Ощущаемая подверженность дезинформации и фейковым новостям в ЕС выросла на 8 п.п. с 2022 года. Эксперты считают, что медиаграмотность и фактчекинг критически важны для противодействия этой тенденции.
Дезинформация и фейковые новости превратились в одну из ключевых примет новостной повестки. Рост социальных сетей еще больше ускорил их распространение и повысил их заметность.
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
По данным опроса «Евробарометра», воспринимаемая подверженность дезинформации и фейковым новостям растет по всей Европе.
В 2025 году более трети опрошенных в ЕС (36 %) заявили, что за последние семь дней «часто» или «очень часто» сталкивались с дезинформацией и фейковыми новостями. Для сравнения, в 2022 году таких было 28 %. Лишь 12 % сказали, что уверены в распознавании дезинформации.
Какие европейские страны сообщают о самой высокой воспринимаемой подверженности дезинформации? И насколько уверены европейцы, что смогут распознавать ее, когда с ней сталкиваются?
Самооценка, а не фактическая подверженность
Важно отметить, что опрос измеряет именно субъективную подверженность дезинформации, а не проверенные случаи.
Респонденты сообщали о том, что они считали фейковыми новостями, однако в рамках исследования не проверяли контент, с которым они сталкивались, и не подтверждали, был ли он действительно ложным.
Если сложить ответы «очень часто» и «часто», воспринимаемая подверженность дезинформации и фейковым новостям варьируется от 26 % в Финляндии и Германии до 57 % в Венгрии.
Более половины респондентов также сообщили об этом в Румынии (55 %) и Испании (52 %). Доля превышала 40 % в Болгарии (48 %), Люксембурге (45 %), на Мальте (45 %), в Греции (43 %), на Кипре (42 %) и в Ирландии (42 %).
С другой стороны, помимо Финляндии и Германии (по 26 %), доля составляла 30 % или ниже в Чехии (29 %), Швеции (30 %), Литве (30 %) и Франции (30 %). Нидерланды, Латвия и Бельгия также были близки к этому уровню, чуть менее трети.
В Восточной и Южной Европе люди, как правило, чаще сообщают о высокой подверженности дезинформации, в то время как в Северной и Западной Европе обычно говорят о более низкой.
Однако картина неоднородна: в таких странах, как Люксембург и Ирландия, подверженность относительно высока, тогда как Чехия, Италия и Португалия показывают более низкие уровни, чем можно было бы ожидать для их регионов.
В среднем по ЕС трое из десяти респондентов (31 %) сообщили, что за последние семь дней «иногда» сталкивались с дезинформацией и фейковыми новостями. Эта доля варьировала от 24 % в Венгрии до 40 % в Швеции.
Если учитывать и тех, кто ответил «иногда», воспринимаемая подверженность в ЕС возрастает до примерно двух третей опрошенных (66 %). Это указывает на очень высокий общий уровень.
В ЕС лишь 7 % заявили, что «никогда» не сталкивались с дезинформацией и фейковыми новостями, еще 16 % сообщили, что сталкивались «редко». Вместе это менее четверти опрошенных (23 %).
Также примечательно, что доля тех, кто ответил «затрудняюсь сказать», относительно высока и составляет 10 % по ЕС.
Рост зафиксирован в 22 странах ЕС
По сравнению с опросом 2022 года доля респондентов в ЕС, которые заявили, что «очень часто» или «часто» сталкиваются с дезинформацией и фейковыми новостями, выросла на 8 процентных пунктов. Рост зафиксирован в 22 странах ЕС, а в четырех она снизилась.
Особенно заметный рост показали несколько стран. Наибольшие прибавки зафиксированы в Дании и Нидерландах: по 19 процентных пунктов. Далее следуют Люксембург (18), Мальта (17), Швеция (14) и Испания (13).
Илон Маск купил Twitter в конце 2022 года и позже переименовал его в X.
Умеют ли люди распознавать дезинформацию?
Чуть более шести из десяти респондентов (62 %) заявили, что чувствуют себя уверенно при распознавании дезинформации, когда сталкиваются с ней. Среди них 12 % «полностью уверены» и 49 % «скорее уверены». Напротив, около трети (32 %) говорят, что не уверены.
По сравнению с опросом 2022 года этот уровень уверенности по ЕС и во многих отдельных странах снизился на два процентных пункта.
Уровень уверенности варьируется от 49 % в Польше до 84 % на Мальте.
Сильной корреляции между воспринимаемой подверженностью дезинформации и уверенностью в ее распознавании не наблюдается.
Медиаграмотность и проверка фактов
Объяснить эти восприятия непростопоскольку они могут не соответствовать реальным возможностям людей или истинным масштабам проблемы, сказал Конрад Блайер-Шимон, научный сотрудник Центра по вопросам плюрализма и свободы СМИ.
«Здесь могут играть роль качество и охват программ по медиаграмотности и проверке фактов в стране, а также определенные психологические факторы (причины, по которым люди недооценивают или переоценивают свои возможности и степень подверженности)», сказал он Euronews Next.
Независимые общественные вещатели
Блайер-Шимон также отметил, что влияние дезинформации сильнее в обществах с высокой поляризацией, экономическим неравенством, низкой результативностью системы образования (по показателям PISA), низким доверием к институтам, а также там, где политики прибегают к конфронтационной и популистской риторике.
«Страны оказываются более устойчивыми к дезинформации, если у них есть сильные и независимые общественные вещатели, эффективная саморегуляция частных СМИ, высокий уровень доверия к новостям, а также население, более склонное получать новости из СМИ, чем из социальных сетей», сказал он.