Срочная новость

Срочная новость

Пытки в сирийских тюрьмах

Сейчас воспроизводится:

Пытки в сирийских тюрьмах

Пытки в сирийских тюрьмах
Размер текста Aa Aa

“На мои запястья надели цепи. Меня подвесили на железную перекладину так, что мои ступни не доставали до пола около двух сантиметров…”

“Они подвесили меня за руки под самый потолок и били железным прутом…”

“Мои пальцы опухли и стали размером с футбольный мяч. Руки как будто вытянулись из-за вывиха плечевых суставов. Мне казалось, что дотянуться до моих пальцев просто невозможно…”

Когда эмоции зашкаливают, Нэхле Осман предлагает клиентам прогуляться вдоль Майна. Адвокат родилась в Германии в семье выходцев из Алеппо. Она помогает тем, кто пережил пытки в сирийских тюрьмах. Вместе с братом они возглавляют адвокатское бюро в Рюссельсхайме. Осман собрала сотни свидетельских показаний – основательные доказательства того, что пытки в сирийских тюрьмах – массовое явление. Но почему лишь некоторые выжившие решаются рассказать об этом в суде?

“Многие ожидают визы на воссоединение семьи. Те, кто уже обосновался в Германии, боятся, что судебный процесс помешает их родственникам перебраться из Сирии, что, если они обратятся в суд, представители сирийского режима посадят в тюрьму или даже убьют их близких”, – говорит Нэхле Осман.

Insiders: Torture in Syrian prisons - Part 1

Клиенты адвокатского бюро – бывшие заключенные Абдул Карим Рихауи, основатель Сирийской лиги защиты прав человека, и активист из Дамаска, пожелавший остаться неизвестным. Он представляется как Абу Фирас и рассказывает о том, что с ним произошло, впервые.

“Они пытали меня электричеством: обмотали проводами руки, пальцы и пускали ток. Следы до сих пор остались. Они то включали, то выключали электричество, снова и снова”, – говорит Фирас.

В ближайшее время он намерен передать свое дело Генеральному прокурору при Верховном суде Германии. Он добивается выдачи ордеров на арест высокопоставленных сирийских чиновников.

“Меня пытали так: тело засунули в шину и приподняли на полметра над полом. Так, чтобы я не мог двигаться. Они избивали меня какой-то деталью от танка – что-то вроде ремня, но вот такой толщины. Мое тело парализовало уже после первых двух ударов. У меня оставалась только надежда, что я все-таки увижу своего еще не родившегося сына, – продолжает Фирас. – Перемирие с различными этническими и конфессиональным группами в Сирии возможно, но не с этим преступным режимом”.

Друг Фираса – Абдул Карим Рихауи – приглашает нас в свой маленький номер в гостинице, где он живет последние два года. Мы знакомимся с доказательствами пыток. Их удалось собрать благодаря засекреченной сети активистов, которые борются за права человека в Сирии. Имена предполагаемых мучителей он оглашает уже в Германии.

“Среди этих людей есть те, кто пытал?” – спрашивает Ганс фон дер Брели, Euronews.

“Многие, очень многие: на их счету пытки, множество других преступлений. Поэтому мы и обратились к властям ФРГ: необходимо действовать. Мы составляем списки убийц. К настоящему моменту их шесть. Они уже в распоряжении правительства Германии. Во всей Европе сейчас проживают не менее 7 тысяч военных преступников из Сирии. Самое большое их число – в Германии. Это в основном те, кто приехал сюда в ходе массового переселения беженцев в 2015 году. Я в ярости: здесь они наслаждаются жизнью, законы ФРГ позволяют им пользоваться всеми местными благами, а ведь они же военные преступники”, – говорит Рихауи.

Федеральное ведомство уголовной полиции Германии уточнило Euronews, что располагает данными 4300 информаторов – бывших сирийских и иракских жертв пыток. Это позволило открыть уголовное дело в отношении 43 человек. Но собирать доказательства очень трудно.

“Пытки в Сирии стали повседневной реальностью. Они систематичны. Если вы попадаете в тюрьму, и вас никто не пытает, – вот это необычно. Они лупили меня проводами, били руками и ногами. Когда меня вели в туалет, приходилось переступать через мертвые тела. Это было ужасно. По ночам я до сих пор слышу голоса людей, умоляющих отпустить их, кричащих от боли. Я слышал голос подростка: ему было 14 или 16 лет. Он искал отца: “Пожалуйста, где мой папа? где мой папа?”“, – рассказывает Рихауи.

Берлин, столица Германии. Молодой сирийский художник Хамид Сулейман знает о сирийских тюрьмах не понаслышке. Хамид получил политическое убежище во Франции и сегодня живет на две страны. Его графическая новелла Freedom Hospital повествует о начале сирийского конфликта. Хамид посвятил книгу другу Хуссаму, который был замучен до смерти.

Insiders: Torture in Syrian prisons - Part 2

“Мы с ним разделяли веру в “арабскую весну”, свободу, лучшее будущее для страны. Я уехал из Сирии, Хуссам должен был последовать за мной, но его арестовали. Его убили в тюрьме спустя пять дней после ареста. Его матери позвонили и сказали приходить за телом”, – рассказывает Сулейман. – Я выжил. Они мертвы. Теперь я должен донести до людей их слово. Это мой долг. Я долго думал над тем, как изобразить жестокость в моей новелле. Ведь многие говорили: “Незачем рисовать кровь, рассказывая о Сирии”. Но я решил, что деваться-то некуда. Такова реальность”.

Анвар аль-Бунни, известный сирийский адвокат-правозащитник, и Яазан Ауад, активист из Дамаска, подвергались пыткам, но смогли выжить. Мы направляемся в Европейский центр защиты конституционных прав и прав человека. Эта организация расследует военные преступления по всему миру.

В штаб-квартире центра выставлена работа Хамида Сулеймана. С помощью юрисконсультанта Анвар и Яазан подали уголовный иск против ряда высокопоставленных сирийских чиновников: тех, кто отдавал приказы.

“Что дальше? Какие действия будут предприняты в следующем году?” – спрашивает Ганс фон дер Брели, Euronews.

“Мы надеемся, что в результате тщательного расследования Федеральный верховный суд Германии выдаст ордера на арест. И последует волна задержаний по всей Европе, во всем мире”, – говорит юрисконсультант Александра Лили Катер.

“Я лично встречался с главой Национального бюро безопасности Сирии и рассказывал ему о пытках. Он в курсе происходящего. Я был заключенным, его заключенным”.

В досье Федерального прокурора Германии этот человек числится как “свидетель №24”. Яазан один из немногих выживших, готовых открыто говорить о пытках.

Insiders: Torture in Syrian prisons - Part 3

Во время “арабской весны” он организовывал акции протестов молодежи. В ноябре 2011 года его арестовали. Под пытками он признался в преступлениях, которых не совершал. Например, что убил премьер-министра Ливана.

“Я сказал тому, кто пытал меня, что сознаюсь во всем, предам собственную мать. А он ответил: “Мы сейчас приведем ее и посмотрим”. Через 15 минут или полчаса он сказал: “Твоя мать здесь”. Я понимал, что они лгут, но начал кричать: “Оставьте ее в покое”. Он ударил меня в лицо и сказал: “Теперь ты увидишь, что мы с ней сделаем”. Но видеть я не мог из-за застилавших мне глаза крови и пота. Силы покинули меня: они насиловали невинную женщину. Я не знал ее. Может быть, она была одной из заключенных. Было очевидно, что двое пытали ее. Я слышал несколько голосов. У меня не было сил. Я сказал тому, кто пытал, что сознаюсь во всем, только бы они перестали пытать женщину. Но он ответил: “Парни еще с ней не закончили”, – рассказывает Яазан Ауад. – Сначала они пытали других заключенных. А потом – меня одного, все эти 5 или 6 парней. Они пытали меня, пытали… Мне казалось, что я уже давно мертв. Им – будто я еще в силах отвечать, бросаюсь на них. Но как безоружный голый мужчина может даже о таком подумать? Они кричали: “Ты думаешь, что ты мужчина? Мы докажем, что женщина”. Они избивали меня. Один – прикладом ружья. Неожиданно он повернул оружие другой стороной и засунул ствол мне в анальное отверстие, потом снова. Мой организм был разрушен”.

Россия и Китай наложили вето на проект резолюции ООН о передаче в Международный уголовный суд досье по фактам возможных военных преступлений сирийского режима. Но принимая во внимание принцип универсальной юрисдикции, Германия и еще несколько стран ЕС приступили к расследованию на национальном уровне.

“Мы намерены решительно заявить убийцам и преступникам в Сирии и во всем мире: времена безнаказанности прошли. Безнаказанности не может быть нигде, никогда. Остерегайтесь! Рано или поздно вы попадете в руки правосудия! Без закона нет Сирии. Ни одна страна в мире не может быть построена на беззаконии”, – говорит Аль-Бунни.

Через несколько часов у Аль-Бунни назначена встреча в Брюсселе с представителями Европейской комиссии и бельгийского правительства. Адвокат намерен убедить как можно большее число стран-членов ЕС использовать инструмент универсальной юрисдикции: ни одно государство мира не может укрывать военных преступников.