Срочная новость

Сейчас воспроизводится:

Девальвация юаня: неоправданная паника


Бизнес

Девальвация юаня: неоправданная паника

11 августа китайские власти потрясли мир, объявив о девальвации своей валюты. Несмотря на то, что подешевение юаня в математическом выражении было небольшим – в среднем чуть более 2 % – рынки испытали настоящий шок.

Неслучайно: Пекин впервые за несколько десятилетий отступил от стратегии твердой валюты, которая оставалась базисом экономической стабильности в стране с самого начала реформ. Что вынудило Китай пойти на этот шаг?

Специалисты называют несколько причин. Во-первых, это заметное замедление экономического роста Китая, желание стимулировать экспорт. К тому же ранее этим летом крах Шанхайской биржи фактически обесценил юань (за несколько дней фондовые рынки Китая потеряли более 3 миллиардов долларов). Наконец, девальвацию юаня рекомендовал и приветствовал Международный валютный фонд, который решает вопрос о том, возможно ли включить юань в корзину своих резервных валют.

Решение китайских властей выглядит логичным и оправданным, однако рынки паникуют: на второй неделе августа многие биржи закрылись в негативной зоне. США тем временем говорят о развязывании Пекином новой валютной войны. Если это так, насколько велики ее негативные последствия?

“Евроньюс” обратился за комментариями к эксперту, рыночному аналитику группы “ADS Securities” в Абу-Даби. Нуреддину аль-Хаммури.

Вопрос: “Взгляды на решение Пекина девальвировать юань весьма различны. А вы согласны с теми, кто говорит о развязывании Китаем новой валютной войны, которая приведет рынки к негативным последствиям?”

Нуреддин аль-Хаммури: “Валютные войны не являются чем-то новым для рынка. Они идут с переменным успехом с начала финансового кризиса; те или иные страны используют валютные механизмы для стимулирования экономики. Замечу – подобные войны не всегда приводят к искомому результату, так что мы не можем с полной уверенностью заявить: да, экономике Китая станет легче. Мы можем лишь говорить, что ей должно стать легче, так как сделано все, чтобы открыть перед страной новые возможности в торговле и инвестициях.
Решение Народного банка Китая – это шаг в направлении реформ, и в этом ключе он вполне закономерен и логичен”.

Вопрос: “С чем тогда связаны опасения аналитиков? Какими могут быть последствия девальвации юаня для мирового валютного рынка в целом и ближневосточного в частности?”

Нуреддин аль-Хаммури: “Падение курса юаня на первом этапе ошеломило рынки, и Ближний Восток не стал здесь исключением. Так, девальвация вызвала подорожание доллара, курс которого, правда, затем чуть скорректировался. Что касается ближневосточных рынков, то здесь царят опасения относительно дальнейшего подешевения нефти. Саудовская Аравия на этом фоне вновь вынуждена была обратиться к долговому рынку для сбора средств, необходимых, чтобы поддерживать расходы на прежнем уровне.

Инвесторы восприняли это как негативный знак, и в регионе наметилась масштабная распродажа акций. И это при том, что показатель задолженности Саудовской Аравии по отношению к ВВП составляет лишь 1,6% – это самый низкий показатель в мире!

Вот к чему приводит паника. А ведь мы не видим дальнейшего падения юаня. Китайский Центробанк дал понять, что разговоры о десятипроцентной девальвации – просто ерунда. Банк, напротив, ожидает роста курса… Мы в нашей компании и сегодня наблюдаем активный спрос на юань на различных рынках – в Европе, Азии, на Ближнем Востоке. У нас создается впечатление, что наши клиенты, инвесторы и трейдеры, не переоценивают решения Пекина, не волнуются попусту и продолжают торговые операции с китайским юанем”.

Вопрос: “Международный валютный фонд приветствовал девальвацию юаня. Это признак того, что юань стал ближе к корзине резервных валют МВФ, в которую он стремится попасть?”

Нуреддин аль-Хаммури: “МВФ действительно первым приветствовал решение Китая. Это еще раз подтверждает, что власти Поднебесной осуществляют правильные шаги, что их интервенция была и нужной, и продуманной, и здоровой. И конечно, для Китая важен “плюс”, поставленный МВФ с учетом его надежд включить юань в перечень резервных валют. Пекин дал четкий сигнал о готовности пойти на необходимые для этого уступки”.