Срочная новость

Срочная новость

Брак для всех расколол Францию

Сейчас воспроизводится:

Брак для всех расколол Францию

Размер текста Aa Aa

Разрешение на брак для гомосексуальных пар было 31-м из 60 предвыборных обещаний Франсуа Олланда. Поддержанный 65% французов этот закон, признающий право на заключение брака лицами одного пола, автоматически дает право на усыновление детей. Такое признание родительских прав за гомосексуальными парами уже сегодня затрагивает от 24 до 40 тысяч французских детей. И именно этот аспект права на брак для всех вызвал отторжение общества.

Уже не первый месяц десятки тысяч французов выходят на демонстрации в защиту традиционной семьи, состоящей из отца, матери и детей, как это предписывает религия. Говорит один из лидеров этого движения Фрижит Баржо:

“Вы наблюдаете за нами уже шесть месяцев, хватит удивляться. Вы прекрасно видите, что нет никакого насилия или анти-гейских настроений. Это искреннее и спонтанное выступление людей, которые говорят:” Выслушайте нас, потому что мы говорим вам правду о том, что такое человеческое существо. Это не гомо- и не гетеросексуалы, это прежде всего люди которые вместе рожают детей, и на этом основаны все наши права и все законы”.

В 1982 году Франция отменила наказание за гомосексуальную связь с подростками старше 15 лет. Еще раньше Французская революция отменила ответственность за гомосексуализм. Так почему на этот раз возникли проблемы с признанием за гомосексуальными парами тех же прав, которыми обладают пары гетеросексуальные?

“Я думаю, что ненависть она существует всегда. Знаете, в каждой стране всегда были расисты и антисемиты. Но какое то время о них не было слышно. Но, мне кажется, сегодня люди поверили, что благодаря социальным сетям они могут говорить все что угодно, оставаясь анонимами”,- говорит французский политик, сторонник права на брак для всех Жан Люк Ромеро.

“Это неправда”,- говорят противники закона, которые считают проводимую ими кампанию, абсолютно цивилизованной и основаной на всеобщем братстве. Так утверждает один из организаторов “Манифестации для всех” Тугдуал Дервиль:

“Нет ни сожженных машин, ни разбитых витрин, ни раненых полицейских. Гомосексуалы идут в первых рядах наших демонстраций. Происходит настоящее братание между людьми, у которых не было возможности поговорить. Наша “Манифестация для всех” стала хорошим местом борьбы с гомофобией, не только на словах, но и на практике встреч между людьми”.

И тем не менее в прошедшие недели не обошлось без всплесков насилия, и даже нападений на гомосексуальные пары. Такие проявления гомофобии некоторые считают опасным возвращением в прошлое.

“Все больше фашистов появилось на улицах, и с ними трудно бороться. Они объединяются, под знаменем идеи защиты детей, семьи”. Но лозунг “Семья, работа, родина”, вам ничего не напоминает? Нам напоминает. И мы не хотим, чтобы те времена вернулись. вот и все”, – вспоминает о временах маршала Петэна один из сторонников брака для всех.

Прекратится ли это уличное противостояние после того как закон вступит в силу? Противники права на брак для всех говорят, что не намерены отступать.

Софи Дежардан, “Евроньюс”: С нами на связи Давид Патернотт исследователь в свободном университете Брюсселя и автор работы “Борьба за право на брак для гомосексуалов: Бельгия, Франция, Испания”, сравнивающего движения в защиту гомосексуалов в трех странах.
Что касается Франции, то удивляет озлобленность демонстраций в стране, называющей себя светской и открытой. Чем вы объясните этот парадокс?

Давид Патернотт: Это действительно удивительно. Когда проект закона был внесен в Национальное собрание, никто не ожидал, что возражения против него окажутся столь яростными. Но: как можно заметить, смысл этих демонстраций направлен против президента, а также, хотя это и парадоксально: и никто этого не ожидал до начала дебатов, в расхождении мнений французского общества, относительно республики, ее светского характера, что неприемлемо для некоторых групп внутри французского общества.

“Евроньюс”: Исторически Франция была одним из пионеров в этом вопросе. Гомосексуальные отношения перестали считаться преступлением с времен французской революции. В то время как в других странах это стало происходить только в начале ХХ века.
Что же произошло с тех пор?

Давид Патернотт: Парадокс состоит в том, что в странах, которые очень рано отказались считать такие связи преступными, движения гомосексуалов оказались гораздо слабее чем в таких странах, как Англия или Германия, и борьба за их права не была достаточно мощной.

“Евроньюс”: В так называемых католических странах, где больше чем во Франции людей называют себя верующими, например в Испании или Португалии, принятие такого закона прошло практически без эксцессов. Почему все оказалось по-другому во Франции?

Давид Патернотт: То что произошло в таких странах как Испания, было частью стремления к современному развитию, когда люди хотели дистанцироваться от наследия диктатуры. В то же время во Франции вопросы, связанные с религией, в меньшей степени возникали в публичных дебатах, они считались решенными, и поэтому не возникло потребности секуляризировать общество, как это было в таких странах как Испания. С другой стороны важен политический вес религии, и это можно сегодня наблюдать во Франции. Противники закона все, или почти все, связаны с религиозными группировками, часть которых происходит из очень старых французских группировок правого толка: роялистов, католиков, антиреспубликанцев, противников отделения церкви от государства. Но и у самой церкви есть связи в институтах власти, в основном среди правых, но также и внутри социалистической партии.

“Евроньюс”: Хорошо заметно, что противники права на брак для всех придерживаются традиционных взглядов на семью, какой она представлена в католической религии, и в первую очередь озабочены тем, что связано с детьми. Ведь так?

Давид Патернотт: Совершенно верно, и во Франции в гораздо большей степени, чем в других странах, существует озабоченность тем, что может случиться с детьми, которые воспитываются родителями одного пола. Но также обсуждаются и такие вопросы: кого считать родителями, что может считаться семьей, каковы должны быть правила создания семьи

“Евроньюс”: Но почему это с такой силой проявилось именно во Франции?

Давид Патернотт: Отличный вопрос. Многие пытались исследовать это. И чтобы ответить на этот вопрос необходимо, в частности, понять, как возникали некоторые убеждения, как во Франции католическое мировоззрение с одной стороны было разбавлено психоанализом и антропологией, и все эти рассуждения могли создать больше интеллектуальных барьеров, чем в других странах, для признания таких прав.

“Евроньюс”: Французы, живущие в стране прав человека, стараются не казаться гомофобами, расистами, ксенофобами. Но как только встает вопрос о предоставлении этим меньшинствам дополнительных прав или представительства в обществе, они занимают оборонительную позицию. Не означает ли такая реакция, что отвергается все, с чем трудно примириться?

Давид Патернотт: Действительно, есть люди, которые ведут себя довольно скрытно. И важно понять до какой степени они готовы принять гомосексуализм. Многие из них смирились с брачными договорами, заключаемыми гомосексуалами, и даже готовы обсуждать улучшение условий таких брачных договоров, чтобы не допустить гомосексуальных браков. Так что, как я уже говорил, с моей точки зрения, главная проблема для большинства противников гомосексуальных браков в той модели семьи, которая существует во французском обществе, и в желании сохранить гетеросексуальную семью. Именно в этом состоит их позиция.