Cнятие иммунитета с бывших министров правительства Орбана связано с подозрениями в масштабной многолетней коррупции. По словам Мадьяра, все равны перед законом; его дело связано с телефоном, брошенным в Дунай во время ссоры с мужчиной, которой снимал видео без разрешения.
Парламент Венгрии большинством голосов лишил иммунитета премьер-министра и председателя правящей партии "Тиса" Петера Мадьяра, а также двух депутатов от партий "Фидес" и ХДНП: Балаша Ханко и Милоша Шестака, возглавлявших министерства культуры и национального развития в правительстве экс-премьера Виктора Орбана. Инициатором выступила Генеральная прокуратура страны, которая обратилась в Национальное собрание.
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
Правящая партия "Тиса" обладает конституционным большинством в парламенте. Мадьяр сам попросил депутатов своей партии проголосовать за снятие с него неприкосновенности. "За" проголосовали также депутаты фракции "Наша Родина".
На голосование в знак протеста не пришли депутаты "Фидес", которая теперь находится в оппозиции, и депутаты ХНДП. В партии "Фидес", которая 16 последних лет находилась у власти, заявили, что считают происходящее показным процессом и "дном демократии".
Глава правительства Венгрии заявил, что "после десятилетий лжи миллионы венгров смогли впервые ощутить на себе, что на самом деле означают подлинные системные политические перемены и равенство перед законом".
"Венгрия, наконец, перестала быть страной, где за свои поступки не приходится отвечать", - заявил Петер Мадьяр.
Дело Петера Мадьяра связано с инцидентом в одном из будапештских развлекательных заведений в июне 2024 года. По данным прокуратуры, он отобрал телефон у мужчины, который его снимал на видео, а затем бросил устройство в Дунай; позже телефон был возвращён владельцу. Ранее по подозрению в краже прокуратура просила Европарламент лишить Мадьяра иммунитета, но ЕП отказал. После того как Мадьяр стал депутатом венгерского парламента. Мадьяр извинился за свое поведение, по его словам, на телефон его снимал провокатор от партии "Фидес".
Между тем снятие иммунитета с бывших министров правительства Орбана связано с подозрениями в масштабной многолетней коррупции. Оба отрицают какие-либо правонарушения и заявляют, что стали жертвами преследования по политическим мотивам.
В деле бывшего министра культуры Балаша Ханко изучаются субсидии Национального культурного фонда. По версии прокуратуры, решения о поддержке принимались в обход официальной конкурсной процедуры, а часть средств направлялась на расходы избирательной кампании 2026 года и личные нужды. Следствие утверждает, что по 1079 грантам причинён имущественный ущерб на 17,3 млрд форинтов; прокуратура ходатайствовала о снятии парламентского иммунитета Ханко по подозрению в растрате.
Бывший министр развития Миклош Шестка, по данным прокуратуры, связан с получением взятки должностным лицом. Следствие подозревает, что в 2015–2018 годах, в связи с компаниями, заключавшими контракты с Volánbusz, он совместно с тогдашним руководителем государственного холдинга получил неправомерное преимущество свыше 11 млрд форинтов. Прокуратура также проверяет другие выплаты, связанные с государственными строительными проектами.
Решение о приостановлении действия иммунитета ни по одному из дел не означает признания вины, а лишь открывает путь к проведению уголовного процесса в отношении фигурантов.
Тем временем глава парламентского Комитета по иммунитету, доктор Эдит Саси-Надь, представила рекомендации по проведению процедуры. В случае Балаша Ханко комитет проголосовал против приостановления иммунитета, однако затем пленум всё же принял решение о его снятии – 139 голосами. Сам депутат на заседании не выступал. Аналогичная ситуация сложилась и с делом Миклоша Шестака, который также не воспользовался правом на выступление. Он добровольно, без каких-либо мер пресечения, явился в здание Генеральной прокуратуры, где начался его допрос.
В случае премьер-министра Петера Мадьяра профильный комитет рекомендовал отказать в приостановлении его иммунитета. После оглашения этого заключения глава правительства выступил и сам попросил снять с него иммунитет, заявив, что считает свои действия, описанные в подозрении, оправданными и правильными и не жалеет о содеянном.