Сам Дональд Трам пока официально никого не поддержал
Хотя до «праймериз» республиканцев ещё довольно далеко, соратники президента Трампа уже прикидывают, кто их них поборется за возможность стать кандидатом в президенты от республиканцев.
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
Наблюдатели считают, что речь уже фактически идёт о гонке между вице-президентом Джей Ди Вэнсом и госсекретарём Марко Рубио.
Оба пытаются представить себя естественными преемниками Трампа, хоть и олицетворяют два совершенно разных представления о том, каким может стать движение MAGA («Сделаем Америку снова великой») после Трампа.
Пока фаворитом называют Вэнса. У него есть близость к власти, постоянное присутствие в информационном поле и практически естественное право претендовать на преемственность курса.
На конференции консервативного политического действия (CPAC) в феврале Вэнс уверенно выиграл неформальное голосование, набрав 61%.
Восприятие Вэнса как фигуры, максимально близкой к Трампу, может иметь решающее значение для сторонников MAGA.
Трамп не раз давал понять, что именно Джей Ди Вэнс — самый вероятный преемник, хотя до официальной поддержки дело пока не дошло.
Конфронтационный стиль вице-президента во многом повторяет самого́ Трампа. Вэнс охотно вступает в перепалки с журналистами и без колебаний защищает самые спорные решения главы Белого дома.
Поэтому в глазах многих избирателей Вэнс — человек, который искренне разделяет идеи трампизма, а не просто подстраивается под него.
Слабое место Вэнса в том, что он ещё менее популярен, чем сам Трамп.
И всё же, согласно проведённому в этом году опросу, среди избирателей он куда более узнаваем, чем большинство других чиновников администрации Трампа, уступая по известности лишь самому президенту и министру здравоохранения Роберту Кеннеди-младшему.
Как следует из опроса ABC News, республиканские доноры и стратеги, которые прежде считали Джей Ди Вэнса неизбежным преемником, всё чаще обсуждают Марко Рубио как серьёзную альтернативу.
В должности госсекретаря Рубио стал одной из самых заметных фигур в администрации, особенно во время иранского кризиса и периодов общего обострения международной обстановки.
Причём ещё десять лет назад Рубио считался типичным республиканским интернационалистом и одним из яростных противников Трампа на праймериз 2016 года; тот насмехался над сенатором от Флориды, называя его «Маленький Марко».
Со временем Рубио приспособился к новой республиканской коалиции и стал одним из ключевых сторонников внешнеполитического курса Трампа.
Сегодня он представляет попытку придать MAGA более мейнстримный, институциональный характер: национализм в духе Трампа, но в более спокойной и сглаженной подаче.
Этим он особенно привлекателен для доноров, сторонников жёсткой линии во внешней политике и республиканцев, которые поддерживают курс Трампа, но опасаются электоральной усталости и политического хаоса.
Проблема Рубио в том, что он еще менее популярен, чем Вэнс и значительная часть американских избирателей, не интересующихся внешней политикой, вообще никогда о нём не слышала.
По мнению наблюдателей, всё будет зависеть от того, как пройдёт вторая половина последнего президентского срока Дональда Трампа.
Если он уйдёт из Белого дома политически сильным — со стабильной экономикой, контролируемой инфляцией — больше всего от этого, вероятно, выиграет Вэнс, как буквальный последователь трампизма.
Но если второй срок завершится на фоне ослабленной экономики, чрезмерной внешнеполитической активности или усталости избирателей, позиции Рубио станут гораздо убедительнее.
Он сможет представить себя человеком, который сохранил популистские приоритеты Трампа, но вернул администрации дисциплину, профессионализм и более широкий электоральный охват.
При этом есть фактор, который перевешивает все остальные: сам Трамп.
Сегодняшняя Республиканская партия в значительной степени сплочена именно вокруг него.
В отличие от своих предшественников, президент пока не проявляет особого интереса к тому, чтобы однозначно обозначить преемника. Напротив, он, по‑видимому, сохраняет влияние, удерживая возможных наследников в зависимости от своей благосклонности и заставляя их соперничать за неё.