Цифровой евро может появиться к 2029 году, но на пути к этому стоит ожесточенная борьба между Брюсселем и банками.
Платежная система Европы стоит на пороге самой крупной перестройки за последние десятилетия.
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
Цифровой евро, стремление американских платежных гигантов к суверенитету и ожесточенная борьба между банками и Брюсселем - все это идет к развязке, и результат может повлиять на то, как европейцы будут осуществлять даже самые простые повседневные платежи.
Цифровой евро - это электронная наличность, поддерживаемая Европейским центральным банком (ЕЦБ) и предназначенная для использования наряду с банкнотами и услугами, предлагаемыми коммерческими кредиторами.
Согласно предложению Европейской комиссии, пользователи получат цифровой кошелек - лимит расходов еще не определен - который будет работать как для онлайн-, так и для офлайн-платежей, а транзакции не будут отслеживаться.
Если законодательство будет принято до конца 2026 года, он может быть доступен для розничных платежей к 2029 году.
Толчком к этому послужили как политические, так и финансовые соображения.
На долю американских компаний Visa и Mastercard приходится 61 % карточных платежей в еврозоне и почти все трансграничные транзакции, согласно данным ЕЦБ.
Возвращение президента США Дональда Трампа в Белый дом и его враждебный подход к внешней политике и торговле ускорили дебаты, и на Европейском совете в середине марта лидеры ЕС установили крайний срок для утверждения законодательства до конца 2026 года.
Стремление ЕЦБ запустить такую систему отчасти является ответом на рост числа частных стабильных монет, которые неуклонно проникают в сферу платежей.
Послание из Брюсселя и институтов по всему континенту ясно: Европа хочет контролировать свои собственные деньги.
Контраст с другими крупными экономиками разителен. США движутся в противоположном направлении, продвигая закон GENIUS Act, чтобы дать частным стабильным монетам нормативную базу, в то время как Китай уже развернул свой цифровой юань в широких масштабах.
Европа выбирает средний путь: государственная поддержка, жесткое регулирование, направленное на то, чтобы денежный суверенитет не переходил в частные руки.
Кто борется за это и кто выступает за это?
Не все в этом убеждены. По мере продвижения законодательства усиливается противодействие со стороны коммерческих банков.
На отраслевом мероприятии в Брюсселе в середине апреля председатель Французской банковской федерации Даниэль Бааль выступил с прямой критикой проекта.
"Розничный цифровой евро в его нынешнем виде нарушает этот баланс, превращая деньги центрального банка в прямого конкурента денег коммерческих банков", - сказал он.
Wero, европейская платежная платформа, поддерживаемая крупнейшими банками, также настроена настороженно.
Ее генеральный директор Мартина Ваймерт признала возможность использования для офлайн-платежей, но предупредила, что статус законного платежного средства, который обяжет торговцев принимать цифровые евро так же, как они должны принимать наличные, приведет к "искажению конкуренции".
Сторонники говорят, что банки совершенно не понимают сути вопроса.
"Это как если бы наличных денег не существовало, а индустрия утверждала, что это несправедливо, потому что торговцы должны их принимать, а пользователи не платят за это комиссию", - сказал Euronews Питер Норвуд, исследователь из Finance Watch, европейской некоммерческой организации, целью которой является реформа финансов в интересах общества.
"Наличные деньги - это общественное благо. Именно это и призван сохранить цифровой евро в цифровую эпоху".
По его мнению, без статуса законного платежного средства проект никогда не достигнет критической массы.
"Если торговцы не будут обязаны его принимать, он не будет пользоваться большим спросом и не обеспечит постоянную доступность государственных денег", - добавил Норвуд.
ЕЦБ пытается свести к минимуму напряженность вокруг цифрового евро, утверждая, что частный сектор будет участвовать в его формировании и управлении.
Банк утверждает, что коммерческие кредиторы будут выступать в качестве конечных поставщиков услуг и получать за это вознаграждение.
Однако противники цифрового евро выходят далеко за пределы банковского сектора.
Защитники конфиденциальности и сторонники децентрализации высказывают опасения, что цифровая валюта, выпущенная государством, может дать правительствам беспрецедентную возможность контролировать расходы граждан и, возможно, ограничивать их.
Запланированный лимит на индивидуальное владение мало что сделал для того, чтобы развеять эти опасения.
Представители криптоиндустрии, хотя в Европе их меньше, чем в США, также выступили против, опасаясь цифровой валюты, которая конкурирует с децентрализованными альтернативами и при этом работает под полным институциональным контролем.
Человек, который держит ключи
Судьба цифрового евро сейчас во многом зависит от одного человека: Фернандо Наваррете Рохас, испанский евродепутат от Европейской народной партии (ЕНП), который проводит проект через Европейский парламент - единственный институт ЕС, которому еще предстоит продвигать его.
Он не ответил на просьбу Euronews о комментарии.
Его поведение на парламентских переговорах, публичные выступления и выступления на отраслевых мероприятиях говорят о том, что он предпочитает решения частного сектора цифровому евро.
Наваррете имеет обширный опыт работы в банковском секторе. Он занимал несколько высоких постов в Банке Испании и был директором по финансам в Испанском институте официального кредитования.
Он также руководил экономической и государственной политикой в Фонде социального анализа и исследований (FAES), правом аналитическом центре, связанном с бывшим премьер-министром Испании Хосе Марией Аснар Лопесом.
Согласно записям его публичных встреч, он провел более сотни совещаний, посвященных именно цифровому евро, с тех пор как возглавил это подразделение в декабре 2024 года.
Поскольку правительства стран ЕС решительно поддерживают проект, парламент - это место, где битва будет выиграна или проиграна.
На отраслевом мероприятии, организованном Французской банковской федерацией в середине апреля, Наваррете откровенно выразил свой скептицизм, назвав цифровой евро не самым приоритетным направлением.
"Мне жаль, что мы начали, возможно, не с самых срочных частей здания", - сказал он.
Он дал понять, что отдает предпочтение частному сектору, назвав его "гораздо более эффективным".
И, как и коммерческие банки, он предупредил, что статус законного платежного средства, который он назвал "атомным оружием", может фатально подорвать частные альтернативы. "Даже если (цифровой евро) не годится, вы будете вынуждены его использовать", - сказал он.
За кулисами
По словам нескольких человек, знакомых с ходом переговоров, испанский евродепутат использовал встречи за закрытыми дверями, чтобы замедлить процесс, проталкивая свои взгляды в текст и активно выступая за ключевую уступку: ограничение цифрового евро только офлайновым использованием на том основании, что онлайн-версия будет напрямую конкурировать с Wero, Visa, Mastercard и другими частными игроками.
Заседания становились все более поляризованными.
С одной стороны, социалисты (S&D), либералы (Renew Europe), "зеленые" и левые в целом поддержали предложение Комиссии.
С другой стороны, Наваррете, представляющий ЕНП, занял оппозиционную позицию меньшинства, к которому время от времени присоединялись ультраправые партии, хотя их присутствие было непостоянным.
Два человека, знакомые с ходом переговоров, охарактеризовали его поведение как непредсказуемое и направленное на то, чтобы затормозить принятие закона.
"Мы ни к чему не пришли", - звучало в конце нескольких встреч.
Министр финансов Германии Ларс Клингбайль в феврале заявил, что противники цифрового евро вредят Европе - это было адресовано Наваррете и группе ЕНП, которая разделилась по этому вопросу.
В итоге позиция "только офлайн" была исключена из текста, преодолев значительное препятствие.
Как обстоят дела сейчас?
Переговоры еще не закончены и остаются сложными, но процесс движется вперед.
Проекты текстов и протоколы заседаний, попавшие в распоряжение Euronews, указывают на более сбалансированную динамику, чем в предыдущие месяцы.
Голосование на пленарном заседании, первоначально запланированное на май, сорвалось. Теперь ожидается, что парламентский комитет проголосует в конце июня, а затем состоится полное пленарное заседание.
После того, как парламент поставит свою подпись, начнутся межинституциональные переговоры между странами-членами ЕС, парламентом и Комиссией, а окончательное принятие закона намечено на конец 2026 года.