Историческая победа АдГ в Саксонии‑Анхальт добавляет новый политический риск для хрупкого восстановления Германии, вызывая опасения, что раскол в Берлине затормозит необходимые для роста реформы.
В воскресенье Германия перешагнула черту, остававшуюся неприкосновенной со времени основания Федеративной Республики в 1949 году.
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
«Альтернатива для Германии» (AfD) набрала 43,8 % голосов в Саксонии-Ангальт – это первая безоговорочная победа крайне правой партии на земельных выборах в Германии со времён войны.
Партия получила 39 из 83 мест в парламенте Магдебурга, всего на три меньше абсолютного большинства.
Не менее примечателен и результат Христианско-демократического союза (ХДС) канцлера Фридриха Мерца: его доля голосов обрушилась до 17,2 % с 37,1 % в 2021 году.
Социал-демократы, «Зелёные» и Левая партия получили по восемь мест.
Непосредственные экономические последствия, вероятнее всего, будут невелики. На долю Саксонии-Ангальт приходится менее 2 % объёма выпуска в экономике Германии.
Куда более серьёзный риск связан с тем, что будет происходить дальше в Берлине.
Настоящий политический риск сосредоточен в Берлине
AfD более чем удвоила свой результат 2021 года и стала первой крайней правой партией, победившей на земельных выборах в Германии после Второй мировой войны.
На федеральном уровне этот результат усиливает уже начавшееся драматическое падение поддержки Мерца.
Лишь 13 % немцев довольны работой канцлера – это совпадает с самым низким показателем для действующего главы правительства за всю историю опроса ARD-DeutschlandTrend.
По данным последней усреднённой выборки опросов, составленной порталом DAWUM, AfD лидирует на федеральном уровне с 27 %, опережая блок ХДС/ХСС, у которого 21 %, на шесть процентных пунктов.
Это имеет значение, поскольку экономическая стратегия Германии всё в большей степени опирается на федеральное правительство, способное проводить политически сложные реформы.
«Мы видим растущий риск политического тупика на федеральном уровне, который сорвёт необходимые реформы и может заставить нас пересмотреть потенциал роста Германии в сторону понижения», – заявил экономист Oxford Economics Александр Валентин.
Прямое экономическое воздействие выборов в восточных землях, по оценкам, должно остаться ограниченным.
По расчётам Oxford Economics, на долю трёх земель, голосующих этой осенью, – Саксонии-Ангальт, Берлина и Мекленбурга-Передней Померании – приходится лишь около 8 % ВВП Германии.
Вместе они располагают всего 11 из 69 голосов в Бундесрате, верхней палате парламента Германии.
По словам Валентина, ни один из вероятных исходов голосования не изменит общенациональный баланс сил, если федеральная коалиция сохранится.
Риск связан не столько с немедленным экономическим потрясением, сколько с политическим заражением.
Серьёзные потери традиционных партий могут усилить внутрипартийное давление на ХДС и Социал-демократическую партию Германии.
Это усложнит достижение компромиссов по пенсионной системе, рынку труда и энергетической политике.
Корпоративному сектору Германии сегодня нужны реформы, а не просто новые расходы
Проблемы германской промышленности изначально были вызваны не только недостаточным объёмом государственных расходов.
Медленные процедуры согласования проектов, высокие цены на энергию, нехватка рабочей силы, стареющая инфраструктура и ослабление конкурентоспособности осложняют принятие долгосрочных инвестиционных решений.
Отказ Intel от строительства завода по производству полупроводников в Саксонии-Ангальт стал символом этой проблемы.
Американский производитель микросхем собирался вложить 30 млрд евро в строительство крупного комплекса, получив около 10 млрд евро федеральных субсидий и создав 3 000 прямых рабочих мест. В июле 2025 года Intel отменил проект.
Ещё более ясно масштаб вызова проявляется в важнейшей отрасли германской промышленности.
Volkswagen AG проводит крупнейшую реструктуризацию за 89 лет своей истории.
3 сентября наблюдательный совет утвердил программу Future Plan 2030, предусматривающую сокращение ещё 50 000 рабочих мест сверх 50 000, которые уже находятся в процессе ликвидации.
Всего к концу десятилетия будет сокращено почти 100 000 позиций – около 15 % штата группы.
У четырёх заводов концерна в Германии – в Эмдене, Цвиккау, Ганновере и Неккарзульме – нет гарантированных планов выпуска автомобилей после 2031 года.
С момента пиковых значений 2020 года акции Volkswagen AG подешевели на 78 %.
Шире картина по автопрому в Германии выглядит схожей.
За первые восемь месяцев 2026 года в стране было выпущено 2,65 млн легковых автомобилей – на 4 % меньше, чем годом ранее, и на 16 % ниже уровня 2019 года.
Политическая фрагментация лишь осложняет решение этих проблем.
Рынки ведут себя осторожно, но до паники далеко
Реакция рынков на воскресные региональные выборы оказалась сравнительно сдержанной.
Индекс DAX снизился на 0,3 %.
Доходность десятилетних федеральных облигаций Германии (Bund) в понедельник выросла всего на 1 базисный пункт – до примерно 3,35 %, то есть до уровней, которых не было около 15 лет.
Рост доходности с 2,8 % в июне в основном объясняется подорожанием энергоресурсов, возобновившимися опасениями по поводу инфляции и ожиданиями более жёсткой политики Европейского центрального банка, а не собственно политической турбулентностью в Германии.
Тем не менее устойчиво высокие стоимости заимствований делают любые просчёты в политике более дорогостоящими.
Есть надежда – и есть срок
Ирония в том, что базовые экономические показатели Германии начинают улучшаться.
Индекс деловой активности S&P Global в обрабатывающей промышленности поднялся с 52,2 пункта в июле до 54,3 пункта в августе – это максимум за 51 месяц.
Новые заказы растут самыми быстрыми темпами с февраля 2022 года благодаря оборонным расходам, строительству дата-центров и пополнению запасов.
«В августе восстановление в промышленном секторе Германии вышло на новый уровень», – отметил Фил Смит, заместитель директора по экономическому анализу в S&P Global Market Intelligence.
Всё это ставит Германию на экономическое распутье.
Воскресные выборы не перечёркивают начавшееся восстановление. Оборонные расходы, инвестиции в инфраструктуру и рост заказов на промышленную продукцию могут поддержать дальнейшее ускорение.
У Германии больше нет дефицита бюджетных ресурсов.
Под вопросом после воскресенья оказалось другое: сохранилась ли в стране политическая сплочённость, необходимая для того, чтобы потратить эти средства эффективно. И два года, в течение которых предстоит ответить на этот вопрос, уже пошли.