Эта пара проехала на велосипедах 3 000 км вдоль Дуная. Вот как выглядит засуха, если смотреть с берега реки.
Путешествуя на велосипедах по Дунаю от истока до устья, Анна и Каллум были как раз в середине пути, когда река внезапно оказалась в центре внимания СМИ.
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
3 августа, по мере усугубления засухи, властям пришлось прибегнуть к контролируемому взрыву, чтобы перенаправить воду к единственной атомной электростанции Румынии, которая обеспечивает 20 % электроэнергии в стране и зависит от реки для охлаждения.
«Для меня это был момент, когда всё стало по‑настоящему: мы уже активно вмешиваемся в речную экосистему, лишь бы удовлетворить человеческие потребности в электроэнергии и мощности», — вспоминает Анна Вентш, уроженка Германии и сооснователь новозеландской благотворительной организации Conservation Amplified (источник на английском языке).
Хотя мера была беспрецедентной, этого всё равно оказалось недостаточно: 13 августа станция была вынуждена остановить работу своего последнего реактора после того, как ей не удалось обеспечить достаточное количество охлаждающей воды.
Вместе с партнёром Каллумом Армстронгом Анна недавно завершила 3000‑километровое путешествие через 10 стран, чтобы узнать, как сообщества и природа реагируют на засуху на самой протяжённой реке ЕС.
Засуха на Дунае бьёт не только по энергетике
Череда аномальных волн жары и серьёзная нехватка осадков этим летом обрушили уровень воды в Дунае до рекордных минимумов, что отразилось не только на энергетической безопасности, но и на продовольствии, питьевой воде, транспорте и дикой природе.
Румыния — не единственная страна, столкнувшаяся с вызванным засухой энергетическим кризисом. 15 августа власти Венгрии затопили в Дунае две баржи, чтобы поднять уровень воды и предотвратить остановку единственной в стране атомной электростанции.
Под удар попали и самые базовые человеческие потребности: из‑за пересохших почв фермеры лишились значительной части урожая. Венгерские виноградарей уже сообщают о снижении сбора винограда на 30 %.
Высохшая растительность стала причиной лесных пожаров: один из них Анна и Каллум увидели прямо по пути в Сербии.
«Было жарко, сухо и ветрено, — вспоминает Каллум. — Достаточно было просто посмотреть, насколько пересохла земля: достаточно одной искры, чтобы всё вспыхнуло».
Для местных жителей такие условия уже стали частью повседневной жизни. Постучав в дверь, чтобы предупредить ближайший город, Каллум и Анна столкнулись с тем, что радушные хозяева пригласили их в дом и сказали: «Для нас это нормально, все местные уже сообщили о пожаре, люди начнут реагировать только когда всё станет совсем плохо».
По данным Европейской информационной системы о лесных пожарах, с начала года в ЕС уже выгорело более 580 тысяч гектаров.
Задыхающиеся от жары птицы и севшие на мель суда: жизнь на охваченном засухой Дунае
В Дунайском ущелье в Германии Анна и Каллум столкнулись с ещё одним последствием обмеления реки: их забронированный паром не смог выйти в рейс.
«Нам пришлось садиться на одну из небольших деревянных лодок, потому что только они ещё могли ходить», — рассказывает Анна.
Пассажирские паромы садятся на мель, а грузовое судоходство фактически остановлено: перевозчики изменяют маршруты, чтобы обойти обмелевший участок реки, урожай зерна накапливается на терминалах — всё это лишь усиливает угрозу продовольственной безопасности.
Такая ситуация характерна не только для Дуная: Германия временно ослабила ограничения для грузоперевозок автотранспортом, чтобы снизить нагрузку на цепочки поставок, нарушенные из‑за рекордно низкого уровня воды на Рейне.
Но сильнее всего Анну поразило воздействие засухи на животных.
«Мы видели много диких животных, особенно птиц, которые днём тяжело дышали от жары. Мы сами едем на велосипедах в эту жару и нам непросто. Но видеть, как тяжело им, — ещё болезненнее», — говорит она по видеосвязи.
«Мы можем уйти из этой среды, спрятаться в тень, а, скажем, аист, который вьёт гнездо на открытой платформе, такой возможности не имеет».
Экстремальная погода бьёт по огромной экосистеме, которая и без того испытывает давление: созданная человеком инфраструктура — электростанции, плотины — фрагментировала местообитания, сократив биоразнообразие и разорвав связи между водно-болотными угодьями и поймами, которые когда‑то служили естественными буферами от засухи.
По словам Анны и Каллума, увиденное собственными глазами ясно показало: защищать людей и защищать природу — задачи неразделимые.
«Островки надежды» на охваченном засухой Дунае
И всё же, несмотря на множество поводов для тревоги, «везде есть эти маленькие островки надежды — проекты, которые уже реализуются, и мы видим их результаты», — говорит Анна.
Особое впечатление на Каллума произвёл восьмикилометровый рыбопропускной канал (источник на английском языке), который помогает восстановить биоразнообразие на участке между немецкими городами Нойбург и Ингольштадт. Он входит в природоохранный проект, который вновь соединяет поймы рек и возвращает экосистемные функции, утраченные из‑за строительства плотин.
Хотя это затрагивает лишь крошечную часть 2857‑километровой реки, страны также совместно работают над восстановлением природного коридора.
Анна приводит в пример вдохновляющий образец трансграничного сотрудничества — биосферный резерват «Мура–Драва–Дунай» площадью 930 тысяч гектаров.
Пять стран — Австрия, Хорватия, Венгрия, Сербия и Словения — вместе защищают обширный речной ландшафт: от проведения политики отказа от дамб, сохраняющей свободное течение рек, до восстановления природных лесов ради укрепления биоразнообразия.
Эта охраняемая территория обеспечивает пути миграции и места кормёжки для выдр, бобров и более чем 250 тысяч водоплавающих птиц. Она также является важным местом гнездования орланов-белохвостов: сейчас здесь обитает около 150 пар.
Для Анны и Каллума это не просто истории успеха в сфере охраны дикой природы. Они показывают, как восстановление естественных функций реки может укреплять системы, от которых зависят люди, — от водоснабжения и сельского хозяйства до энергетики и местной экономики.
Природа — это не только жертва, но и часть инфраструктуры
Среди множества уроков, которые Каллум и Анна увезут с собой домой, особенно выделяется один: о природе нужно думать до строительства инфраструктуры, а не пытаться вписать её в уже созданные под человеческие нужды системы.
«Задумайтесь о природе и о последствиях для себя, прежде чем возводить инфраструктуру, — говорит Анна. — Так намного проще найти здоровый баланс».
Этот баланс не подразумевает противопоставления человека и природы. Река даёт воду, энергию, пищу и транспорт, а здоровые водно-болотные угодья, поймы и леса помогают поддерживать экосистемы и водные ресурсы, от которых зависят местные сообщества.
«Природоохранная деятельность — это гораздо больше, чем просто защита диких животных, — говорит Каллум. — Это способ обезопасить наше будущее и нашу экономику, потому что существует масса неоценённых выгод, которые даёт стабильность экосистем».
Для Conservation Amplified, основанной ими новозеландской благотворительной организации, это путешествие стало также экспериментом в поиске новых способов вовлечь людей в обсуждение экологических проблем.
«Всегда смотрите, что делают другие — за рубежом или ваш сосед, — говорит Каллум. — Мы можем так многому научиться друг у друга».
И после 3000 километров пути вдоль Дуная — от его истока до Чёрного моря — у Анны остаётся одно главное послание для людей.
«Река — это линия жизни. Это пресная вода. Очень важно бережно относиться к таким местам и не воспринимать их как нечто само собой разумеющееся».