Учреждена новая литературная премия, призванная отмечать произведения, созданные в соавторстве с ИИ. Но момент её запуска, мягко говоря, неудачен.
На этой неделе во Франции учреждена новая премия для книг, написанных с помощью ИИ, и время для ее появления выбрано крайне неудачно.
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
Премия Prix Pascal de Littérature IA появилась после нескольких недель споров и скандалов вокруг использования ИИ финалистами ряда литературных конкурсов, включая Гонкуровскую премию, самую престижную литературную награду Франции.
С сентября французский литературный мир потрясает дело Телисона Орельена, начатое после обвинений в масштабном использовании ИИ в романе канадско-гаитянского автора «C’était ça ou mourir».
Накануне канадский издатель Орельена подтвердил, что ИИ действительно использовался при создании книги, и разорвал с писателем отношения. Сам Орельен продолжает отрицать обвинения и в беседе с журналистом Libération Рашидом Лаирешем заявил, что привлекал внешние источники для исторических исследований.
«Я сказал, что книгу написал я; это не так, будто ее написал ИИ», — настаивает он. «Как и при переводе языков, я пользовался инструментами», — добавляет автор, признавая, что «ничего из этого не ожидал».
Теперь премия Pascal открыто поощряет использование ИИ, одновременно подчеркивая на своем сайте (источник на английском языке), что это «не технологический конкурс».
«ИИ уже присутствует в литературных мастерских, в рукописях и в книжных магазинах, часто оставаясь незамеченным», — говорится на сайте. «Премия Pascal задает вопрос вслух: что считать произведением литературы, когда автор и машина работают вместе?»
Участники должны представить рукопись, а также техническое досье, в котором указана использованная алгоритмическая поддержка. Разрешены все крупные языковые модели, включая ChatGPT, Claude, Gemini и LLaMA.
«В то время как другие охотятся за ИИ с помощью противоречивых инструментов обнаружения, Prix Pascal предлагает авторам открыто заявлять о его использовании: никакой агитации, никаких судебных исков — прозрачность как основа для дискуссии и коллективного разума», — заявляют организаторы премии.
«Премия открыта для всех, кто пишет по‑французски, где бы они ни жили во франкоязычном мире, независимо от национальности и места проживания и без обязательного участия издателя», — поясняют ее основатели Филипп Родригес, Альбин Сервиан и Жиль Мантре — все предприниматели в сфере технологий. Родригес является соучредителем консалтинговой компании по сделкам слияний и поглощений Avolta; Сервиан — бывший председатель ЛГБТК+‑журнала Têtu; Мантре преподает в Гарварде и Университете Париж 1 Пантеон‑Сорбонна.
«Жюри ищет неопубликованное произведение, которое будет полезным или заставит задуматься», — добавляют они.
Вчера был объявлен прием заявок, а состав «жюри из пяти знаковых фигур» обещают раскрыть к концу месяца. Имя обладателя премии 2026 года назовут в середине декабря. Денежного приза не предусмотрено, однако авторам обещают помощь с публикацией.
С учетом того, что французское законодательство не регулирует и не запрещает использование ИИ для написания литературных произведений, существование премии кажется вполне законным. Тем не менее она появляется в момент, когда представители творческих профессий все громче выступают против ИИ и требуют ввести правила и защитные механизмы.
Новая премия названа в честь французского математика и философа Блеза Паскаля; на сайте Prix Pascal подчеркивается, что Паскаль «единственный западный мыслитель, который был одновременно первопроходцем в области механических устройств и мастером языка».
Там же цитируется его фраза «À mesure qu'on a plus d'esprit, on trouve qu'il y a plus d'hommes originaux» — «Чем больше у человека ума, тем больше он видит вокруг оригинальных людей».
Остается лишь гадать, насколько знаменитый эрудит, автор «Мыслей», сейчас переворачивается в гробу.