "Первый, второй, рассчитайся! Ты - хороший террорист, ты - плохой террорист". Это невозможно. Это Идлиб, это Сирия, это совершенно неконтролируемая ситуация.
Андрей Федоров

A. Федоров: Тупиковая ситуация на самом деле, потому что разделить боевиков невозможно де-факто, хотя по некоторым данным, умеренная оппозиция – это примерно 50 тысяч боевиков, а жесткая оппозиция, так сказать, сторонники "Исламского государства", - это порядка 20 тысяч боевиков. Их разделить просто физически невозможно, на самом деле. Их можно контролировать, что турки пытались сделать. Но потом, с учетом наступления армии Асада, они поняли, что им невыгодно это размежевание боевиков, поэтому они их стали более активно поддерживать.

Размежевание террористов – идеальная концепция. "Первый, второй, рассчитайся! Ты - хороший террорист, ты - плохой террорист". Это невозможно. Это Идлиб, это Сирия, это совершенно неконтролируемая ситуация. Это хаотическое движение боевиков.

Не надо забывать, что это еще и семьи. Только с семьями так называемых жестких исламистов около ста тысяч. Куда их девать? Вводить на территорию Турции? Они этого не хотят. Самое главное заключается в том, что если Турция потеряет Идлиб, то это полная потеря лица Эрдогана. А это огромные внутриполитические последствия в Турции. Он не может выглядеть проигравшим. Поэтому он будет как-то договариваться с Путиным, чтобы хотя бы как-то сделать возможным временное прекращение огня.

Чего хочет добиться Россия?

A. Федоров: Идеальный расклад для России был бы следующий. Прекращение военных действий со всех сторон на следующий же день. Второе, чтобы Турция взяла на себя жесткие обязательства контролировать боевиков и начать их отвод к границе с Турцией или на турецкую территорию. И, что самое главное, полностью исключить возможность военного столкновения между Россией и Турцией даже случайного.

Риск военного столкновения сейчас очень велик. Речь идет, прежде всего, о возможности боевого столкновения в воздухе между российской и турецкой авиацией. При дальнейшей поддержке Россией наземных операции сирийской армии потери турецких войск, находящихся в Идлибе, совершенно неизбежны.

В чем основные противоречия между Россией и Турцией в Сирии?

Переговоры можно будет назвать удачными только в одном случае: если будет достигнуто соглашение о полном прекращении огня.
Андрей Федоров

Основные противоречия между Россией и Турцией заключаются в том, что Эрдоган требует от России отвести сирийские войска. Турция хочет, чтобы она оказала давление на Асада, чтобы он вернулся на прежние позиции и не возобновлял военные действия на территории Идлиба. Это для России неприемлемо из-за тех обещаний и договоренностей, которые были достигнуты между Путиным и Асадом 7 января этого года.

Россия требует зачистки Идлиба от группы боевиков, корни которых уходят в Аль-Каиду. Это невозможно с точки зрения турецкой стороны, поскольку речь идет приблизительно о ста тысячах человек, это боевики вместе с членами их семей. Во вторых, Турция опасается, что вывод этой части боевиков будет только стимулировать Сирию на дальнейшую наступательную операцию и дальнейшее вытеснение противников Асада за территорию страны.

Переговоры можно будет назвать удачными только в одном случае: если будет достигнуто соглашение о полном прекращении огня. Пусть на неделю, пусть на месяц, не важно. А худший вариант - это дальнейшая конфронтация. Переговоры заканчиваются ничем, Турция выходит из диалога с Россией по Сирии, и все уже перейдет в стадию силовой борьбы.

Россия готова к этому сценарию?

Россия готова к тому, что может быть и военное противостояние с Турцией, но это худший вариант, потому что он означает полный разрыв отношений и фактически полное прекращение диалога по Сирии.
Андрей Федоров

А. Федоров: Я думаю, что готова, потому что для России ситуация в Сирии очень затянулась. Политический процесс остановился и сейчас, на самом деле, оптимальным вариантом было бы военное решение, когда армия Асада зачищает Идлиб, фактически получает контроль над всей территорией Сирии. В этой ситуации Асад уже может принимать любые политические решения.

Россия, в принципе, готова к тому, что может быть и военное противостояние с Турцией, но это худший вариант и для России, и для Турции, потому что он означает полный разрыв отношений и фактически полное прекращение диалога по Сирии. Но Россия все равно готова к этому, потому что, во-первых, есть обещания и договоренности между Путиным и Асадом, а, во-вторых, с точки зрения интересов России зачистка Идлиба от боевиков сирийской армией и восстановление контроля Асада над этой территорией открывает возможность целому ряду политических решений в Сирии.

Подписывайтесь на Euronews в социальных сетях
Telegram, Одноклассники, ВКонтакте,
Facebook, Twitter и Instagram.

Эфир и программы Euronews можно смотреть
на нашем канале в YouTube