This content is not available in your region

Брендан Кокс: "Я помню о том, как Джо жила, а не о том, почему она погибла"

Access to the comments Комментарии
 Euronews
Брендан Кокс: "Я помню о том, как Джо жила, а не о том, почему она погибла"

<p>Современная Великобритания, похоже, все больше разобщена – и в этносоциальном, и в политическом плане. Нация подавлена недавними терактами, перспективой “брексита”, который, как опасаются многие, может лишь сильнее поляризовать общество.</p> <p>Брендан Кокс на своём опыте знает, что такое экстремизм. Его жена, политик Джо Кокс, проводила кампанию против выхода Великобритании из ЕС – и была убита. Потеряв супругу, Брендан создал общенациональное движение в надежде объединить граждан. Его жена часто говорила, что у людей гораздо больше точек соприкосновения, чем различий.</p> <blockquote class="twitter-tweet" data-lang="fr"><p lang="en" dir="ltr">My piece in the New York Times <a href="https://t.co/yChA3NVR5r">https://t.co/yChA3NVR5r</a></p>— Brendan Cox (@MrBrendanCox) <a href="https://twitter.com/MrBrendanCox/status/877308771508375552">20 juin 2017</a></blockquote> <script async src="//platform.twitter.com/widgets.js" charset="utf-8"></script> <p>Сегодня Брендан – мой гость в “Глобальном диалоге”. Спасибо, что нашли время для интервью.</p> <p><strong>Изабель Кумар, еuronews</strong>: “Давайте поговорим о некоторых аспектах жизни страны, о которых я уже упомянула во вступлении. Возьмём теракты, возьмем агрессию в отношении мусульманской общины. Я сама выросла в Лондоне, он всегда казался мне терпимым городом….”</p> <p><strong>Брендан Кокс</strong>: “Он таким и остается, более того, становится еще более терпимым. Это, кстати, характерно и для столицы, и для страны в целом. Люди сегодня гораздо спокойнее смотрят на различия – будь они расового, религиозного, сексуального характера. Неверно думать, что в связи с недавними событиями у нас выросло число носителей экстремистских взглядов. Нет, их стало меньше. Случилось другое – легализация, узаконивание дискурса,призывающего к ненависти.Это сделали такие политики как Трамп, Ле Пен, Фарраж, Вилдерс… Разумеется, их нельзя напрямую считать ответственными за случившиеся теракты Однако они, бесспорно, ответственны за формирование общественного настроения, климата, в котором люди, склонные к экстремизму, решительнее переходят от слов к делу”.</p> <p><strong>Изабель Кумар, еuronews</strong>: “То есть по-вашему, ультраправые в некотором смысле нажали спусковой крючок в веренице этих актов насилия? А откуда вообще “растут ноги” у подобной ненависти?”.</p> <p><strong>Брендан Кокс</strong>: “Думаю, ненависть была всегда. В любом обществе есть небольшая прослойка людей, одержимых идеями зла и нетерпимости – по тем или иным причинам. Это могут быть какие-то личные мотивы, отсутствие перспектив, неуверенность, дефицит любви. Это может быть следствием “промывания мозгов”, своеобразно понятого поиска смысла жизни, метаний, которые конечном итоге и привели их к полному принятию опасной идеологии.</p> <p>Замечу, что эти формулы применимы и к экстремизму под исламистскими лозунгами, и к любым ультраправым. Посмотрите, как интересно: политики, пропагандирующие идеи раскола и ненависти, очень похожи от страны к стране. Они все мечтают о “чистом” обществе – идет ли речь об этнической чистоте или о религиозной. Они согласны выступать против гражданского населения для достижения своих целей. Они полагают, что разные – в широком смысле слова – люди не должны жить сообща, формируя мультикультурное общество”.</p> <p><strong>Изабель Кумар, еuronews</strong>: “Вы сделали главным лозунгом своей кампании общность, вы пытаетесь вдохновить людей на сближение, но ведь это миссия – не под силу одному человеку. Как вы оцениваете отклик политиков на серию недавних терактов?”</p> <p><strong>Брендан Кокс</strong>: “Мне кажется, правительство всерьёз воспринимает происходящее – будь то исламистский экстремизм или риторика крайне правых. Обществу, на мой взгляд, пора задать вопрос: а что провоцирует такую волну ненависти? Мы приложили много усилий, чтобы проанализировать ситуацию – после терактов 11 сентября, после “Батаклана”, других эпизодов. И что мы видим? Мы видим настоящих проповедников, причём на страницах вполне респектабельных СМИ. Люди говорят с таким накалом исламофобии, что это не может не подстрекать к насилию в отношении мусульманской общины. Мне кажется, мы сегодня должны решительно бороться с риторикой ненависти, исходящий от мусульман, и с любыми антимусульманскими высказываниями – они равно опасны”.</p> <p><strong>Изабель Кумар, еuronews</strong>: “Давайте поговорим об имущественном неравенстве, об этом ужасном пожаре в Гренфелл-тауэр в западном Лондоне. Многие обитатели этого дома были бедны, хотя жили в одном из богатейших районов британской столицы. Если мы говорим о социальной интеграции, то ведь проблема усложняется, если на неё влияет имущественное неравенство?</p> <p><strong>Брендан Кокс</strong>: “Я думаю, что мы все должны беспокоиться о существовании социальной стратификации. Пожар в Гренфелл-тауэр проливает на имеющийся статус кво дополнительный свет. Мы живём в разобщённом обществе, и гнев, который неравенство подобного рода порождает, понятен. Правительство должно играть более значимую роль, чтобы уравновешивать силу ряда экономических факторов, носящих центробежный по отношению к социуму, характер. Разумеется, должен действовать и механизм соответствующих общественных отношений”.</p> <p><strong>Изабель Кумар, еuronews</strong>: “Мы должны смотреть и на то, как идут переговоры по “брекситу”. Вы уже упомянули тех европейских политиков, которые работают на разобщение Европы. Их не избрали на властные посты, так что европейская дезинтеграция осталась лишь гипотезой. А вот “брексит” и его последствия для Британии – становящаяся все более и более актуальной реальность. У вас какие ощущения от этого?”.</p> <p><strong>Брендан Кокс</strong>: “Мы простили политикам их вседозволенность. Если посмотреть на выборы, которые проходили в Австрии, Франции и в США, то следует признать, что очнулись мы лишь после того, как президентом США стал Трамп. Мы увидели в этом угрозу нашим общим ценностям. Я не думаю, что следует успокоиться и решить, что мы переждали шторм, что он прошёл стороной. Я как раз считаю обратное. Мне кажется, что угрозы такого рода будут возникать и в будущем, причины, их породившие, никуда не денуться, если вообще не выйдут на первый план. Нам нужно учиться разговаривать с разными общественными группами, меньшинствами, нам нужно порой физически знакомить их друг с другом, побуждая к диалогу, к обсуждению проблем. Мы именно этим на протяжении лет заниматься забывали”. </p> <p><strong>Изабель Кумар, еuronews</strong>: “Я хотела бы завершить нашу беседу на более личной ноте. Вы говорите о сообществах, об умении быть вместе, несмотря на возможные барьеры. Здесь есть место прощению?”.</p> <p><strong>Брендан Кокс</strong>: “Для меня прощения не бывает без раскаяния. Если есть раскаяние, то придёт и прощение. А если раскаяния нет, то и прощения не будет. Так что в данном случае прощение как абстрактная категория меня не слишком интересует. Я неоднократно говорил об этом, о том, как Джо жила, как она следовала своим идеалам, как она их защищала, с какой энергией и энтузиазмом. Я не позволю, чтобы на мою память о Джо бросили бы тень эти ужасающие поступки экстремистов всех рангов. Я помню о том, как Джо жила, а не о том, почему она погибла”.</p>