Пожары, уже неделю полыхающие во Франции и Испании, настолько сильны, что прямое их тушение часто невозможно. Это новый, вызванный изменением климата тип пожаров, требующий особой тактики.
Пожары, вспыхнувшие на прошлой неделе во Франции и Испании, уже выжгли более 115 тысяч гектаров и вынудили покинуть дома свыше 320 тысяч человек; они выделяются огромной силой и масштабом пламени. Французские власти признают, что на их полное тушение могут понадобиться месяцы.
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
Это очередные примеры того, что оперативные службы и научное сообщество с середины 2010‑х годов называют «пожарами шестого поколения», особенно после пожаров в Pedrógão Grande в Португалии (2017 год) и в Греции (2018 год), каждый из которых привёл к гибели более 100 человек.
Этот новый тип пожаров сначала стал особенно заметен в Европе, хотя его зафиксировали и в 2017 году в Чили, где он вновь проявился, причём ещё более разрушительно, в 2024 году, когда погибли 137 человек. Такие особенности отмечались и в других регионах мира — в Австралии (2019–2020 годы), на западном побережье США (2020 год) и в Канаде (2023 год).
Резкое изменение поведения огня обусловлено изменением климата, поясняет Euronews Домингуш Жавьер Виегаш, профессор факультета наук и технологий Университета Коимбры (FCTUC) и специалист по природным пожарам. При более высоких температурах, меньшем количестве осадков и низкой влажности почва и растительность пересыхают, что усиливает «условия для возгорания» и увеличивает «площадь, доступную для горения».
Чем отличается пожар шестого поколения?
Разрушительная сила этих мегапожаров связана с огромным объёмом выделяемой энергии, которая способна изменять метеоусловия вокруг очага и фактически исчерпывать возможности традиционного тушения, какими бы мощными они ни были.
Когда интенсивность превышает десять мегаватт (МВт) на метр фронта, такой пожар уже нельзя потушить прямыми действиями пожарных, уточняет Виегаш. «Если перевести это в длину языков пламени, то фронт, отдающий десять МВт, имеет примерно десятиметровую высоту пламени», — добавляет он.
«Сегодня мы иногда сталкиваемся с пожарами, которые на отдельных этапах своего распространения развивают интенсивность в три, четыре, пять, а то и шесть раз выше. Иными словами, бороться с пламенем, достигающим 60 метров в высоту, невозможно», — отмечает специалист.
Тепловая нагрузка такой величины приводит к тому, что пожар начинает сам себя подпитывать, переставая быть явлением, полностью определяемым локальной атмосферой, и начинает её изменять.
Образуются исключительно плотные дымовые облака, которые переносят большое количество тепла, меняют направление ветра, вызывают электрические разряды и разносят угольки на многие километры, порождая новые очаги возгорания.
Не по сезону и в нетипичных регионах
Пожары шестого поколения происходят всё чаще и, по словам эксперта из Университета Коимбры, «это уже не разовое летнее явление». Достаточно вспомнить случай в районе Pedrógão Grande девять лет назад: сначала огонь вспыхнул в июне, ещё весной, а затем вернулся в октябре, уже осенью.
Кроме того, они охватывают всё более широкие территории, отмечает Виегаш. «Раньше в Португалии такие пожары происходили в основном на севере и в центре страны, а теперь иногда вспыхивают и на побережье, и в Алентежу — в регионах, где они раньше почти не случались».
Та же тенденция наблюдается и в остальной Европе, где огонь больше не ограничивается югом: в последние недели с пожарами борются страны Центральной и Северной Европы, такие как Германия, Швейцария и Норвегия.
Это «глобальное явление», которое требует комплексного подхода, в том числе в сфере профилактики. «Об этом должен знать даже турист», — подчёркивает Виегаш, вспоминая недавний пожар в Альмерии на юго‑востоке Испании, в результате которого погибли 14 человек, из них 12 — не граждане Испании. «Они просто не представляли себе такую опасность», — добавляет он.
Как бороться с такими пожарами?
Наземные силы и даже самые тяжёлые воздушные суда перестают быть эффективными для сдерживания фронта пожара шестого поколения. Поэтому, чтобы защитить население, имущество и инфраструктуру, специалист FCTUC рекомендует атаковать огонь с тыла или по его флангам.
Можно создавать «зоны разрыва», используя «естественные преграды — например реку или участок без растительности».
Другая стратегия — проложить противопожарную полосу, «вырубая растительность при помощи гусеничных машин» или расширяя её «с помощью встречного выжигания», операцию, которую «могут проводить только компетентные службы». Однако при сильном ветре, что в последнее время случается часто, это очень рискованно.
«Иногда искры перелетают через такую преграду, и, что называется, весь труд идёт насмарку», — подчёркивает он.
В подобных ситуациях, предупреждает Виегаш, нужен прагматичный подход, чтобы избежать трагедий. «В целом люди рассчитывают, что пожарные потушат любой пожар, где бы он ни вспыхнул, и не понимают, что существует часть фронта, которую подавить невозможно. Нельзя требовать, чтобы пожарные рисковали жизнью, тем более что это заведомо безнадёжная борьба».
Такие пожары особенно разрушительны в лесной среде из‑за обилия горючего материала — «растительности и древесного покрова». Когда фронт огня выходит к более городским районам, «он уже не обладает теми же характеристиками распространения, и там дома и здания могут быть безопасными местами для людей», — утверждает эксперт.
Поэтому эвакуация людей в жилую застройку — важное решение, которое необходимо учитывать.
«Есть такие дома и здания, которые даже при прямом воздействии пожара подобной мощности, скорее всего, выдержали бы нагрузку и стали убежищем», — заключает он.