Срочная новость

Сейчас воспроизводится:

Выборы в Турции: напряжённая обстановка на юго-востоке


insiders

Выборы в Турции: напряжённая обстановка на юго-востоке

В преддверии парламентских выборов в Турции в центре полемики оказался курдский вопрос. Журналисты программы «Репортёр» побывали на юго-востоке страны, сложилась очень напряжённая обстановка.

Типичный пейзаж юго-востока Турции. Эта тропа ведёт через границу – по ту сторону гор Ирак. По ней перевозят контрабанду – основной источник дохода в регионе. Здесь это называют «приграничной торговлей». Она пришла на смену сельскому хозяйству, заниматься которым, по словам местных жителей, стало здесь невозможно из-за большого числа мин, оставшихся в земле после сражений турецкой армии с курдскими сепаратистами в 1990-е годы. Местные мальчишки хорошо знают эту тропу.

«По этой дороге мы ездим в Ирак – говорит один из них. – Путь неблизкий. Иногда наши мулы срываются на склоне и гибнут. За нами наблюдают с самолётов, иногда по нам стреляют солдаты, убивают наших мулов, запускают слезоточивый газ. Но нам приходится этим заниматься, так что мы пускаемся в путь, забираем груз и возвращаемся».

Но в этот день им пришлось вернуться ни с чем. В окрестных деревнях, армия закрывает глаза на дела контрабандистов. Но не здесь, не в печально известной курдской деревне Робоски.

Четыре года назад турецкая авиация нанесла удар по группе местных жителей, возвращавшихся из Ирака верхом на мулах. Погибли 34 человека. С тех пор их родственники добиваются выяснения обстоятельств трагедии и открытого судебного разбирательства. Вместо этого власти предложили им компенсацию в обмен на отказ от требований о проведении расследования.

«Это называется “кровавые деньги”, мы не примем их, – говорит один из активистов. – Мы будем настаивать на проведении судебного процесса, и он состоится. Именно поэтому государство оказывает давление на жителей Робоски. Людей задерживают, арестовывают. Они пытаются задушить нас. Видите, молодёжь слоняется без дела, у них нет работы. Нет ни ферм, ни заводов, на которых они могли бы трудиться».

Мы находимся в провинции Ширнак, населённой преимущественно курдами. Здесь много лет происходили столкновения между турецкой армией и боевиками РПК, запрещённой в Турции курдской сепаратистской партии.

После заключённого в 2013 году перемирия наступило затишье, но оно было прервано после июньских выборов. По горам, где находятся лагеря РПК, регулярно ведутся обстрелы. А столица провинции недавно стала ареной ожесточённых сражений.

С нами встретилась Лейла Бирлик, депутат основной про-курдской партии НДП, серьёзно потеснившей на последних выборах правящую партию «Справедливость и развитие», лишив её абсолютного большинства в парламенте. С тех пор, по словам Лейлы, здесь не прекращаются репрессии. Местный морг не пустеет. В начале октября во время столкновений полицией был убит родственник Лейлы, Хаджи Локман Бирлик. Фотографии его тела, изрешечённого пулями, которое тащили по улицам города, прицепив к бронетранспортёру, попали на страницы газет. Эти снимки, выложенные в социальные сети, были сделаны самими полицейскими.

«Наш успех действительно стал проблемой для правящей партии – говорит Лейла. – Стремясь разрушить всё, чего мы добились, после 7 июня власти подняли градус насилия, причём во всех формах. Аресты, задержания, обстрел гор Курдистана. Подверглись нападениям активисты НДП и всех курдских политических движений, которые борются за свободу. Подобное тому, что сделали с Хаджи, происходило и раньше. Детей курдского народа волокли по улицам и рубили им головы. Мы всё это видели и раньше, мы об этом знали и рассказывали. Но теперь это смогли увидеть все. К тому же, эти фотографии сделали сами представители сил правопорядка».

Большинство представителей местной администрации – турки, а не курды. Одна из них согласилась с нами встретиться на условиях анонимности – по закону государственным служащим запрещено выступать в СМИ: «После пяти вечера здесь совершенно невозможно выйти на улицу, мы вынуждены оставаться дома. Потому что мимо едут бронетранспортёры, а на них полицейские с оружием в руках. Они могут застрелить вас случайно, у людей намеренно создаётся такое ощущение. Нам дают понять, что они могут позволить себе всё, что угодно, а вы ничего не сможете сделать в ответ».

Мы направляемся в город Джизре, расположенный в 50 километрах отсюда, где сильны позиции Революционного молодёжного движения – организации, близкой РПК. В ряде районов города повстанцы воздвигли баррикады и вырыли окопы, чтобы не пропустить сюда военных. Здесь шли тяжёлые сражения, больше недели действовал комендантский час. Целые кварталы превратились в руины, погиб двадцать один местный житель. По словам представителя местной правозащитной организации, все погибшие гражданские стали жертвами сил безопасности.

«С крыш зданий вели огонь снайперы, – утверждает представитель правозащитной организации. – Они убивали людей прямо перед их домами, или даже прямо в доме».

Некоторые жители захотели с нами побеседовать. Арслан показала нам своё разрушенное швейное ателье, которое она создавала всю жизнь. «Здесь написано: “Сделано в Турции”, так и написано! – говорит она. – Нигде в мире не используется такое оружие против гражданского населения, это запрещено! Я пыталась что-то создать, открыла здесь ателье. У меня была мечта, но Эрдоган взорвал её!»

В другой части города мы встретили группу молодых ополченцев. Днём и ночью они стоят здесь на страже, чтобы не допустить, как они говорят, нападений сил безопасности на местных жителей. Они объявили о переходе на самоуправление до тех пор, пока не будут восстановлены права, свобода и безопасность общины. Они заявляют, что не сложат оружия, пока не возобновятся мирные переговоры: «На нас напали с бомбами и танками. Мы должны защищаться, защищать наш народ. Мы хотим мира, а не войны. Мы как молодежь требуем мирного будущего. Мы требуем, чтобы государство прекратило оказывать на нас давление».

Именно о мирном будущем мечтает Бахрам. Пули снайперов пробили ворота его дома во время сражений. Одной из пуль была бита его 10-летняя сестра Джамиля, которая находилась в это время во дворе. Город был полностью перекрыт, и машины скорой помощи не смогли к ним приехать. Семье пришлось держать тело ребёнка в холодильнике.

«Мы даже не могли отвести её тело в больницу – говорит Бахрам. – И у нас не было никакой возможности похоронить её. Стреляли по всем, кто выходил на улицу».

В 1992 году возле их дома разорвался снаряд. Тогда погибли семь человек, ещё несколько были ранены.

«Нам грустно, что с обеих сторон льётся кровь. Пусть не будет больше смертей, пусть прекратится кровопролитие, чтобы матерям не приходилось больше оплакивать своих детей. Джамиля стала восьмой погибшей в моей семье, многие были изувечены. Но несмотря на это, мы продолжаем говорить, что вооружённый конфликт не решит проблему. Нам нужен мир».

Выбор редакции

Следующая статья
Кризис мигрантов: от Польши ждут солидарности

insiders

Кризис мигрантов: от Польши ждут солидарности