Срочная новость

Сейчас воспроизводится:

Герт Вилдерс: "Я хочу, чтобы Европа вернулась в 50-е..."


Мир

Герт Вилдерс: "Я хочу, чтобы Европа вернулась в 50-е..."

“На этот раз все иначе”: так звучит официальный лозунг предвыборной кампании Европарламента. Сделать “все иначе” обещают и евроскептики: один из их авторитетных представителей, голландец Герт Вилдерс, пообещал сформировать в парламенте нового созыва блок противников Евросоюза. Чтобы, по его собственному выражению, расшатать устои европейского дома изнутри.
Герт Вилдерс – гость нашего телеканала.

“Евроньюс”: “Зачем вам идти на выборы в парламент, которому, по-вашему, лучше бы вообще не существовать?

ГВ: “Ну, пока-то он на месте, и надо, чтобы в нем звучала не только одна точка зрения проевропейских партий”.

Евроньюс"Ваши претензии к ЕС?

ГВ: “ЕС лишил Нидерланды суверенитета. Еврокомиссаров, взявшихся управлять моей страной, в Нидерландах никто и знать не знает. Что важнее, никто их не выбирал и не назначал. Приведу пример: за состояние наших границ сегодня отвечает представительница Швеции, комиссар Малльстрем. То есть получается за нас решает она. Мы не в состоянии изменить формат приема иммигрантов, ничего! Членство в ЕС влетает в копейку. Мы, голландцы, в пересчета на душу населения отчисляем в европейский центр больше всех”
“Евроньюс”: “Ваша партия нацелена на то, чтобы стать крупнейшей на родине, в Нидерландах. Да и в других странах вас знают …. очевидно, что чем ближе выборы, тем выше ценится любая критика в адрес ЕС. Давайте представим: вас услышат и на выборах вы и ваши единомышленники-евроскептики получите-таки большинство. Что будете делать?”

ГВ: “Я откажусь от Евросоюза в его нынешнем виде, сохранив лишь внутренний рынок. Я бы хотел. чтобы Европа сегодня развивалась по модели 50-х годов прошлого века: много экономического сотрудничества, но каждый – у себя дома. Мы, Нидерланды, разумеется, хотим остаться в связке с другими государствами Европы в плане торговли, совместных проектов.Общий рынок нужен. Я за свободу торговли, за экономический союз стран. А у нас, к сожалению, сегодня -союз политический. Такая сверхдержава”.

“Евроньюс”: “Хорошо, сегодня ЕС гарантирует в числе прочего стабильность внутреннего рынка, о котором вы сказали. Предположим, вслед за вами из ЕС выйдут и другие богатые страны. Тогда ведь и рынок развалится!”

ГВ: “Вовсе нет. Мы можем продолжать экономическое сотрудничество и не быть в то же время членами политического союза”.

“Евроньюс”: “Скорее всего, вам и вашим сторонникам удастся создать в парламенте уверенное представительство, но все же не большинство! Как конкретно вы будет действовать?”

ГВ: “Я думаю, да, у нас будут хорошие результаты…. и у наших сторонников в других государствах тоже. Смотрите, если евроскептики в Великобритании получат больше трети голосов, во Франции партия Марин Ле Пен “возьмет” 20-30% электората, я столько же, конечно, такое голосование изменит облик Европарламента и основы внутренней европейской политики”.

“Евроньюс”: “Вы уже давно готовитесь к выборам, вы группируетесь с другими евроскептическими партиями Европы. Ваш главный партнер – “Национальный фронт” Марин Ле Пен во Франции. Это действительно ваш единомышленник? Ведь у этой партии – совсем иные взгляды, чем у вас, на социальные аспекты, те же однополые браки, к примеру. К тому же многие считают ее антисемитски настроенной…”

ГВ: “Не думаю, что они антисемиты. Я бы не стал сотрудничать этой партией во времена правления там отца Марин, Жан-Мари Ле Пена. Мне кажется, партия очень видоизменилась с приходом Марин. Да, в политике редко бывают абсолютные совпадения. Посмотрите, к примеру, на наших голландских христианских демократов, посмотрите на ХДС Ангелы Меркель в Германии: и те, и те, долгие годы сотрудничали с Сильвио Берлускони, несмотря на особенности его репутации”.

“Евроньюс”: “Где та граница,за которой вы говорите: стоп! Вот с этой партией мы сотрудничать не можем”.

ГВ: “Разумеется, мы не станем сотрудничать с партиями, пропагандирующими расизм и антисемитизм. К примеру, с партией “Йобик” в Венгрии или “Британской Национальной партией”. Но и сводить свои контакты к мадам Ле Пен я тоже не буду. Хотелось бы поработать в одной связке с Найджелом Фарраджем, лидером “Партии Независимости Великобритании”. Его курс вызывает уважение, и сам Фаррадж не против работать со мной. А вот “Национальный фронт” Франции ему не по душе. Надеюсь, после выборов у нас у всех появится больше пространства для маневров, в результате которых мы сформируем сильнее парламентское представительство”.

“Евроньюс”: “Вы упомянули Марин Ле Пен и Фарраджа. Так вот, пару недель назад Фаррадж обвинил Национальный фронт ( а не саму Марин! ) в “предвзятости и антисемитизме”. Вы, может быть, не разделяете это мнение. Знаете, некоторые в ЕС думают, что евроскептики не смогут преодолеть разногласия и в вашем лагере все закончится, так сказать, ссорами и распрями?”

ГВ: “Надеюсь, этого не случится. Сейчас, когда у нас есть реальный шанс победить, евроскептические партии не должны погрязнуть в выявлении разночтений. Которые – будем справедливы – видны невооруженным глазом!”

“Евроньюс”: “В марте в день проведения местных выборов в Нидерландах вы вышли к гражданам и спросили: “Вы хотите меньше или больше марокканцев в ваших городах”? И толпа закричала: “Меньше, меньше”. Теперь вас называют ярым антиисламистом.. Вы же всегда уточняли: “Я против религии, но не против людей”! Мой вопрос: вот тогда, в марте, вы не перешли границу? Вы теперь и против людей тоже?” ГВ: “Нет. Я упомянул марокканцев, так как именно они лидируют в криминальной статистики по нашей стране. Более 60% молодых марокканцев в возрасте до 23 лет проходили через руки полиции. Они в 20 раз чаще других участвуют в уличных грабежах и разбое”.

“Евроньюс”: “Допустим. с представителями этой части общества у вс действительно проблемы. Но вам как политику разве к лицу подвергнуть остракизму всех марокканцев?”

ГВ: “Думаю, мне лицу сказать правду. Я ведь не придумал все эти цифры”.

“Евроньюс”: “Но они идут по плохой дорожке … потому что они марокканцы или потому что они без работы?”

ГВ: “Я не психолог и не социолог. Мне все равно. почему люди идут на преступления. Я вижу статистику и хочу, чтобы виновных наказали”.