«Модель, заваливающая рынок тысячами новых ежедневных моделей по ценам в единицы долларов, может существовать лишь, перекладывая реальные издержки на труд и окружающую среду».
Империя ультрабыстрой моды Shein пережила резкое падение после обвала её стоимости на бирже вслед за IPO.
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
Эта интернет‑платформа, штаб‑квартира которой находится в Сингапуре, а значительная часть производства размещена в Китае, так и не смогла выйти на биржу в Лондоне и Нью‑Йорке из‑за опасений по поводу её цепочек поставок и жёсткой критики воздействия на окружающую среду.
В итоге Shein переключилась на Гонконгскую фондовую биржу, где 1 сентября её оценили примерно в 27 млрд долларов (около 23,24 млрд евро). На первый взгляд это внушительная сумма, однако она на 70 процентов ниже пиковой оценки компании на частном рынке — почти 100 млрд долларов (86 млрд евро) в 2022 году.
Почему IPO Shein обернулось провалом?
«Рынки капитала действуют вовсе не из чистого альтруизма: они реагируют на существенные финансовые риски», — говорит Euronews Earth эксперт по устойчивому развитию и основательница технологической компании E&S Solutions Ильдико Алмаси Симшич (источник на английском языке).
«Задержка с выходом Shein на биржу и серьёзная уценка компании доказывают, что инвесторы теперь воспринимают вопросы ESG как прямую угрозу конечной стоимости бизнеса».
Симшич утверждает, что бизнес‑модель, вокруг которой возникло множество скандалов — от принудительного труда до опасных химикатов в одежде, — несёт в себе «огромный риск‑профиль».
По её словам, экологическая повестка и права человека уже перешли из разряда «этики» в разряд «акционерной стоимости», что знаменует водораздел для индустрии fast fashion.
Но что делает Shein столь спорной компанией и могут ли её сверхдешёвая одежда и ультрамодные модели когда‑нибудь стать устойчивыми?
Спорные цепочки поставок Shein
«Годами ультрабыстрая мода росла, опираясь на гиперфрагментированные, аутсорсинговые цепочки поставок, которые позволяли держать цены абсурдно низкими и одновременно отодвигали от компании ответственность», — говорит Симшич Euronews Earth.
«Но эта модель создала огромную структурную уязвимость. Когда ваш бизнес зависит от тысяч субподрядчиков, работающих в полутеневых регуляторных зонах, контроль над цепочкой поставок становится не просто операционной головной болью — он превращается в ключевой бизнес‑риск».
Цепочка поставок Shein с момента появления компании окутана скандалами. В 2022 году расследование экологической НГО Greenpeace Germany (источник на английском языке) обнаружило в семи из 47 протестированных товаров Shein содержание опасных химикатов выше установленных в ЕС нормативов.
Тогда Shein признала факт химического загрязнения и пообещала «существенно улучшить» систему управления химическими веществами.
Однако расследование 2025 года показало, что мало что изменилось. Greenpeace приобрела 56 предметов одежды Shein в восьми странах и проанализировала их на наличие опасных веществ. Оказалось, что в 18 из 56 изделий (32 процента), включая детскую одежду, содержание таких веществ превышает лимиты ЕС.
Среди прочего были выявлены пластификаторы фталаты и так называемые «вечные химикаты» (PFAS), придающие тканям водо‑ и грязеотталкивающие свойства. Эти опасные вещества связывают с целым рядом проблем со здоровьем, включая рак, нарушения репродуктивной функции, задержки роста у детей и нарушения работы иммунной системы.
«Риску подвергаются и потребители: они могут контактировать с этими химикатами разными путями — напрямую через кожу, вдыхая текстильные волокна в воздухе, а в случае маленьких детей — через попадание в рот загрязнённой одежды».
В 2023 году Shein признала, что за первые девять месяцев года обнаружила в своей цепочке поставок два случая использования детского труда.
Компания ввела новые правила, согласно которым любые нарушения, связанные с детским или принудительным трудом, стали основанием для немедленного расторжения контрактов.
«Оба случая были оперативно урегулированы: предприняты шаги по устранению нарушений, включая расторжение трудовых договоров с несовершеннолетними, выплату всех задолжавших зарплат, организацию медицинских осмотров и, при необходимости, содействие в возвращении детей к родителям/законным опекунам», — заявляла тогда Shein.
«После проведения необходимых мер по возмещению ущерба контрактным производителям было разрешено возобновить сотрудничество».
Несмотря на ужесточение политики Shein в отношении трудовых нарушений, опасения по поводу плохих условий труда по‑прежнему остаются. Расследование BBC (источник на английском языке), проведённое в 2025 году, показало, что работники проводят за швейными машинами около 75 часов в неделю, что противоречит трудовому законодательству Китая.
Многие собеседники издания рассказали, что у них лишь один выходной в месяц и им приходится работать по 12‑часовым сменам без перерывов на обед и ужин, часто до позднего вечера — после 22:00.
Отчёт швейцарской правозащитной организации Public Eye за 2024 год также показал, что для многих работников чрезмерные переработки всё ещё являются обычным явлением — несмотря на обещания Shein улучшить условия труда после предыдущих расследований.
Может ли Shein когда‑нибудь стать устойчивой?
По мере подготовки Shein к выходу на биржу критика её модели fast fashion усиливалась.
В предварительном проспекте эмиссии компания использовала слоган «Мы верим, что можно зарабатывать, делая добро». Однако, по данным Public Eye (источник на английском языке), в окончательной версии документа эта фраза исчезла.
Shein утверждает, что «приверженность устойчивому и ответственному росту вплетена в саму ткань» её бизнес‑модели. Тем не менее, по ожидаемому плану распределения средств от IPO лишь 10 процентов направляется на устойчивое развитие и корпоративную ответственность.
Расследование глобальной некоммерческой организации Rest of World (источник на английском языке) показало, что с июля по декабрь 2021 года Shein ежедневно добавляла в своё приложение от 2 000 до 10 000 новых SKU (товарных позиций, или отдельных моделей).
Это становится возможным благодаря тому, что Shein заказывает небольшие партии каждой модели — иногда всего по несколько десятков вещей — и смотрит, как на них реагируют потребители. Если какой‑то товар продаётся хорошо, Shein размещает дополнительные заказы.
«Модель, которая ежедневно наводняет рынок тысячами новых моделей по цене в несколько евро, может существовать только за счёт перекладывания своих реальных издержек на труд и окружающую среду», — считает Симшич.
«Дешёвые цены — это иллюзия, создаваемая системной передачей производства на аутсорсинг. Когда одежда шьётся по цене в доли цента за стежок, это почти гарантированно означает невыплату справедливой заработной платы, чрезмерные переработки и использование дешёвых синтетических тканей на основе ископаемого топлива».
Эксперт признаёт, что хотя повышение эффективности и прогнозирование спроса с помощью технологий действительно могут сокращать излишки товаров на складах, они не в силах обойти «физические пределы ресурсов планеты и базовые права человека».
«Ультранизкая стоимость и устойчивость — по сути несовместимые понятия, — добавляет она. — Одно неизбежно подрывает другое».
Выживет ли fast fashion под натиском проверок?
К Shein сегодня присматриваются уже не только экоактивисты и отдельные потребители. На этой неделе Франция приняла закон, нацеленный на компании, продающие большие объёмы дешёвой одежды по сверхнизким ценам.
«Вредные последствия ультрабыстрой моды для нашей среды и экономики хорошо известны и задокументированы», — заявил министр экологического перехода Матьё Лефевр.
Согласно законопроекту, такие компании, как Shein, оцениваются по двум критериям: объёму одежды, выводимой на рынок, и стоимости ремонта вещей по отношению к их цене при покупке.
Размер сбора с каждой единицы товара будет варьироваться по шкале в зависимости от того, как продукт оценивается по этим двум показателям. В этом году, к примеру, компании заплатят сбор в 50 центов за каждую единицу нижнего белья из категории ультрабыстрой моды; для футболок он вырастет до 2 евро, для джинсов — до 9 евро, а для курток — до 12 евро.
К 2030 году сбор может достигнуть 19,50 евро за предмет, при этом его верхний предел установлен на уровне 50 процентов от цены товара без учёта налогов.
Пекин резко отреагировал, призвав Францию отказаться от закона и назвав его «явно дискриминационным», поскольку Shein и такие платформы, как Temu, базируются в Азии.
«Если Франция будет и дальше двигаться в этом направлении, Китай предпримет необходимые меры для защиты законных прав и интересов китайских предприятий, — заявила представитель министерства торговли Хуан Лин. — Франция понесёт полную ответственность за все последствия этих шагов».
Симшич считает, что крупные игроки fast fashion, вероятно, переживут появление таких законов, но едва ли смогут повторить прежние темпы роста.
«Раньше проблемы с нарушениями трудовых прав или обнаружением токсичных химикатов решались с помощью пиар‑кампаний или на уровне советов директоров, занимавшихся устойчивым развитием. Сегодня, с принятием таких документов, как директива ЕС Corporate Sustainability Due Diligence и нормы о расширенной ответственности производителя (Extended Producer Responsibility), это уже вопросы жёсткого юридического соблюдения, за нарушение которых могут налагаться штрафы до пяти процентов от глобального оборота», — объясняет она.
Симшич добавляет, что если несоблюдение норм напрямую угрожает финансовым результатам компании через серьёзные регуляторные штрафы и запреты на импорт, рост неизбежно замедлится. Это значит, что такие платформы, как Shein, будут вынуждены учитывать эти издержки, инвестируя значительные средства в отслеживаемость цепочек поставок и более безопасные материалы.
Euronews Earth направил запрос в Shein с просьбой прокомментировать ситуацию.