Срочная новость

Ирак: хроника объявленной исламизации?

Сейчас воспроизводится:

Ирак: хроника объявленной исламизации?

Размер текста Aa Aa

Нури аль-Малики, выигравший парламентские выборы в апреле – впрочем, едва-едва и, что называется, за неимением лучшего, – до сих пор не сформировал правительство. Объединить вокруг себя раздираемую постоянными столкновениями страну не так-то просто. Аль-Малики по инерции обвиняет во всем своих оппонентов, раздувающих, по его словам, пламя внутреннего конфликта:

“Высокая явка на выборах – это пощечина нашего общества террористам, стремящимся воспрепятствовать выборному процессу путем насильственных действий, которым противостоят силы безопасности, политики и племенные лидеры”.

Впрочем, последние успешные вылазки джихадистов-суннитов из группировки “Исламское государство Ирака и Леванта” (ИГИЛ) скорее стали пощечиной самому аль-Малики. Их активизация, возможно, спровоцирована неудачей на выборах суннитских партий.

Группировка изначально была связана с “Аль-Каидой”, однако с 2013 г. начала дистанцироваться от нее и с тех пор неизменно расширяла свое присутствие в Ираке. В январе они захватывают эль-Фалуджу и ряд областей в провинции Анбар. В апреле 2013 г. боевики группировки включились в гражданскую войну в Сирии.

Сегодня открыто декларируемой целью ИГИЛ является установление исламистского государства и законов шариата на территории Сирии, Ирака, но также части Ливана. Джихадисты удерживают ряд стратегических позиций в Сирии и неуклонно укрепляются в Ираке.

Захват Мосула и всей провинции Найнава обладает в этом смысле капитальной важностью. Этот город, стратегически важно расположенный близ иракского Курдистана и Сирии – одни из основных ворот нефтяного экспорта.

По словам аналитика Джумаа аль-Атвана, “падение Мосула в перспективе может оказаться даже опаснее, чем эль-Фаллуджи, поскольку провинция Найнава граничит с рядом других мухафаз Ирака – иракским Курдистаном на севере или Салах-эд-Дином и Киркуком на юге, – которым исламисты могут отныне угрожать, а это чрезвычайно опасно.”

Созданная в 2006 г. на волне сопротивления исламистов американскому вторжению в Ирак и в основном развивавшаяся в сельских районах страны, ИГИЛ стала набирать силы после вывода войск США.

Динамику этому развитию придал и сирийский конфликт. Начало военной фазы противостояния Башара Асада и его оппонентов вызвало приток в страну боевиков джихадистов. ИГИЛ сначала вступает в союз с “Фронтом ан-Нусра”, сирийской ячейкой “Аль-Каиды”, но затем переходит в оппозицию к ней. Сирийская эпопея также носит стратегическое значение – это путь к турецкой границе и доступ к местной нефти.

На фоне несуществующего по сути в Ираке правительства, неспособного остановить их продвижение, джихадисты расширяют зоны своего влияния, и многие наблюдатели опасаются, что установление ими контроля надо всем Ираком и следующее за этим углубление сирийского кризиса – дело не такого далекого будущего.

Далин Хасан, “евроньюс”:

- С захватом боевиками ИГИЛ второго по величине города страны, Мосула, кризис в политике и системе безопасности Ирака достиг критического уровня. Обсудить происходящее мы решили с Хасни Абиди, политологом, директором расположенного в Женеве Центра исследований арабского мира и Средиземноморья. Как вы можете объяснить, что город такой важности, как Мосул, был захвачен исламистами за несколько часов без серьезного сопротивления иракской армии?

Хасни Абиди, политолог, Центр исследований арабского мира и Средиземноморья:

- Операция такого размаха – случай беспрецедентный в истории радикальных джихадистских групп, и в особенности это справедливо для ИГИЛ, существовавшей с 2006 г.
Им удалось захватить второй город в стране, притом, что полиция и армия насчитывают около миллиона иракцев. С другой стороны, очевидно, что исламисты давно готовились к этой операции, отсюда и масса вопросов к мерам безопасности, административному управлению. Группировка оптимально использовала установившийся в нынешнем политическом кризисе вакуум в области безопасности. Впрочем, в Ираке к таким вещам не привыкать. Опять же, на руку исламистам играет и то, что правительство до сих пор не сформировано. И, наконец, еще одна причина – кризис в соседней Сирии. У ИГИЛ там полно баз, пересечь границу им ничего не стоит. Вот основные причины падения Мосула.

“евроньюс”:

- А этот захват – начало формирования нового государства? Не будем забывать, группировка уже контролирует ряд зон по обе стороны границы, в Ираке и в Сирии? И как влияет происходящее на сирийский кризис?

Хасни Абиди:

- Думаю, необходимо объявить в Ираке чрезвычайное положение, а затем аль-Малики и другие ведущие политические силы должны отставить в сторону свои личные интересы, действовать сообща, и, наконец, вместе над поиском решения должны действовать и представители различных религиозных течений. Это касается и жителей региона вокруг Мосула. Если этого не сделать, ИГИЛ будет продвигаться дальше. Они уже два года сидят в эль-Фаллудже, им удалось добраться до крайне изолированных регионов, в частности, зон проживания курдов – которые также расположены в сферах интересов Турции.

“евроньюс”:

- Нури аль-Малики запросил больше полномочий, но каковы его опции для разрешения кризиса? Выживет ли он как политик?

Хасни Абиди:

- На самом деле, произошедшее в Мосуле на руку аль-Малики – захват города повышает его шансы получить карт-бланш от парламента. Ему это только на пользу. И, возможно, захват Мосула не произошел совсем уж сам по себе. Слишком уж он отвечает политическим интересам правительства аль-Малики и его сторонников.

“евроньюс”:

- А как скажутся эти события на отношениях Ирака и США, в особенности после вывода американских войск? Может, стороны решат пересмотреть соглашение о выводе?

Хасни Абиди:

- Соглашение об условиях и самой процедуре вывода между США и Ираком разрабатывалось еще со времен Буша, администрация Обамы лишь опиралась на существовавшие наработки. Это первый такой крупный инцидент со времени вывода. Иракская армия убедилась, что не выдерживает противостояния с хорошо вооруженным противником. До вывода в этом регионе размещались 50,000 американских солдат. Они очень эффективно собирали разведданные и в целом очень помогали иракским силам. Так что сейчас, я уверен, вопросы задаются в обеих столицах, насколько иракские силы боеспособны в одиночку. Собственно, аль-Малики уже признал, что они неспособны самостоятельно нести всю ответственность по защите страны и защите ее от внутренних или внешних угроз.