Срочная новость

Сейчас воспроизводится:

Провал спецслужб?


Insight

Провал спецслужб?

Джон Керри: “Мы договорились больше обмениваться информацией”.
Дидье Рейндерс: “Разведка – единственный способ блокировать возможную террористическую деятельность до терактов”.
Дэвид Кэмерон: “Мы сделаем серьезные дополнительные инвестиции в наши спецслужбы мирового класса”.
Йенс Столтенберг: “Мы интенсифицируем нашу работу в сфере обмена информацией, аналитическими и разведывательными данными”.

Через 4 дня после терактов в Париже все согласны с тем, что работе спецслужб следует уделять больше внимания, чтобы она была более эффективной. Но французское правительство, несмотря на претензии и вопросы к действиям своих спецслужб, утверждает, что они не допустили никаких провалов и что нулевого риска терактов не существует.

“Это нападение было спланировано и организовано ячейками, находящимися за пределами национальной территории и мобилизовавшими лиц, которые не были известны нашим службам”, – заявил министр внутренних дел Франции Бернар Казнев.

Однако это не так. Некоторые из нападавших были известны французской полиции и спецслужбам. Например, Сами Амимур. В 2012 году этого француза обвиняли в участии в террористической организации, он находился под наблюдением полиции. Но через год беспрепятственно уехал в Сирию, а затем, несмотря на выданный международный ордер на его арест, также беспрепятственно вернулся.

Еще один пример – Омар Исмаил Мостефай, тоже француз. Еще в 2010 году он был включен Главным управлением внутренней безопасности в список лиц с радикальными взглядами, которые подлежат особому надзору. В этом списке можно было найти имена Амеди Кулибали и Шерифа Куаши, авторов кровавых январских терактов в Париже, а также Мохаммеда Мера, совершившего в 2012 году нападения в Тулузе и Монтобане.

Более того спецслужбы Турции сообщили, что дважды – в октябре прошлого года и в июне этого – предупреждали французских коллег о том, что Мостефай, посещавший Сирию, может быть опасен. Франция, по версии Анкары, никак на это не отреагировала.

Получается, что пока власти европейских стран говорят о необходимости укрепления сотрудничества спецслужб и усиления охраны внешних границ, ускорении процедуры высылки радикальных иммигрантов, спорят о проблемах интеграции, террористы без проблем пересекают границы, набираются опыта боевых действий в Сирии и Ираке и экспортируют джихад в Европу.

Мохаммед Абдель Азим, euronews:

“Бертран Бади, вы специалист в области международных отношений и профессор Парижского института политических исследований. Спасибо, что вышли с нами на связь. Сменили ли теракты в Париже приоритеты и стал ли теперь уход Асада второстепенной задачей по отношению к борьбе с группировкой “Исламское государство”?”

Бертран Бади, профессор Парижского института политических исследований:

“Я бы сказал, что французское правительство оказалось между двух огней. Один из вариантов – изменить дипломатическую позицию под давлением кризиса и печальных событий “черной пятницы”, что практически невозможно. Другой – это, напротив, остаться на прежнем пути, который в чем-то вел его в тупик. Скажем так, оно делает промежуточный выбор – то есть остается на своем пути, предусматривающем политику вмешательства со всеми вытекающими оттуда опасностями, но с некоторыми изменениями. И шаг в направлении России, а также предусмотренные полшага в направлении Башара Асада можно интерпретировать как попытки адаптировать такую дипломатию”.

euronews:

“Перед лицом ИГИЛ, стало ли международное сообщество сейчас более сплоченным, чем до терактов?”

Бертран Бади:

“Большая проблема заключается в том, чтобы понять, что такое ИГИЛ, какими должны быть действия против него, и какими будут действия с его стороны. Сказать “Это – война” – слишком упрощенный ответ на эту проблему. Война в нашей европейской памяти относит нас к несколько иным вещам – к столкновению крупных держав, столкновению государств, противостоянию армий, к территориям и границам, а также к готовности дипломатии действовать и вести переговоры. Но это не имеет ничего общего с ИГИЛ. Поэтому упрощать сущность ИГИЛ, воспринимать его как протогосударство и считать, что лучший способ его победить – война, на мой взгляд, это несколько ошибочный ответ”.

euronews:

“В эпоху глобализации, террористическая угроза исходит от “спящих” ячеек. Как Европа может решить эту проблему?”

Бертран Бади:

“Существование “спящих” ячеек показывает нам, что сегодня на передовой уже не государства и не армии, а общества. Это насилие исходит из глубин общества, это насилие организовано специализирующимися на нем дельцами. ИГИЛ и “Аль-Каида” специализируются на насилии, а мы продолжаем думать о войне, как о столкновении сил разных государств, тогда как на самом деле речь идет о последствиях разложения и трансформации обществ. Поэтому переосмысливать наше спасение и нашу безопасность нужно на уровне общества. Нужно переосмыслить даже условия функционирования французского общества. Во французском обществе существуют не только “спящие” ячейки, но и нарывы навязчивых идей, разочарования, унижения, напряженности, насилия, отвержения, нетерпимости разного рода, которые и вызывают процесс брожения подобных катастроф. И также нужно подумать об иракском обществе, о сирийском обществе, подумать о том, что эти общества находятся в состоянии войны, потому что там больше нет социальных контрактов (общественных договоров), потому что они разлагаются. Поэтому лучший способ достичь мира – это подвигнуть эти государства и региональных игроков к восстановлению их социальных контрактов. Я не уверен, что вмешательство крупных держав, государств, извне, а зачастую – очень издалека, способно помочь в разрешении подобного рода конфликтов”.