Считается, что технологии улавливания и хранения углерода остаются технически ненадёжными и чрезвычайно дорогостоящими.
Выбросы CO2 с завода по производству удобрений в Нидерландах будут закачивать под морское дно в Норвегии, в рамках проекта, который его владельцы называют «крупнейшим коммерческим проектом по улавливанию и хранению углерода (CCS) в Европе».
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
На церемонии открытия на этой неделе завод по производству аммиака и удобрений объявил, что будет улавливать 800 000 тонн CO2 в год, затем сжижать его и отправлять по морю в Норвегию.
Проект профинансировала Европейская комиссия, которая теперь стремится подчеркнуть свои инвестиции: на церемонии открытия присутствовал комиссар по вопросам климата, достижения углеродной нейтральности и устойчивого роста вместе с премьер‑министрами обеих стран.
По словам Комиссии, завод в Слёйскиле, которым управляет норвежская химическая компания Yara, является «стратегической инвестицией», однако критики утверждают, что она «рискует миллиардами средств налогоплательщиков, финансируя опасный отвлекающий манёвр, который затягивает реальные климатические действия».
Поскольку это одна из самых спорных тем в климатической политике, мы разбираемся, что известно об улавливании углерода и как получилось, что ЕС финансирует эту экспериментальную технологию.
Что такое улавливание и хранение углерода?
Под улавливанием и хранением углерода (carbon capture and storage, CCS) понимают технологии, призванные не допустить попадания CO2 в атмосферу либо удалить его уже после выброса.
Как и на заводе в Слёйскиле, большинство проектов используют жидкость для химического удаления CO2, образующегося в производственном процессе; затем газ сжимают до состояния, близкого к жидкому, и обычно по трубопроводу транспортируют до места хранения. Там его либо закачивают глубоко под землю, либо превращают, например, в строительные материалы или синтетическое топливо. Во втором случае такую технологию называют CCUS, где буква «U» означает «использование».
По данным климатического издания Carbon Brief, (источник на английском языке) по состоянию на февраль 2026 года в мире действовало 75 проектов CCS. Практически все они расположены на объектах добычи и переработки ископаемого топлива, следует из базы данных (источник на английском языке) МЭА. Совокупно эти проекты улавливают 62,5 млн тонн CO2 (MtCO2) в год. Это эквивалентно 0,2 процента мировых выбросов в 2025 году.
Генеральный директор Yara Свейн Торе Холсетер заявил: «Установка по улавливанию углерода в Слёйскиле доказывает, что крупномасштабная декарбонизация промышленности возможна уже сегодня», однако суммарно сэкономленные выбросы остаются ничтожно малой каплей в море.
Американская некоммерческая организация Institute for Energy Economics and Financial Analysis (IEEFA) провела детальные исследования CCS. Аналитик по энергетическим финансам Эндрю Рид говорит: «Несмотря на политическую и финансовую поддержку, которую за последние три‑четыре года получил CCS, эта технология остаётся технически неопределённой, очень дорогой и зависит от огромных субсидий, чтобы перейти от стадии технико‑экономического обоснования к строительству и эксплуатации».
CCS: инструмент, помогающий нефтегазовой отрасли добывать и продавать больше нефти и газа
Чтобы понять, как используется эта технология, важно знать, откуда она появилась. По данным Carbon Brief, её «изначально начали применять на нефтяных месторождениях в США и Канаде в начале 1970‑х годов как способ так называемого повышения нефтеотдачи. Это предполагает закачку улавливаемого CO2 в истощённые скважины – процесс, который, с одной стороны, позволяет хранить газ, а с другой – помогает извлекать больше нефти». Это по-прежнему самое значительное применение технологий улавливания углерода в мире: на него приходится три четверти всех проектов.
Это означает, что «большая часть CO2, который сегодня и улавливается, и используется, помогает отрасли ископаемого топлива добывать и продавать больше нефти и газа», говорится в Carbon Brief.
Как получилось, что ЕС стал финансировать улавливание и хранение углерода?
Одна из главных претензий к CCS, на которой годами настаивают природоохранные активисты, заключается в том, что эта технология позволяет загрязнителям продолжать выбрасывать, вместо того чтобы сокращать выбросы газов, которые нагревают планету с тревожной скоростью.
«Все проекты по улавливанию и хранению углерода страдают одной и той же проблемой: они отвлекают внимание и ресурсы от сокращения выбросов у источника и дают таким загрязняющим отраслям, как производство удобрений, индульгенцию продолжать загрязнять», – говорит Рейчел Кеннерли, старший международный кампейнер по улавливанию углерода в Центре международного экологического права (CIEL).
Исследовательница и кампейнер Corporate Europe Observatory (CEO) Белен Баланья уже 25 лет отслеживает лоббистскую активность ископаемой отрасли. В последнее время она сосредоточилась на лоббировании CCS. Известно, что итоги ежегодных климатических переговоров COP во многом зависят от лоббистов, представляющих промышленность. Баланья выяснила, что на COP29 в 2024 году присутствовали около 500 лоббистов CCS. Годом ранее, на COP28, сторонники CCS (в основном связанные с ископаемой энергетикой) добились значительной победы: в соглашении были одобрены «технологии сокращения и удаления выбросов».
Говоря об отрасли ископаемого топлива, Баланья говорит: «Если посмотреть на их повестку, там всегда запасные выходы, позволяющие остаться в бизнесе», – рассказывает она Euronews Green. – «Именно к ним они прибегают, когда оказываются вынуждены это делать – когда появляется больше знаний и растёт признание их роли в изменении климата и необходимости декарбонизации».
Тот факт, что CCS было закреплено в соглашении COP, мог способствовать укреплению его легитимности в политических кругах ЕС. Форум CCUS (ныне Форум по промышленному управлению углеродом, Industrial Carbon Management, ICM), созданный Европейской комиссией в 2021 году, – это ежегодное мероприятие, рабочие группы которого напрямую влияют на выработку политики ЕС. Организация CEO установила, что во всех этих группах сопредседателями выступали представители ископаемой отрасли или связанных с ней организаций.
Новый доклад Программы ООН по окружающей среде (UNEP) описывает риски превышения порога потепления в 1,5 °C и то, как можно их ограничить. В нём оцениваются так называемые технологии удаления диоксида углерода, и делается вывод, что вокруг них остаётся множество вопросов – например, можно ли масштабировать их устойчивым образом (с учётом затрат, а также использования земли и энергии), будут ли они действительно удерживать CO2 вне атмосферы постоянно и кто несёт ответственность за регулирование и утечки.
CCS: польза или вред?
Независимо от того, как относятся к CCS разные эксперты, многие согласны, что для некоторых отраслей эта технология может быть полезной. Проект Yara направлен на сокращение выбросов от производства аммиака, которое «обеспечивает относительно концентрированный поток CO2, делая его одним из более простых промышленных примеров применения улавливания углерода, а не примером самых трудных выбросов для сокращения», говорит Домьен Вангенехтен, руководитель программы «Чистая экономика» в E3G.
«Вывод должен быть не в том, что Европе нужно CCS повсюду, а в том, что мы должны прагматично внедрять его там, где он может уже сегодня существенно сократить выбросы».