Срочная новость

БиГ: прошлое не пускает в будущее

Сейчас воспроизводится:

БиГ: прошлое не пускает в будущее

Размер текста Aa Aa

В столице Боснии и Герцеговины, шестое апреля — годовщина, которую большинство жителей предпочли бы не отмечать: 20 лет с начала Боснийской войны. Осада Сараева — один из символов войн, которые сопровождали распад Югославии. Она длилась три с половиной года и потому считается самой долгой в истории современных войн.
 
На сараевском мосту табличка в память первых жертв, погибших ещё 5-го апреля 1992 года от снайперского огня.
 
Начала осаду города ещё Югославская народная армия; спустя месяц, с фактическим развалом страны, ЮНА была расформирована, и у города остались силы Республики Сербской. Город постоянно подвергался обстрелу тяжёлой артиллерии и снайперскому огню. При этом массированного штурма так и не последовало, а действия отдельных сербских подразделений не были решающими.
 
Зарубежные страны долгое время не вмешивались в происходящее. Лишь в середине 1995 года, после Маркале и Сребреницы, НАТО начал операцию «Обдуманная сила», что в итоге привело к заключению Дейтонских соглашений. Они закончили Боснийскую войну, но не смогли положить конец разделению страны.
 
И само государство, и её столица разделена на две части. Их жители не могут простить друг другу старого.
 
Так, президента Республики Сербской Милорада Додика боснийцы обвиняют в том, что он отказывается признать геноцид мусульман в Сребренице. Додик заявляет, что Сребреница слишком уж затмила собой военные преступления боснийцев и хорватов.
Всем трём этнорелигиозным группам страны есть, что предъявить бывшим врагам, а ныне соотечественникам.
 
Мустафа Церич, верховный муфтий Боснии и Герцеговины
 
«После Дейтонских соглашений, в области восстановления и объединения мы достигли, возможно, большего прогресса, чем любой другой регион в мире. Но, знаете, когда мы делаем шаг вперёд, всегда находятся силы, которые тащат нас назад.
Нам приходится вновь объяснять все те вещи, которые мы разъясняли ещё до геноцида 92-93 годов.
Как можно простить кого-то, кто не просит прощения за свои преступления; нас просят прощать тех, кто даже не считает, что сделал что-то не так».
 
До войны Сараево называли «Европейским Иерусалимом» за многонациональный состав. Сегодня и город, и страна разделены. Прошлое пока не даёт ни одной из сторон идти на компромисс, который позволил бы создать действительно общее государство боснийцев, сербов и хорватов.
 
 
Валери Забриски, euronews:
 
С нами на связи из Нью-Йорка — Рефик Ходжич, кинематографист, журналист, директор по связям с общественностью Международного центра правосудия переходного периода.
На этой должности он многие годы помогал боснийским и международным организациям в расследовании военных преступлений.
Господин Ходжич, вы выступаете с критикой верховного муфтия Боснии и Герцеговины. Почему?
 
Рефик Ходжич:
 
В современной Боснии есть острая необходимость тщательно и честно разобрать и проанализировать прошлое, те страдания, которые мы испытали 20 лет назад. Мустафа Церич и Милорад Додик определяют сегодня общественное мнение в Боснии и Герцеговине; именно они, как самые влиятельные люди страны, должны были бы взять на себя ответственность за анализ прошлого и подведение итогов. Но нет, вместо этого их деятельность по большей части направлена на размежевание, подстрекательство, наведение страха.
 
euronews:
 
Но кто мог бы повлиять на них? Мировое сообщество или граждане Боснии и Герцеговины? Почему всё происходит именно так?
 
Рефик Ходжич:
 
Мировое сообщество, к сожалению, применяет двойные стандарты и позволяет таким людям, как Додик или Церич, свободно вести риторику о разделении и подстрекательстве к размежеванию; и в то же самое время заявляет о поддержке Боснии на пути в Европейский Союз.
Так что, я думаю, именно мировое сообщество несёт ответственность за внедрение общеевропейских стандартов. Например, Ангела Меркель никогда не смогла бы остаться на своём посту, если начала бы отрицать холокост — так же, как Милорад Додик отрицает геноцид в Сребренице при полном попустительстве мирового сообщества.
 
euronews:
 
Вы критикуете как политических и религиозных лидеров, так и мировое сообщество; но что насчёт самих боснийцев? Несут ли они часть вины за провал примирения?
 
Рефик Ходжич:
 
Надо сказать, что сами мы люди не злые. Мы можем прощать, мы можем сочувствовать другим. В моём родном городе имели место массовые убийства, находились концлагеря, погибли более трёх тысяч человек; но сегодня там вновь — смешанные браки, люди дружат, не взирая на национальность и веру. Но это всё — вопреки той атмосфере, которую всё время пытаются накалять Милорад Додик и Мустафа Церич.
 
euronews:
 
С начала войны прошло всего двадцать лет. Многие уверены, что раны ещё слишком свежи, чтобы можно было говорить о примирении?
 
Рефик Ходжич:
 
Время уже пришло. На самом деле, ещё вчера надо было начать процесс анализа того, что произошло. Нам нужно честно, открыто, с состраданием обсудить события прошлого. Потому что в противном случае новые поколения вырастут на рассказах о размежевании, о вражде, на кардинально различных взглядах на то, что произошло; и потому мы не смогли бы возложить на эти поколения больших надежд.