Акцент на архитектуре безопасности задел европейцев за живое: они подозревают, что Россия использует его, чтобы отвлечь внимание от Украины и получить больший вес в процессе принятия решений на континенте.
Сегодня, чтобы встревожить европейцев, достаточно двух слов: архитектура безопасности.
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
Этот вопрос оказался в центре переговоров, направленных на прекращение войны России против Украины, после того как президент США Дональд Трамп намекнул на «очень большое, прекрасное соглашение», которое «может затронуть всю Европу».
Этому комментарию последовала развернутая публикация в соцсетях его специального посланника Джареда Кушнера, в которой он изложил несколько принципов создания «более стабильной и предсказуемой среды безопасности» на континенте.
В своем послании Кушнер примечательным образом обошел стороной факт, что Москва начала полномасштабное вторжение против суверенной, международно признанной страны, и вместо этого возложил ответственность на «десятилетия недоверия» и «конкурирующие озабоченности в сфере безопасности» между Европой и Россией.
«На протяжении более 30 лет Европа и Россия боролись за то, чтобы создать устойчивую архитектуру безопасности», написал он.
Формулировки встревожили европейцев, которые быстро указали, что договоры нарушает Россия, а не Европа.
«У нас уже есть европейская архитектура безопасности», заявила в понедельник на встрече G7 в Париже глава европейской дипломатии Кая Каллас.
«Единственный, кто нарушает эту архитектуру безопасности, это Россия. Поэтому мы должны добиться, чтобы на этих переговорах были четкие уступки со стороны России, иначе мы просто увидим еще больше подобных атак».
Считается, что война России против Украины нарушила, среди прочего, Хельсинкские соглашения 1975 года и Парижскую хартию 1990 года, которые лежат в основе Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ), Будапештский меморандум 1994 года, запрещающий России применять силу против Украины, кроме как в целях самообороны, а также Основополагающий акт Россия-НАТО 1997 года, гарантирующий территориальную целостность «всех государств».
Россию также обвиняют в совершении военных преступлений, включая преступление агрессии, в вопиющем пренебрежении международным правом.
«Европе не нужна новая архитектура безопасности, как Россия пытается нас убедить, ей нужно простое восстановление существующей архитектуры безопасности», заявил министр иностранных дел Германии Йоханн Вадефуль, поддержав позицию Каллас.
Выступая в Румынии, председатель Европейской комиссии Урсула фон дер Ляйен предупредила, что «какие-либо содержательные обсуждения архитектуры безопасности Европы могут начаться только после достижения прекращения огня в Украине».
По ее словам, это должно происходить только при участии Европы за столом переговоров.
«Соглашение о будущем Украины и Европы, заключенное над нашими головами, было бы не просто неразумным. На самом деле это невозможно», заявил министр иностранных дел Польши Радослав Сикорский.
«Работает на Путина»
Коллективная реакция последовала на фоне попыток европейцев восстановить дипломатические усилия после тревожных событий октября, когда Трамп заключил сделку о поставках дизельного топлива с президентом России Владимиром Путиным, смягчил давние санкции против Москвы и обрушился с резкими заявлениям в отношении президента Украины Владимира Зеленского.
Такая стремительная последовательность шагов потрясла Европу и возродила опасения, что Трамп и Путин могут втайне договориться об обеспечении капитуляции Украины. Обещание Трампа о «большом, прекрасном соглашении», охватывающем всю Европу, лишь подпитало эти подозрения.
Путин никогда не скрывал своей глубокой неприязни к НАТО, альянсу, созданному после Второй мировой войны для сдерживания противников за счет коллективной обороны.
За несколько недель до полномасштабного вторжения в Украину Россия выдвинула НАТО ультиматум с требованием прекратить расширение на восток и вывести войска из стран, вступивших после 1997 года. Эти требования были категорически отвергнуты. Через несколько месяцев после начала войны две исторически нейтральные страны, Финляндия и Швеция, подали заявки на вступление в НАТО.
Несмотря на это Путин не отказался от плана «разрушить» НАТО и вести дела с европейскими странами по отдельности, говорит старший научный сотрудник центра Carnegie Europe Джуди Демпси, по мнению которой такая риторика напрямую играет на руку России.
«Это попытка Кремля и президента Трампа фактически обойти НАТО и перерисовать архитектуру безопасности Европы. Это также попытка разорвать связь в рамках трансатлантического альянса, основой которого является НАТО», сказала Демпси.
«Трамп работает по указке Путина», добавила она. «Европейцы должны сказать этому нет. У нас одна архитектура, она называется НАТО. Нет никаких причин ее менять. Единственная причина, по которой она сейчас под угрозой, заключается в том, что Россия ведет против Украины полномасштабную войну».
Европейские чиновники, вовлеченные в мирный процесс, отмечают повышенный интерес России к архитектуре безопасности, который они рассматривают как попытку отвлечь внимание от ключевых вопросов на столе переговоров, прекращения боевых действий и гарантий безопасности для Украины.
Москва неоднократно отказывалась устанавливать даже временное и ограниченное прекращение огня и выступала против размещения западных войск на территории Украины после войны. Тем временем она наращивает авиаудары, чтобы оставить украинцев без тепла накануне зимы.
В противоположность этому Москва охотно рассуждает о более широкой картине, почти так, словно Украина это лишь сноска в этой истории. Путин регулярно ссылается на «коренные причины конфликта», кодовое обозначение расширения НАТО на восток, а его министр иностранных дел Сергей Лавров подчеркивает необходимость создания «новой архитектуры безопасности» на евразийском континенте.
По мнению европейцев, такая риторика отражает претензии великой державы на расширение сферы влияния России и получение полномочий в принятии решений, в частности права вето на будущие членства в НАТО, на которое она просто не имеет права.
«Россия заинтересована в обсуждении архитектуры безопасности Европы, потому что хочет получить больше рычагов влияния на европейские решения по Украине», сказала старший научный сотрудник Королевского объединенного института оборонных исследований (RUSI) Натия Сескурия.
«Расширяя повестку переговоров, Москва стремится сделать будущее Украины второстепенным вопросом в рамках более крупной сделки об отношениях России с Европой».
Добавление темы архитектуры безопасности к уже и без того длинному списку вопросов на мирных переговорах чревато затягиванием процесса, усложнением окончательного урегулирования и расколом между союзниками по НАТО, что во всех отношениях сыграет на руку России.
«Россия может также использовать это обсуждение, чтобы углубить разногласия между США и их европейскими союзниками по вопросам сдерживания, будущих механизмов безопасности Европы и объема гарантий для Украины», сказала Сескурия.
«Используя расхождения по поводу того, на какие уступки можно пойти, Москва может ослабить ту сплоченность, которая нужна как для заключения эффективного соглашения, так и для его поддержания».
Как раз в момент, когда тревога достигла пика накануне нового раунда мирных переговоров в Абу-Даби, США и европейские страны опубликовали заявление, в котором говорится, что «сильная НАТО останется центральным элементом евроатлантической коллективной обороны».