Власти Эстонии не допустят потери ни пяди территории в случае российского нападения. Новая стратегия обороны предусматривает отражение противника прямо на границе.
Эстония перестраивает свою систему обороны и готовится к возможному вооружённому конфликту НАТО с Россией.
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
Вместо того чтобы исходить из прежнего сценария постепенного отхода войск и ожидания подхода союзных подкреплений, Таллин намерен остановить гипотетического противника непосредственно на линии государственной границы. Одновременно страна наращивает возможности для нанесения высокоточных ударов по целям глубоко в тылу противника. Подробности новой стратегии описывает газета Financial Times.
Эстонские военные и разведывательные ведомства в беседе с британским изданием подчёркивают, что не ожидают полномасштабной войны России с НАТО в ближайшие два года, однако считают, что Москва активно готовится к возможности такого конфликта в будущем. Эстонская сторона допускает, что Кремль может попытаться проверить, как страны альянса отреагируют на ограниченную локальную операцию против одного из членов НАТО.
Особую тревогу вызывает сценарий захвата небольшого участка эстонской территории. По оценке эстонских военных, таким образом Россия могла бы создать ситуацию, в которой странам НАТО пришлось бы решать, готовы ли они применять полноценную военную силу для возвращения утраченных приграничных земель.
Новая оборонная концепция «активной обороны»
В мае эстонское правительство официально включило в свою Концепцию национальной безопасности понятие «активная оборона». Логика реформы проста: войска должны быть развёрнуты так, чтобы с первых минут конфликта напрямую противостоять передовым подразделениям противника.
Одним из ключевых элементов реструктуризации стало перемещение 1‑й пехотной бригады из Тапа в Йыхви. Новая база расположена всего в 50 километрах от границы с Россией. Дополнительные военные объекты оперативно строятся в Нарве. Этот приграничный город имеет стратегическое значение в оборонных расчётах из‑за того, что часть его жителей говорит по‑русски.
Новый военный объект в Нарве сможет разместить до тысячи военнослужащих: около 200 будут находиться там на постоянной основе, а в случае кризиса база сможет принять ещё до 800 человек личного состава.
«Мы должны начинать оборону прямо с границы и побеждать уже в первых боевых столкновениях», — заявил в интервью Financial Times командир 1‑й пехотной бригады полковник Тармо Кундла.
Нарва как потенциальная точка напряжённости
Именно Нарва фигурирует в аналитических докладах эстонской разведки как один из наиболее уязвимых пунктов. По мнению экспертов, сценарий гипотетической атаки может включать действия неидентифицированных вооружённых формирований («зелёных человечков»).
Другим потенциальным предлогом со стороны РФ может стать российское законодательство о защите соотечественников за рубежом, предоставляющее юридические основания для применения вооружённых сил за пределами страны под предлогом защиты русскоязычного населения. Согласно сценариям, которые рассматривают эстонские спецслужбы, ограниченные действия в Нарве Россия могла бы использовать для проверки надёжности коллективных гарантий НАТО. Эстонские военные признают, что оперативный ответ на подобную атаку стал бы для альянса серьёзным испытанием на прочность.
Украинский опыт изменил военные расчёты Таллина
Нынешняя оборонная доктрина во многом стала результатом опыта, полученного во время войны в Украине. Ранее Эстония делала ставку на манёвренную оборону, планируя задействовать лесисто-болотистую местность для изматывания сил противника и нанесения ему потерь до подхода крупных соединений НАТО.
Однако фиксация действий российской армии в Украине заставила эстонское командование полностью пересмотреть эти подходы. Аналитики пришли к выводу, что российские войска готовы нести очень большие потери ради достижения целей, а также способны прочно удерживать захваченные рубежи, даже если боевые действия ведут к почти полному разрушению местной инфраструктуры. Для Эстонии, обладающей малой территорией, это означает критическую необходимость не допустить потери земель уже на начальном этапе конфликта.
Высокоточное оружие с радиусом действия до Санкт‑Петербурга
Смена подходов отражается и на масштабах финансирования. Согласно утвержденному проекту государственного бюджета на 2027 год и долгосрочной оборонной стратегии, расходы Эстонии на оборону в 2027 году и последующий период будут стабильно превышать 5% ВВП, а в целом на национальную безопасность будет выделено рекордные 2,2 миллиарда евро.
Масштабная программа перевооружения включает интеграцию девяти американских реактивных систем залпового огня HIMARS (включая баллистические ракеты M57) и девяти южнокорейских пусковых установок Chunmoo. Их дальнобойные боеприпасы способны поражать военные цели на расстоянии около 300 километров. Поскольку Санкт‑Петербург расположен примерно в 260 километрах от Эстонии, Силы обороны республики получают техническую возможность наносить удары по стратегическим объектам глубоко в тылу противника.
При этом кадровая армия Эстонии остаётся сравнительно небольшой — около 4200 военнослужащих на постоянной службе. Главный оборонный потенциал страны заключается в резервистах: подготовленный мобилизационный резерв насчитывает около 230 тысяч граждан, из которых почти 40 тысяч входят в систему высокой оперативной готовности. Кроме того, Великобритания подтвердила намерения планово усилить свой постоянный контингент в республике с 800 до 1200 человек.
В Таллине признают, что долгосрочные риски безопасности во многом будут зависеть от исхода боевых действий в Украине. Пока российские войска связаны на украинском фронте, их возможности начать ещё один крупный конфликт ограничены. Однако завершение конфликта может привести к возвращению в приграничные округа десятков тысяч российских военнослужащих с колоссальным боевым опытом.
«Мы боялись эскалации войны в Украине, а теперь боимся её окончания», — признался в беседе с FT один из высокопоставленных представителей эстонской разведки. Поэтому Таллин стремится максимально эффективно использовать текущую передышку, чтобы укрепить армию, изменить дислокацию войск и создать возможности для ведения боевых действий как у самой границы, так и далеко за её пределами.