При рекордном в этом году конкурсе на бюджетное место в медвузах России наблюдается недобор студентов, в основном в ординатуру. Главная причина, считают специалисты, в новых правилах целевого распределения после окончания учебы, многим напомнивших практику времён СССР.
В этом году при рекордном конкурсе медицинские вузы в России столкнулись с недобором студентов.
При этом интерес к профессии врача никуда не пропал. На бюджетные места в подведомственные Минздраву вузы в 2026 году поступило более 591 тыс. заявлений — на 26% больше, чем годом ранее. Конкурс в среднем достиг 19 человек на бюджетное место.
Однако после основной волны зачисления в ряде медицинских вузов остались вакантные места. Но если при наборе на специалитет незаполненными оказались десятки мест (в основном, это связано с недобором студентов-льготников), то особо остро вопрос стоит в ординатуре - там недобор исчисляется сотнями по всей стране.
По данным издания "Мел", крупнейшие медицинские вузы по всей стране не досчитались около 1,5 тысяч студентов-ординаторов. К примеру, в таких востребованных московских Пироговском и Сеченовском университетах недобор составил 289 и 211 мест соответственно. При этом ситуация коснулась и популярных направлений (анестезиология-реаниматология, хирургия, онкология).
Такую ситуацию уже называют одним из неожиданных последствий изменений в медицинском образовании, вступивших в силу в 2026 году. В частности, выпускников и молодых специалистов ждут новые требования, связанные с последующей работой в системе здравоохранения.
Целевое распределение, как в СССР
Эксперты называют главную причину столь заметного недобора в новом правилах зачисления в медицинские вузы.
С 1 марта 2026 года весь бюджетный прием в ординатуру стал целевым.
Государство пытается решить кадровый дефицит не просто увеличением количества студентов, а подготовкой специалистов под конкретные потребности регионов. Но чем точнее распределены места, тем выше становится риск ситуации, когда потребность региона существует, а желающих учиться на конкретной специальности именно с этим "прицелом" недостаточно.
С 2026 года целевая квота впервые полностью детализирована по заказчикам, направлениям подготовки, университетам и регионам будущего трудоустройства. Всего на целевой прием в высшем образовании было выделено более 83 тыс. мест, причем значительная их часть пришлась на медицину.
Главная особенность: студенты теперь должны заранее заключать договоры с будущими работодателями и обязаны отработать в течение 1,5-3 лет после выпуска в учреждениях, включенных в систему ОМС (обязательное медицинское страхование). Если выпускник нарушит условия договора, он должен компенсировать затраты на свое обучение, выплатить штраф в двукратном размере и вернуть деньги, полученные в виде стипендии за время обучения.
При этом, если студент не успел найти работодателя, готового оплатить его обучение, он может подать заявление о переводе на платное, в противном случае его могут отчислить.
Основная причина — нежелание молодых специалистов отрабатывать в сельских больницах или малых городах, где уровень зарплат, условий труда и порой уровень жизни может быть значительно ниже, чем в Москве или других крупных центрах.
Такая практика существовала в СССР (а впервые была опробована аж при Борисе Годунове и совсем уже системно при Петре Великом). Государство заранее определяло, сколько специалистов и где именно будет работать после окончания вуза.
Главное отличие от современного целевого обучения: в СССР распределение было частью централизованной системы планирования кадров.
Предприятие, министерство или регион могли заранее сообщить вузу об определенном количестве нужны специалистов. Вуз готовил их под конкретную потребность и направлял после учебы туда, где они были нужны. В ряде случаев выпускникам предоставлялся выбор мест трудоустройства. Срок отработки также как и сейчас составлял до 3 лет.
Многие сейчас вспоминают и о "черных" сторонах распределения: отличников, но также детей партийных функционеров и прочих "нужных людей" отправляли в привлекательные места, рядовые же студенты и уж тем более "неугодные" отправлялись в дальние уголки Российской или Советской империи. Возможность для чиновников решать таким образом судьбу будущих специалистов также открывало и возможности для коррупции.