Два главных увлечения Радзимира Дębского, более известного как Jimek, - классическая музыка и хип-хоп. Польский композитор, дирижёр и продюсер, отмеченный Бейонсе, Snoop Dogg и Никки Минаж, рассказал Euronews о новом альбоме с 12 польскими рэперами и симфоническим оркестром.
В творческой биографии Радзимира Дэмбского постоянно всплывает число двенадцать. 12 июня 2026 года вышел его альбом «Études for Piano, Sampler, Orchestra and Friends», к работе над которым он привлёк двенадцать рэперов, а 12 сентября того же года он выйдет с ними на одну сцену на концерте в варшавском районе Бемово (источник на английском языке).
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
И это ещё не всё. Ещё в 2012 году он выиграл конкурс ремиксов на сингл Бейонсе «End of Time», обойдя более трёх тысяч участников из 25 стран. В тот момент он случайно оказался в Берлине, когда ему позвонила сама Бейонсе и сказала: «Хочу тебя поздравить, потому что ты победитель». Именно Куин Би открыла ему двери к серии зарубежных выступлений, которая с тех пор только расширяется. Среди прочего он выступал вместе со Snoop Dogg на церемонии BET Awards 2025 в Лос-Анджелесе, а в декабре того же года — на шоу «Snoop's Holiday Halftime Party» в Миннеаполисе.
Альбом «2015», созданный совместно с Милошем «MIUOSH» Борыцким (запись концерта, прошедшего в штаб-квартире Национального симфонического оркестра Польского радио в Катовице), привлёк внимание легендарного лейбла Deutsche Grammophon. Кадры с концерта с восхищением распространяли такие звёзды, как Эштон Кутчер, Mobb Deep и Nicki Minaj. При этом его художественная деятельность не ограничивается Польшей и США. Он выступал, среди прочих стран, в Японии, Германии и Кении.
Джимек снова выбирает Польшу
Несмотря на такие международные возможности, усиленные универсальным языком классики и симфонической музыки, Джимек вновь делает ставку на Польшу: именно здесь он готовит свой следующий масштабный музыкальный проект, который завершит его хип-хоп-классическую трилогию. В интервью Euronews он объясняет, почему:
«Прежде всего, быть дома, то есть вернуться туда, откуда ты родом, для меня стало настоящей потребностью и одновременно способом искать собственное равновесие. Если моя идентичность искажается, для меня это опасно. Но вместе с тем это огромное удовольствие и облегчение. Быть собой в Варшаве летом… В мире не так много мест, которые я люблю больше. И речь не только о Варшаве, а вообще о Польше», — говорит он, добавляя, что это «приземлённые» причины.
Есть и художественные причины. Альбом «Études (…)» (оригинальное название — «Etiudy na pianino, orkiestrę, sampler i kolegów») стал результатом пути, который после множества виражей замкнулся в круг.
«Сначала была история американского хип-хопа, и из-за того, как он распространялся, я сразу понял: придётся рассказать и историю польского хип-хопа. С самого начала я мечтал, чтобы все артисты, которых я мог бы пригласить, оказались вместе на одной сцене. С точки зрения логистики это было почти невозможно».
Три акта одной истории
Первый концерт в Бемово (2022 год) стал проверкой того, возможно ли вообще собрать столько рэперов в одном месте. Второй — с Национальным симфоническим оркестром Польского радио на Силезском стадионе в 2023-м — был более рискованным, но тоже удался. Третий акт — это концерт с людьми, которых он встретил во время работы над предыдущими проектами и с которыми Джимек написал песни с нуля.
«Этот концерт будет другим уже потому, что, пользуясь всеми этими возможностями, мы записали ещё и новый альбом — из него родились новые треки, которые, возможно, дадут всей этой истории лучший финал», — объясняет Джимек Euronews.
Как и в двух предыдущих версиях проекта, звучат и классические треки, и новый материал.
Альбом с друзьями после 20 лет в подвале
Классическая музыка явно служит связующим элементом всего альбома «Études for Piano, Sampler, Orchestra and Friends», а его основу составляет заявленное в названии фортепиано — при этом заметно, что Джимек как хозяин проекта подходит к каждому из двенадцати артистов индивидуально, стараясь понять, что именно им нужно. В случае с Étude № 3 Bedoes 2115, например, в композиции появляется гитара.
«Когда двадцать лет сидишь один в подвале с компьютером, в какой-то момент тебе хочется встретить другого человека и посмотреть, какие творческие решения принимаются уже в чьей-то компании», — говорит Джимек Euronews. «Поэтому я искал именно такое — ситуацию с другим человеком, которая с самого начала меняет ход наших решений, чтобы понять, куда это приведёт эти треки».
Польский хип-хоп и сила языка
Джимек не скрывает, что у него две музыкальные любви — классика и хип-хоп. Особенно польский, который, по его мнению, входит в число лучших в Европе.
«Это абсолютно предвзято, и я даже не буду за это извиняться. Польский хип-хоп — один из лучших в Европе. Он очень силён музыкально. Это идёт и от сэмплов — от того, что он вырос на старых польских пластинках, польском джазе, польской киномузыке, польской эстраде и развлекательной музыке, иногда даже на электронной музыке», — перечисляет он.
«Может, это совпадение, а может, дело в том, что наши родители слушали хорошую музыку. При коммунизме джаз был языком свободы. Этот польский хип-хоп никогда не пытался быть американским, никогда не пытался казаться другим. Он с самого начала был польским — таким же подлинным и честным, как человек, который настолько искренен, что даже не осознаёт этого. И это начинаешь ценить задним числом — эту интроверсию, те проблемы, которые в нём поднимались, эти тексты», — добавляет он в беседе с Euronews.
«Я часто перевожу польские тексты — из польских треков — для друзей из других стран. И они искренне удивляются, насколько круто это звучит, сколько в этом содержания, в том числе философского, каких тяжёлых тем там поднимается, и тому, что это совсем другое. Это тоже сила языка, в котором семь падежей».
Этюды против ИИ
Фортепианные этюды в названии — не случайность.
«Фортепиано было тем, чего мне очень не хватало, пока я так много путешествовал. Мне удалось на какое-то время обзавестись инструментом. Это было как возвращение к занятиям — и одновременно к воспоминаниям о том, как я шёл в школу и слушал хип-хоп. Эти две вещи совсем не сочетались, поэтому почти каждый трек вырос из такой маленькой миниатюры, которую я обязательно запишу нотами — думаю, мы даже выпустим небольшой сборник этих этюдов. На случай, если кто-то захочет поиграть на фортепиано что-то эмоционально другое — хип-хоп для фортепиано».
Пластинка нарочито не отполирована и не приглажена. На ней слышно много обмена репликами между артистами — комментарии, обсуждения, свист, живое взаимодействие.
«Сегодняшние времена действительно очень отшлифованы. Абсолютно. А это — протест против этого. В этом смысле это своего рода реакция, бунт. Может быть, ещё несколько лет назад я не решился бы зайти так далеко».
Джимек поясняет, что эта «сырость» — ещё и отсылка к традиционным хип-хоп-скитам.
«Скиты раньше были теми маленькими интерлюдиями между треками, которые до эпохи стриминга и подсчёта прослушиваний создавали атмосферу всего альбома. Ты слушал всю пластинку, и все эти вставки часто представляли собой разговоры в магазине, разговоры в машине, разговоры в студии — весь закулисный мир. Для меня с художественной точки зрения этот закулисный мир фортепиано, процесс в студии — и есть такой скит, который зачастую разворачивается прямо внутри самого трека».
Мужская роль, «быть парнем», чувствительность
На альбоме нет женщин-рэперов. Все двенадцать приглашённых артистов — мужчины. Джимек объясняет Euronews:
«Так само получилось. В какой-то момент я заметил это и решил ничего не менять — наоборот, сделать из этого достоинство. Мы много говорим и о том, как меняется рэп. Это проскакивает и в текстах. Раньше это, может быть, было чем-то вроде мужского спорта, но сегодня мужественность, само „быть парнем“ — тема, которую стоит исследовать. Что это вообще значит? У нас разные подходы к этому. Эта чувствительность… как её показать? Для парня это дилемма. Возможно, в моём поколении идёт этот внутренний диалог: каким мужчиной я должен быть, кем я должен стать, чего требует мир? Ещё недавно преобладало настроение, будто традиционная мужественность — это что-то устаревшее. А сейчас мы в точке, когда, возможно, снова понимаем, что она нужна».
Интервью записано в варшавском отеле Polonia Palace.