Срочная новость

Сейчас воспроизводится:

Б. Зангане: "Ирану не стоит застревать в прошлом и лить слезы..."


Мир

Б. Зангане: "Ирану не стоит застревать в прошлом и лить слезы..."

Решение стран-участниц ОПЕК сохранить нефтедобычу на прежнем уровне привело к беспрецедентному обвалу цен на “черное золото”. На таком сценарии настояла в рамках недавнего заседания Организации стран-экспортеров нефти группа поставщиков во главе с Саудовской Аравией. По их расчетам, это принесет существенные дивиденды в будущем… А как быть сегодня экономикам, напрямую зависящим от нефтяной выручки? К примеру Ирану, который живет под тяжелым беременем международных санкций. Об этом журналист “Евроньюс” с иранским министром нефти Биджаном Намдаром Зангане.
“Евроньюс”: “Господин министр, спасибо, что участвуете в нашей программе. Итак, только что состоялась важнейшая встреча стран ОПЕК за последние шесть лет. Несмотря на ваши усилия, Иран не получил того, к чему стремится. Почему вас не поддержали крупнейшие поставщики нефти, включая Саудовскую Аравию?”

БЗ: “Да, мы выступали за снижение квот на добычу нефти. Мы не настаивали на конкретных цифрах: решать, как и насколько сокращать, нужно исходя из анализа рыночной ситуации. Как мы поняли после консультаций, для определения количества убираемой с рынка нефти нужно время. Нужно было бы посмотреть, как отреагируют на перемены участники торговой цепочки.Теперь же мы ждем реакции рынка на новые цены. Как вы знаете, все решения в рамках ОПЕК принимаются на основе консенсуса”.

“Евроньюс”: “Вы говорите о консенсусе. Но мы видим, что на последней встрече стран ОПЕК ( собственно, как и на многих предыдущих) был принят вариант, предложенный Саудовской Аравией. Эта страна производит треть поставляемой ОПЕК нефти. За ней, получается, последнее слово?”
БЗ: “ОПЕК – это такой кооператив, в котором каждый участник, вне зависимости от его финансового положения, может рассчитывать на один голос. Таковы правила, но на деле, разумеется, для рынка на первый план выходят такие критерии как объем выработки той или иной страны, ее потенциал в этой сфере. И мы должны это учитывать. Позвольте мне напомнить, что ОПЕК – это объединение конкурентов. Это единственная организация, объединяющая страны третьего мира вот уже полвека на основе их экономических, инвестиционных интересов. И они, как мы видим, оказывались сильнее внутренних разногласий. Хорошо, если экономические интересы будут перевешивать и впредь… Иначе от ОПЕК ничего не останется.
У каждой страны-члена ОПЕК есть свои собственные национальные интересы. Саудовская Аравия – один из главных производителей и экспортеров нефти – ежедневно поставляет на внешний рынок 9 миллионов баррелей.Саудовская Аравия прекрасно знает, что если баррель подешевеет, скажем на 30 долларов, она будет терять 110 миллиардов долларов в год. Полагаю, что за решением ОПЕК также стоят серьезные интересы отдельных стран в сфере национальной безопасности. Только это может объяснить готовность нести такие убытки!”

“Евроньюс”: “И каковы интересы Саудовской Аравии?”

БЗ: “Я в моей должности министра нефти вам этого сказать не могу. Но знаю, что в этой сфере проводилось немало исследований узкими специалистами. И СМИ об этом писали, комментировали эти исследования. Материала много”.
“Евроньюс”: “Можно ли говорить, что малая доля Ирана в общей нефтяной “корзине” стран ОПЕК привела к малому весу вашей страны в процессе принятия решения?”

БЗ: “Ранее я уже вам об этом говорил. Разумеется, удельный вес каждой страны в структуре ОПЕК определяется объемами ее нефтевыработки и потенциалом наращивания производства”.

“Евроньюс”: “С учетом противоречий между членами ОПЕК и текущих изменений на глобальном нефтяном рынке может ли случиться так, что однажды ОПЕК утратит механизмы контроля за международной нефтедобычей?”

БЗ: “Одним из вопросов, традиционно волнующих эту организацию, я бы сказал, одним из исторических для ОПЕК вопросов является удержание рыночных позиций. В последние годы доля рынка, находящаяся в руках ОПЕК, неуклонно снижалась. Если эта тенденция сохранится и доля рынка снизится до психологически важной отметки, то да, влияние ОПЕК станет просто формальностью”.

“Евроньюс”: “В рамках заседания стран ОПЕК вы также провели переговоры с руководителями нефтяных компаний – таких, как “Тоталь” и “Бритиш петролеум”. Ранее они играли определенную роль в иранском нефтяном секторе. Сейчас в контексте санкций – нет. О чем вы тогда говорили? Вы планирует открыть дверь в Иран иностранным инвесторам, несмотря на режим санкций?”

БЗ:“Да, нам бы этого хотелось. Мы хотим, чтобы международные нефтяные компании пришли и к нам. Причем речь идет не только об инвестициях и деньгах. Нам нужны новые технологии, качественный менеджмент. Это нам нужно даже больше денег, поскольку только так мы сможем обеспечить развитие национальным нефтегазовой и топливно-химической отраслям”.

“Евроньюс”: “Господин министр, вы очень оптимистично настроены в отношении перспектив отмены санкций. Но в самом лучшем случае, если решение отменить часть санкций действительно будет принято, на изменение ситуации на практике уйдет некоторое время. Возможно, изменения не произойдут в период правления команды Роухани?”
БЗ: “Ну, я не смотрю на вещи так мрачно”.

“Евроньюс”: “Но давайте посмотрим на то, как трудно достичь какого-то компромисса… Вот хотя бы на примере переговоров по ядерному досье!”
БЗ: “На наш взгляд, самые ощутимые санкции – те, что касаются нефтяного сектора. Если будет решено отменить часть санкций, нужно начинать именно с этого фланга. Если это не будет сделано, что ж, можно будет сказать, что санкции остались без изменений…”

“Евроньюс”: “Во что обходятся санкции Ирану?”

БЗ: “Разумеется, они стоят немало. Но точные цифры мы обнародуем позднее. Скажу лишь, что цена вопроса велика, но не так велика, как думают многие”.
“Евроньюс” : “Мой последний вопрос касается проекта совместного с Катаром освоения газового месторождения. Вы как-то сказали, что в ближайшие три года Иран выйдет на те же производственные квоты, что и Катар. Насколько же вы пока уступаете Катару?”
БЗ: “Вы правы, мы догоним Катар по количеству выработки, а возможно. и перегоним. Нам нужен бесперебойный приток газа. Пока Катар сделал больше, мы должны со временем наверстать разницу. Хотя, возможно, у нас ничего не выйдет. Но мы стремимся и отредактировать, так сказать, нынешнее положение вещей, и компенсировать то, что было в прошлом. Если не выйдет – что ж, все равно нам не стоит застревать в прошлом и лить слезы”.

Ле Пен: Путин вернул великой нации чувство гордости

Мир

Ле Пен: Путин вернул великой нации чувство гордости